Герои Таганрога
Шрифт:
Василий задумался.
— Надо с ними кончать, — сказал он решительно через некоторое время. — Подумай, кому это можно поручить. Завтра встретимся.
Но встретиться им уже не пришлось. Когда Вайс на другой день шел к Василию, его перехватил Константин Афонов.
— К брату не заходи. Взяли его сегодня. Днем, прямо с завода увезли...
Сергей побледнел, оторопело глянул на Константина:
— Кто? Немцы или полиция?
— Немцы.
— Надо срочно выяснить, где он сидит. Пойдем к Данилову. У него
— Был я у него только что. Жена перепугана. Говорит, что второй день его нет. Вроде бы на окопные работы угнали.
— Час от часу не легче.
Решили идти к Константину, чтобы там спокойно, без помех обсудить создавшееся положение.
На пороге дома их встретила жена Константина с маленьким сыном на руках.
— Погуляй, Валюша, с Витасиком. Нам с Сергеем поговорить надо, — как можно спокойнее попросил ее Константин.
Он провел Вайса в просторную, аккуратно прибранную комнату, придвинул стул.
— Ты знаешь, кто предал брата? — спросил он.
— Уверен, что это дело рук Мусикова и Раневской. Я еще вчера Василию докладывал. Он принял решение их убрать. Просил подумать, кому это поручить...
— Может, возьмешь на себя? А я займусь тайниками с оружием. Хочу немедленно все перепрятать, предупредить наших людей. Пусть, кто может, укроется у знакомых... Мы не знаем, кого еще выдали провокаторы. Ведь Мусиков знаком и с Тарариным, и с Пазоном, да и со мной тоже...
— В лицо знает, а где они живут, ему неизвестно...
— Все равно ему надо заткнуть глотку как можно быстрее... Теперь о побеге. Можешь узнать, куда посадили Василия?
— Этим я займусь сегодня же вечером... Мы потеряли Морозова. Василия надо спасти.
Исхудавшее, болезненное лицо Вайса (в последнее время процесс в легких усилился) выглядело печальным. Арест Василия очень огорчил его.
И Константин и Вайс отлично понимали, какая страшная участь ждет Василия, если немцы узнают, что у них в руках руководитель городского подполья.
Шаги в прихожей прервали их разговор. В дверях показалась Валентина.
— Костя! Тарарин пришел, тебя спрашивает. Я сказала, посмотрю, дома ли ты.
— Зови его сюда.
— Сергей, здравствуй. Ты мне и нужен, — взволнованно сказал Тарарин, как только вошел в комнату. — Василия продал Мусиков. Это точно!
— Откуда вы взяли? — спросил Константин.
— Когда Василия уводили из цеха, этот гад глаза поднять боялся. А потом сказался больным и ушел домой... Он предал! Не пойму только, почему меня не забрали...
— Действительно, странно, — задумчиво проговорил Вайс. — Ведь Мусикова вы вербовали в подполье.
В комнату стремительно влетел Андрей Афонов. За ним вошла раскрасневшаяся от волнения миловидная девушка и смущенно остановилась у дверей.
— Нина? Зачем ты сюда пришла? — удивился Вайс.
—
Подпольщица Нина Жданова работала воспитательницей детского сада, который располагался рядом со зданием городской полиции. Большое окно детсада выходило во двор и находилось всего в четырех-пяти метрах от зарешеченных окошек подвальных камер, где содержались арестованные.
Май выдался жарким, а потому окно было распахнуто целый день. Собираясь уходить домой, Нина подошла, чтобы закрыть его, и вдруг... У девушки замерло сердце. За одной из тюремных решеток она увидела Василия Афонова.
Василий тоже заметил ее и стал подавать какие-то знаки. Нина высунулась из окна, склонилась над подоконником.
— Передай ребятам, что я здесь и Сахниашвили тоже, — негромко сказал Василий.
Он говорил еще о чем-то. Но Нина не расслышала, только разобрала фамилию — Мусиков. Переспросить же Василия ей не удалось. Во дворе появились два полицая.
— Все ясно, — сказал Вайс, выслушав рассказ Нины. — Предал Мусиков. Его я беру на себя... Теперь о побеге. В полиции арестованных выводят на прогулку в пять утра. В это время они выносят парашу. Самый подходящий момент. Подбирай, Константин, решительных ребят — человек восемь-десять, нападаем на полицию. Только надо условиться с Василием и подготовить какой-нибудь грузовик. Мы ведь и Морозова так же хотели освободить, да не успели.
— Машиной займется Тарарин. В крайнем случае, прямо с завода возьмем. Я людей подготовлю. А ты, Сергей, пока с Мусиковым и Раневской не кончишь, не приходи сюда.
— Сегодня не успеем. Надо еще Пазона найти. А впрочем, может быть, и сегодня управимся. Но завтра крайний срок.
— Желаю успеха, — сказал Константин. — Бейте наверняка.
— Костя! Я тоже хочу Василия выручать, — решительно сказал Андрей, глядя на старшего брата.
— Где же без тебя обходились?! Конечно, пойдешь с нами. Смотри отцу с матерью не проговорись.
— Не... Что я, маленький, что ли?
Когда Вайс ушел, Тарарин и Константин проинструктировали Нину Жданову, что передать Василию. Потом, проводив ее за калитку, вернулись в дом и стали прикидывать, кого еще привлечь к нападению на полицию.
Андрей и двое связных городского подпольного штаба ходили в это время по квартирам руководителей групп, предупреждая их об аресте Василия.
Поздно вечером Сергей Вайс забежал к Пазону, вызвал его на улицу.
— Я уже спать собрался, — проговорил Пазон, зевая и потягиваясь всем телом.
— Потом выспимся. Есть срочное задание. Штаб поручил нам уничтожить предателя...
— Кого?
— Мусикова. Это он выдал Василия. Бери пистолет и айда со мной. Ты же знаешь, где он живет?