Герцогиня-самозванка

Лэнган Рут Райан

Увидев в глазах Ланы острую боль, Джесс присел на корточки перед мальчуганом.

– Привет, Колин, меня зовут Джесс.

Покрасневшие глаза устремились в сторону. Мальчик явно не хотел встречаться с ним взглядом.

– Ручаюсь, что ты голодный! – громко объявила Клара. Парнишка только сильнее понурился.

– Вот что я тебе скажу. – Джесс попытался взять его на руки, но почувствовал, как напряглось худое тельце. Быстро поставив мальчика на пол, он знаком велел Лане взять его за руку. – Почему бы нам не отвести Колина наверх и не показать ему его комнату? А потом

пусть он решит, хочется ли ему там остаться или пойти осмотреть весь дом.

Мысленно благодаря Джесса за подсказку, Лана поймала руку Колина и повела его за Джессом наверх.

Остальные стояли внизу, провожая их взглядами и тихо обсуждая, как лучше справиться со страхами паренька.

– Еда! – решительно сказала Клара. – Хорошая еда с растущим мальчиком творит чудеса.

– Музыка, – проговорила Колетт со вздохом. – Музыка способна залечить даже глубоко раненное сердце.

– Одежда впору. – Надя продемонстрировала мягкую ночную сорочку, которую она заканчивала шить, – как раз такого размера, какая подошла бы мальчику.

– Дисциплина, – строго высказался Уизерс. – Мальчику просто нужна твердая рука.

– Защищенность. – Мария смотрела вслед Лане и Джессу, идущим рядом с мальчиком. Вскоре все трое скрылись в коридоре второго этажа. – С момента смерти матери он не чувствовал себя в безопасности.

– Любовь! – Роуз стиснула руки, глаза ее сияли. – Если его окружить любовью, с ним все будет хорошо. А если кто-то и может его любить, то это наша Лана.

Они замолчали и начали расходиться по своим комнатам, надеясь, что юная служаночка не ошиблась.

Глава 25

– Прошло уже пять дней! – Мария ходила по столовой, присматривая за тем, как накрывают стол для завтрака. – Пять дней, а я ни разу не слышала, чтобы паренек говорил!

– Я пою ему каждый раз, когда захожу к нему в комнату. – Колетт вздохнула. – Я до сих пор помню, как мамочка пела мне, когда я была маленькая. Я так надеялась, что это прогонит страхи паренька!

– Я сшила ему чудесные сорочки и штанишки и мягчайшее нижнее белье. – Надя продемонстрировала новое творение, над которым трудилась. – ~ Он надевает то, что ему говорят надеть, но, кажется, ничего не замечает.

– У него такой печальный взгляд. – Роуз отвернулась и посмотрела в окно. – Таких печальных глазок я в жизни не видела. У меня просто сердце рвется на части!

Уизерс громко кашлянул.

– Тише! Наша Лана идет.

Всякий раз, встречаясь с ней, остальные старались казаться бодрыми и разговаривать о прекрасной погоде, последних светских сплетнях – и даже о политике властей Нью-Йорка. О чем угодно – лишь бы не о том, что всем не давало покоя.

Джесс метался по комнате, пытаясь придумать, что он может сделать для того, чтобы помочь Лане в этой ужасной ситуации.

Лана! Ему так ее не хватало. Ему не хватало ее здесь, у него в объятиях. Не хватало в постели. После того как мальчика привезли к ним, она проводила с ним все свое время. Вечерами она держала его на руках, пока он не засыпал, а потом дремала в кресле рядом с его кроватью на тот случай, если он проснется

ночью испуганный и одинокий. Каждое утро она поспешно бежала к себе, чтобы надеть самый красивый наряд и тщательно уложить волосы, надеясь, что наконец сможет встретить этот день радостно со своим наконец-то обретенным Колином. Но каждый день паренек просыпался растерянным и испуганным, не узнавая женщины, которая посвятила все свои силы его спасению.

Чего они не заметили? Что еще можно сделать для того, чтобы вывести малыша из печальной апатии? Куда он мысленно спрятался, так что даже не узнает ту женщину, которая так горячо его любит?

За все это время никто не услышал от Колина ни единого слова. Поддаваясь уговорам Ланы, он ел то, что ему давали, но когда ему казалось, что на него никто не смотрит, он прятал еду в карманы. Лана находила у него в спальне припрятанные продукты, хотя не похоже было, чтобы он хоть что-то съедал.

Паренек не хотел выходить из комнаты и не выказывал интереса к своему новому дому. Вместо этого он готов был все время сидеть за столиком, который Лана поставила у него в комнате, и слушать, как она болтает о тех вещах, которые, как ей казалось, он должен был помнить. О его матери, об отце, о соседях, которых он видел в их перенаселенном доме… Но в безжизненных глазках ни разу не загорелась искра узнавания.

Все домочадцы были встревожены, все испытывали чувство полной беспомощности.

Джесс резко остановился. Он не допустит, чтобы Лана выносила все это одна! Хоть он и не представлял себе, чем может помочь этому странному малышу, но он обязан был попытаться.

Он прошел по коридору, остановившись у двери в комнату Колина. Не услышав оттуда ни звука, он открыл дверь и заглянул внутрь. В камине горел огонь. Он подошел к кровати. Никого там не увидев, он осмотрелся – и в углу комнаты разглядел какие-то странные очертания. Подойдя чуть ближе, он понял, что Лана устроила на полу гнездышко из одеял и подушек и теперь лежала рядом со спящим Колином.

Увидев Джесса, она прижала палец к губам.

Он опустился на колени рядом с ней.

– Решила попробовать что-то новое?

Она кивнула:

– Я вспомнила, как Закери говорил, что Колин у Ван Энделов спал на полу. Я подумала, что это могло бы помочь, но я не хочу, чтобы он проснулся и обнаружил, что опять оказался один и снова в каком-то незнакомом месте. Мне нужно быть рядом с ним, Джесс!

Не говоря ни слова, Джесс взял еще одну подушку и улегся рядом с ней.

Она ласково прикоснулась к его руке.

– Тебе не обязательно это делать.

– А мне хочется. – Он притянул ее к себе для долгого и нежного поцелуя. – Наверное, для меня теперь это единственная возможность спать с тобой. И потом… – тут он ей подмигнул, – я не собираюсь лишиться такого развлечения.

Лана потащила на себя одеяло и почувствовала тепло от уже привычно лежащей у нее на талии руки Джесса. Перина оказалась непривычно жесткой, и она перевернулась, стараясь устроиться удобнее.

Тут она внезапно вспомнила, где находится. Она не в кровати у Джесса, а на полу у Колина в комнате!