Глубокое синее море
Шрифт:
Ну, а кто же был виноват в том, что их план не удался и шесть человек вынуждены были расстаться с жизнью? Причем одним из них стал Кениг, абсолютно невиновный. Возможно, причиной этого стало неосторожное замечание Годарда, когда он рассказывал в столовой, как заснял бы эпизод гибели Эгертона. А может, подозрение Линда возбудило вмешательство Мадлен Леннокс?
Самый верный ответ на
«Леанд» продолжал бороздить волны Тихого океана. Людей на его борту осталось мало, вид у судна был далеко не важнецкий, все пропахло гарью, но тем не менее оно должно было добраться до Манилы самостоятельно — причем с опозданием не больше чем на сутки.
Антонио Гутиэреса повысили в должности — теперь он стал стюардом в столовой. Капитан Стин вскоре приступил к своим обязанностям. Спаркс, как и обещал, починил аппарат, посылающий сигналы бедствия. Ему даже удалось связаться с кораблем, который смог передать его сообщение дальше. Таким образом, они снова восстановили связь с остальным миром. Со всех сторон к ним поступали просьбы об информации, и Годард мог себе представить, какими сенсационными сообщениями пестрела мировая пресса.
На третий день, к вечеру, Гарри приготовил коктейль из джина с тоником и отыскал Карин Брук, которая любовалась заходом солнца на носовой части средней палубы. Облокотившись на поручни, они восхищались игрой красок. Потом к ним подошел Стин и уже, наверное, в двенадцатый раз сообщил им, что все, что они пережили, просто ужасно.
С благочестивым неодобрением капитан посмотрел на их бокалы.
— Мне кажется, мистер Годард, вы должны опуститься на колени и благодарить нашего всемогущего Господа Бога за свое чудесное спасение, вместо того чтобы пить этот дьявольский напиток.
— Вы наверняка правы, капитан, — ответил Гарри. — Но тем не менее не мог удержаться и добавил:
— Когда мы прибудем в Манилу, я думаю, там будет проведено очень тщательное расследование.
Стин вздрогнул.
— Я имею в виду, —
Стин ушел. Карин улыбнулась Годарду и покачала головой:
— Не надо было расстраивать беднягу.
— Пусть сам ищет свой заход солнца, — буркнул он.
Какое-то время они помолчали.
— Ты говорил, что я спасла тебе жизнь. Теперь ты спас мою. Значит, мы квиты?
— Я спас кое-что получше. Можешь спросить команду, — ответил Годард.
— Ну, это моряки. Они примитивны и предвзято относятся ко многим вещам. Гарри посмотрел на нее:
— А что ты скажешь относительно древней китайской мудрости, касающейся ответственности?
— Это — интересный аспект. А что ты сам думаешь по этому поводу?
— Право, не знаю, — ответил он. — Но когда мы прибудем в Манилу, то можем сесть на самолет и добраться до Гонконга. А там уже серьезнее займемся этой проблемой.
— Я должна работать. — Карин помолчала. — Хотя, возможно, смогу получить еще неделю отпуска.
— Вот и договорились. Тебе не придется меня стыдиться. Убежден, команда даст мне в долг еще одну пару штанов.
Она рассмеялась:
— Хорошо. Я об этом подумаю.
— Лучше забудь об этом, — предложил он. — Знаешь, я как-то немного одичал за последнее время, поэтому мне трудно выразить то, что хотелось бы сказать. А мне просто очень надо услышать от тебя слово «да».
— Знаю, — отозвалась Карин. — В последнее время я так наловчилась, что могла бы работать дешифровщиком. Но ты должен рассказать мне о своей дочери.
И впервые за пять месяцев он смог это сделать…
Минут через двадцать из-за угла палубной надстройки появилась Мадлен Леннокс. Неожиданно она остановилась, ибо нечто в позе Годарда и Карин Брук, которые стояли, прислонившись к перилам, ей не понравилось. Но в следующий момент она только пожала плечами… Никогда не знаешь, где найдешь, а где потеряешь. Так, кажется, говорится в пословице?
Мадлен повернулась и пошла разыскивать Барсета…