Герои

Аберкромби Джо

– Байяза-то? – Кальдер презрительно фыркнул. – Я думаю, пускай этот мерзавец покипит у меня на медленном огне. Когда-то давно он предал моего отца.

– Так это что, вопрос мести?

– Немного. Хотя в основном здравого смысла. Если б Союз вчера сделал еще один рывок, нам была бы крышка.

– Может быть. И что?

– А то, что единственную причину их остановки я усматриваю в безысходности. Союз большой. Много границ. Видимо, у них есть и иные заботы-тревоги. И каждый лишний день, который эта старая лысая ссака проморится здесь у меня, заставит его быть сговорчивей.

– Хм. –

Ричи выудил из огня горящую палку и, раскуривая, заулыбался. – А ты умен, Кальдер. И впрямь мыслитель. Как твой отец. Я всегда говорил, что вождь из тебя выйдет что надо.

Кальдер таких слов что-то не припоминал.

– Но только, гляжу, ты мне в этом не особо-то и помогал?

– Я говорил тебе, что гореть, если понадобится, буду, но поджигать себя – нет. Как там говаривал Девять Смертей?

– Надо быть реалистом.

– Вот именно. Реалистом. Я думал, ты это понимаешь, как никто другой. – Ричи, втягивая щеки, яростно зачмокал трубкой, пока наконец не выпустил изо рта буроватое облачко дыма. – Но Доу мертв, и Север лежит у твоих ног.

– Ты, должно быть, не меньше моего доволен, как все обернулось.

– А ты думал. – Ричи протянул ему трубку.

– Твои внуки будут править Севером, – сказал, принимая ее, Кальдер.

– Когда ты перестанешь.

– Думаю сделать это не сразу. – Кальдер глубоко затянулся горьковатым дымом, чувствуя, как ноют побитые ребра. – Немножко посижу, пока не стянут.

– Мне, наверно, до этого не дожить.

– Надеюсь на это. – Кальдер осклабился, выпуская дым, и они хохотнули, без всякого, впрочем, задора. – Знаешь, я тут раздумывал над тем, что сказал Доу. А именно, что если б он захотел моей смерти, то я бы и был уже мертвым. И чем больше я над этим думаю, тем более резонным мне это кажется.

Ричи пожал плечами.

– Может, Тенвейз от себя постарался.

Кальдер сделал вид, что размышляет, хотя сам уже все обдумал и нашел нестыковку.

– Тенвейз вчера в битве спас мне жизнь. Если б он настолько меня ненавидел, то что бы ему мешало отдать меня на растерзание Союзу, и всего делов? Никто бы слова не сказал.

– Если бы да кабы. Мир сам по себе дьявольски запутан.

– У всех свои резоны, как сказал мне когда-то отец. Вопрос лишь в том, чтобы их распознать. А дальше все просто.

– Что ж, Черный Доу отныне в грязи. А с ним и Тенвейз, судя по тому, как ты раскроил ему башку. Так что ответа мы, видно, никогда не узнаем.

– Почему же. Я его, похоже, нашел. – Кальдер протянул трубку обратно, и старик наклонился ее принять. – Это ведь ты сказал, что Доу хочет моей смерти.

Они с Ричи на мгновенье встретились глазами, и этого оказалось достаточно, чтобы уверенность Кальдера окрепла.

– Но это было… не совсем правдой? А скорее ложью.

Ричи, пуская дымные кольца, расправил плечи.

– Было дело, пусть и самую малость. У моей дочери, Кальдер, любящее сердце, и она в самом деле любит тебя. Я пытался ей растолковать, какая ты заноза в заднице, но она и слушать не хотела. Чего я, говорит, только для него не сделаю. Однако все шло к тому, что вы с Доу расплюетесь окончательно. Эта твоя болтовня о мире, язви его, всем уже обрыдла. И тут

вдруг моя дочь р-раз, и остается за тебя заложницей? Ну уж дудки. Не мог я так рисковать своей единственной кровиночкой. Из вас двоих, тебя и Доу, кем-то надо было пожертвовать. – Он невозмутимо посмотрел на Кальдера сквозь клуб дыма. – Прости, но так уж оно обстояло. И если бы из игры выбыл ты, то уж прости, Сефф нашла бы себе кого-то другого. Хотя, по счастью, всегда была надежда, что верх над Доу одержишь все-таки ты. И теперь я рад сказать, что так оно и сложилось. Я лишь заботился, чтобы моя кровь не оказалась загублена. Поэтому со стыдом признаю: я действительно ворошил между вами угольки.

– Все время надеясь, что я все-таки одолею Доу.

– Само собой.

– Поэтому вовсе не ты подослал тех молодчиков убить меня, у тебя на вербовке?

Трубка застыла на полпути ко рту Ричи.

– С какой стати мне было так поступать?

– С такой, что Сефф находилась в заложницах, а я поносил Доу, и тогда ты решил ворохнуть угольки потщательней.

Ричи донес-таки трубку до рта, сунул в зубы, с присвистом вдохнул, но она уже погасла. Тогда он выколотил пепел о лежащий у огня голыш.

– Если уж ворошить угли, то делать это надо… на совесть.

Кальдер медленно покачал головой.

– Так почему ты просто не взял и не велел своим старым херам забить меня, когда мы сидели здесь, у костра? Чтоб уж наверняка?

– Ну ты даешь. У меня же репутация, о ней заботиться надо. Что же до наймитов с ножами в темноте, так здесь мое имя не страдает, нанимай их сколько хочешь.

Виноватым Ричи не выглядел. Скорее раздраженным. Даже обиженным.

– Чего надулся? Можно подумать, сам коленца не выкидывал, еще хлеще. Форли Слабейшего кто убил ни за что ни про что? Уж не ты ли?

– Ну так то я! – воскликнул Кальдер. – Про меня все знают, что я лгун! А ты… я-то думал… Ожидал, что ты лучше.

Прозвучало как-то глупо.

– Думал, что ты прямой, как резак. Поступаешь как в старину. По-правильному.

Ричи лишь язвительно хмыкнул.

– В старину, по-правильному? Ха! Да, сейчас принято ронять слезу по тому, как оно когда-то было. Век героев, все такое. Ну так вот, я помню, как оно тогда обстояло. Сам наблюдал, своими глазами. А было оно точно так же, как нынче. Никакой разницы. – Он подался вперед, ткнув в Кальдера чубуком трубки. – Хватай что можешь и как можешь! Взять твоего отца: кто ноет, кто кроет. Мол, при нем все изменилось. Действительно, надо же кого-то винить. А ему это просто удавалось лучше, чем остальным. Ну а песни, уж извините, поют победители. И они же вправе выбирать к ним мелодию, какая им по нраву.

– Вот и я выбираю, какую песню сложить про тебя! – взъярился Кальдер.

Впрочем, вспышка гнева продлилась всего секунду. «Гнев – роскошь, непозволительная человеку на троне», – так говаривал отец. Милосердие, милосердие, всегда думай о милосердии. Кальдер тяжко, протяжно вдохнул и выдохнул уже в смирении.

– Хотя и я, наверное, в твоей шкуре поступил бы примерно так же. Да и друзей у меня раз-два и обчелся. Как ни крути, а без твоей поддержки мне не обойтись.

Ричи ответил улыбкой.