Гималайский зигзаг

Чернецов Андрей

…Седая шкура серебрилась в лучах заходящего солнца, словно царская мантия.

– Ам! – заорала Бетси, срывая респиратор. – Нервнопаралитики его не берут! Нужно стрелять!..

Зверь понял. Страшная плоконосая морда теперь смотрела на девушку, в желтых глазах светился гнев.

Бетси выхватила «астру».

Чудище грозно зарычало, и девушка невольно поразилась. Неужели йети знает, что такое огнестрельное оружия? Стрелять, стрелять!.. Но отчего он медлит, не нападает?

Пару лет назад молодой англичанке во время ее путешествия по африканским джунглям пришлось

схватиться с разъяренной гориллой, у которой варвары-браконьеры убили детеныша. Та остановилась лишь после того, как мисс МакДугал выпустила в огромную обезьяну целую обойму. С виду животные были похожи, однако йети не отличался бурным темпераментом своего сородича. Девушке даже показалось, что зверюга… раздумывает.

…Ракшас и правда был погружен в глубокие раздумья. Своим обостренным нюхом он почувствовал, что рядом находится гораздо больше людей, чем эти двое на поляне. Что-то около десятка, не меньше. Но его заинтересовали только трое. Взгляд Обращенного зафиксировал их ауры – ауры существ, каким-то образом связанных с ним, Брихаспутрой. Две слабые, имевшие оранжево-алый оттенок, и одну мощную, ярко-голубую. Такие бывают только у великих героев и святых аскетов, накопивших массу заслуг перед богами. И ракшас понял. Даже не понял – почувствовал, догадался.

Это – ОН!

ОН! Спаситель. Освободитель от проклятия Натараджи! Его, великого грешника, простили! Спасение рядом, совсем близко…

Зачарованный раджа победно и радостно закричал и двинулся навстречу долгожданной Смерти. Смерти – и Спасению.

– Не подходи! – кричала девушка, держа оружие на уровне глаз. – Не надо, не надо! Пожалуйста!..

В этот миг ей совершенно расхотелось убивать йети. Стало ясно – чудище разумно, оно мыслит, понимает…

Она не охотник, она – просто убийца.

– Не подходи!

Бетси махнула пистолетом, закусила губу.

– Не подходи! Убирайся! Убирайся, дурак!

Тщетно! Зверь победно рыкнул, сделал широкий шаг…

Бетси МакДугал выстрелила прямо в рычащую морду.

Ничего не случилось – как и в тот вечер, когда они с Амодой пытались осмотреть заброшенный дворец. Два дня назад девушка специально разобрала «астру», проверила кажду деталь, осмотрела, смазала, затем испытала оружие, лихо поразив пару консервных банок. Все было в полном порядке…

…Да и сейчас в полном порядке. Только не стреляет. Или она просто забыла зарядить обойму?

Зверь шагнул ближе. Бетси нажала на спуск…

Звук выстрела на миг оглушил.

…Ах, ты!

Что происходит? Взбесившееся оружие не желает убивать реликтового гоминида – или она действительно позабыла зарядить «астру»? Но ведь выстрел-то был! Эх, надо было проверить, а не увлекаться фотографированием! Но выяснять, мягко говоря, уже некогда.

– Бежим, Ам! Бежим! Немедленно в горы, вон за те валуны! Может, хоть камни его остановят!..

Сжимая в руке конфискованный у престарелого господина Барджатии пистолет, Миша Гурфинкель осторожно выглянул из-за толстенного ствола, оплетенного ползучими растениями-паразитами и поросшего косматым бирюзовым мхом. Над головой возмущенно крякнула неведомая птица, с шумом протискиваясь сквозь густые ветви.

Ночи, проведенные под сенью гималайского леса сильно

потрепали небольшой отряд. К зловещим руинам они более не подходили, ночевали в шалашах, с грехом пополам выстроенных из прутьев и листвы. Слава богу, было тепло и сухо, только с провизией начались сложности – китайские консервы есть оказалось невозможно, а от немногочисленных и незнакомых плодов, которые в обилии произрастали в окрестностях, у всех началось расстройство желудка. В результате господин Барджатия получил очерердную серию оплеух. Зловредный проводник мог бы и знать особенности местных дикорастущих, но, как правило, дожидался, пока собранный урожай будет съеден, после чего заявлял с укоризною: «Плохая овощ, кто сырой кушать, потом в животе бум-бум.»

Происшествие с гигантской обезьяной испугало всех, кроме проспавшего самое интересное Покровского. Тем не менее Бумба поверил товарищам и пообещал самолично разобраться с нахальным приматом, коли он появится в очередной раз. Однако страшная обезьяна больше не появилась, хотя Покровский и высматривал ее в зарослях, взявшись дежурить у шалаша в ночное время, а старикашка-проводник пугал компанию байками о том, как огромные дикие люди приходят из гор и похищают людей, чтобы предать их неимоверным мукам и после съесть до последней косточки.

Что правда, что нет в этих рассказах, Гурфинкель не знал, хотя и представлял, о ком идет речь. О йети читать приходилось, особенно в детстве, когда любознательный мальчик Миша не пропускал ни одну телепередачу о тайнах природы. Подумав, он рассудил, что страшная обезьяна вполне вписывается в образ «шокирующей Азии» со всеми ее суевериями и древними легендами, о которых лучше не рассуждать на трезвую голову. Такое приходится принимать, как данность. Темза впадает в Северное море, йети живут в Гималаях… Не появляется тварь – и ладно.

На всякий случай Миша отобрал у старика пистолет и даже почистил его, смазав жиром из китайских банок. Оружие стало выглядеть менее запущенным, но выходить с ним один на один против серьезного противника Гурфинкель не решился бы. Против призрачных обезьян оно вообще не годилось, но человека можно напугать одним видом стреляющей железяки, на что большой психолог Миша и рассчитывал.

Тем не менее работа есть работа, и все несказанно обрадовались, когда в очередное утро Перси появился из кустов, где справлял свои нехитрые нужды, и страшным голосом шепнул:

– Они идут! Они совсем уже рядом!

– Кто? – всполошился Миша, сразу представив банду диких людей, собравшихся в поход за свежим парным мясом.

– Девка эта и какая-то с ней! Там, в сторону пещеры!

– Какой-такой пещеры?

– Та самая… Страшная! Где мармелада кушать!

…Как раз накануне Мочалка обнаружил возле пещеры невесть зачем разложенные там несколько бананов, расколотый кокос, баночку мармелада и пару галет. Проявив невиданную честность, негр преодолел соблазн и честно притащил найденное в лагерь. Находка вызвала бурный восторг, и с тех пор за черным провалом было решено присматривать. Этим утром Перси как раз решил совсместить нужное с полезным и поглядеть, не обнаружится ли возле пещеры новых приятных сюрпризов. Они действительно появились, не те, что ожидались, но тоже по своему приятные. Во всяком случае, необходимые.