Глаз Паутины

Чернеда Джулия

Ургайян прижался к Ански, его голова едва доходила до ее талии. И хотя он завернулся в одеяло, скрывавшее тело, я поняла, что он находится в фазе дисамца-сестренки. Ански крепко прижимала жалкое существо к себе.

–  Почему иноземное существо появилось в нашей деревне и в твоем доме? Только потому, что ты потворствуешь демонам! Разве ты не прятала его здесь, прекрасно зная, что у него нет разрешения хранителя?
– заговорил молчавший до этого момента искатель, сдергивая одеяло с ургайяна, чтобы все увидели, что у него нет цветочного ожерелья,

как у нас с Рэджемом.
– Ты приютила его, чтобы он мог и дальше продолжать насаждать ересь против нашего бога...

–  Он не понимает тебя, искатель, поэтому не кричи на него, - мрачно отозвалась Ански.
– А ожерелье, выданное хранителем, он не носит из-за того, что у него появилась сыпь. Я сохраняю ожерелье в благословенном углу своей комнаты - если пожелаешь, можешь на него взглянуть. И я отрицаю распространение ереси. Послушайте, - она повернулась к молчаливой толпе. Многие избегали смотреть ей в глаза.
– Вы хорошо меня знаете. Сегодня мы вместе собирали урожай. Моя вера истинна, и я утверждаю, что в этом кротком существе нет зла. Он гость, как и все остальные, и выполняет все запреты нашего бога.

"Они тебя не поддержат, - подумала я.
– Неужели ты сама этого не видишь?"

Первый искатель холодно рассмеялся.

–  Все? Тогда объясни нам это, добрая и богобоязненная хозяйка.
– Он указал на одного из стражников, крупного мужчину с грубым лицом.

Тот тут же сделал шаг вперед, явно получив указания заранее. Схватив ургайяна, он окончательно сорвал с него одеяло.

–  Осторожнее, - предупредил Рэджем, сжав руки в кулаки, - он не так силен, как вы.
– Его акцент и слова носили оскорбительный характер, и я подозревала, что он сделал это сознательно.

Я пожалела о его бесполезной храбрости - тщетно, конечно, - уж лучше бы он проявил благоразумие и осторожность. Ургайян застонал, оказавшись на самом сквозняке. Для нас холодный ночной воздух нес желанную прохладу, но я видела, как под тонкой чешуей дрожит тело испуганного существа, покрываясь переливающейся жидкостью.

–  Мы знаем о его слабости, - ответил искатель, глядя на Рэджема так, словно наличие свежего цветочного ожерелья на шее человека его раздражало. Нам также известно, что его существование является оскорблением нашего бога. Покажи нам!

Стражник взял одну из четырех хрупких рук ургайяна и сложил ее почти вдвое. Казалось, существо ничего не заметило. Тогда стражник согнул руку в другую сторону, и его собственное лицо слегка позеленело. И вновь ургайян никак не отреагировал. Я услышала, как у меня за спиной кого-то вырвало.

Интересно, чего они ждут от существа без скелета?

–  Живое существо нельзя наказывать из-за его природы, - запротестовала Ански. Она вновь взяла одеяло, чтобы накрыть чужака. Его заплаканный глаз с благодарностью посмотрел на Ански, а потом вновь закрылся.
– Бог просит нас заботиться о тех, кто лишен его благословения.

–  Бог действительно просит нас заботиться о таких существах, пока они не будут принесены в жертву

тем, кто достоин благословения бога. Ты предлагаешь, чтобы мы именно так с ним и поступили?

Лицо моей соплеменницы застыло, кожа слегка покраснела - вероятно, она повысила температуру тела, чтобы удерживать прежнюю форму. Однако ее голос оставался вежливым и невозмутимым, Ански славилась своим умением сохранять спокойствие в критических ситуациях.

–  Что ты предлагаешь, искатель?

–  Мы хотим, чтобы это существо покинуло Артос, - ответил другой жрец и показал на меня темным пальцем, на котором были начертаны какие-то символы.
– Эти чужаки имеют разрешение хранителя перемещаться среди нас. Они могут забрать его с собой в космопорт.

–  Конечно, искатель, - быстро согласилась я, удивленная неожиданным проявлением разума с его стороны.

Я решительно направилась к ургайяну и схватила его. Чем быстрее мы уберемся отсюда, тем лучше. Мы успели сделать всего несколько шагов к двери, когда ургайян повернулся в моих руках и посмотрел на Ански. Он что-то прострекотал - я не сумела ничего понять, поскольку слух кет не приспособлен для таких высоких частот. Однако смысл я уловила - не он один любил Ански. Та улыбнулась и что-то просвистела в ответ, ургайян еще крепче прижался ко мне. Несчастное существо едва не потеряло сознание от пережитого страха.

"Только не сейчас, - беззвучно попросила его я.
– Необходимо добраться хотя бы до нашей комнаты".

Я настолько отвлеклась, что не заметила, как, повинуясь искателю, двое стражников подошли к Ански и взяли ее за руки.

–  В чем дело?
– спросила она, не трогаясь с места. Поскольку Ански значительно превосходила стражников ростом, они не знали, что делать дальше.

–  Тебя следует судить, женщина, - нараспев произнес искатель.
– Ты отправишься в святилище и посмотришь в лицо твоего бога.

Теперь толпа глухо загудела, по залу пронеслась волна, пламя свечей дрогнуло. Я торопливо зашагала вместе с ургайяном к лестнице, ведущей на второй этаж. Кажется, он меня понял и, выскользнув из моих рук, последовал за мной с впечатляющей быстротой. Когда ургайян побежал вверх по лестнице, я закрыла за ним дверь и повернулась к залу.

Артосиане вскочили на ноги, их рты оставались закрытыми, но они продолжали гудеть. Теперь их лица совсем не походили на человеческие. Человеческие... Кстати, а где Рэджем?

О, нет! Он остался рядом с Ански, более того, человек оттолкнул одного из стражников. Прежде чем я успела что-то предпринять, Рэджема схватили и потащили к выходу вслед за моей соплеменницей. Толпа последовала за ними. На меня не обращали внимания, и я двинулась за ними, а воспоминания Ански показали мне, что сейчас может произойти.

"Эрш, этого просто не может быть, - беззвучно повторяла я.
– Ански знает эту культуру лучше меня. Она понимает, что происходит. Верно?"

Однако рядом не было Старейшей, которая могла бы развеять мои сомнения.