Гений зла Гитлер
Шрифт:
Касались они деятельности так называемых айнзацгрупп полиции безопасности и СД (нем. Einsatzgruppen der Sicherheitspolizei und des SD, сокр. EGr). По служебной принадлежности их создание и управление их деятельностью тоже курировал Гейдрих.
Официально они занимались – согласно определению «Фёлькишер Беобахтер» – «очисткой освобожденных областей от марксистских предателей народа и других врагов государства».
Группы
Как считал фюрер – «в Польше начинается Азия», так что закон должен применяться в соответствии с этой максимой. Поэтому, как говорит нам энциклопедия:
«…в сентябре 1939 года к каждой из пяти германских армий, участвовавших во вторжении в Польшу, была присоединена специальная айнзацгруппа. Была создана также айнзацгруппа z. B.V. для Верхнесилезской промышленной области, а также самостоятельная айнзацкоманда 16…»
В каждой группе было от двух до четырех айнзацкоманд численностью от 120 до 150 человек. То есть, в общем-то, немного – и заняты они были сверх головы. Дел у них было очень уж много – списки поляков (Sonderfahndungsbuch Polen), подготовленные еще в мае 1939 года, насчитывали больше шестидесяти тысяч имен людей польской элиты, включая не то что аристократов или видных государственных служащих, а иногда даже актеров.
И всех их следовало убить.
В состоянии такой перегруженности понятно, что на евреев много времени не оставалось – их убивали, конечно, но скорее мимоходом, как бы для практики. Хорошим упражнением для «специальной полиции» было загнать евреев в церковь и там даже не обязательно расстрелять, а, скажем, заставить ползать по полу голыми и есть дерьмо.
Это помогало хоть как-то расслабиться – потому что устроить 700 с лишним расстрелов, в которых было убито около 20 тысяч человек из числа «потенциальных лидеров польского сопротивления» – это было нелегко даже и при помощи войск вермахта, оказываемой все-таки не систематически.
Иные генералы так даже протестовали.
Скажем, генерал Петцель в конце ноября 1939 года подал по команде письменный рапорт с жалобой, в которой говорилось следующее:
«Почти во всех крупных населенных пунктах упомянутыми организациями (СС и полиция) проводились массовые расстрелы. Выбор жертв был самым различным и порой труднообъяснимым, сама же экзекуция часто носила недостойный характер».
Трудно, конечно, понять, как можно провести расстрел достойным образом.
Разве что укрыв его от посторонних глаз, где-нибудь в лесу, в укромном месте. Но разве в этом случае он не потеряет часть
В общем, генералу было сказано, чтобы он не совался в «партийные дела» – они его не касаются. Такой точки зрения генерал Гудериан, по-видимому, и держался. Он был всегда впереди, вопросами поддержания порядка в тылу не занимался – и как бы ничего и не знал.
Вот Гальдеру как начальнику Генштаба сухопутных войск по должности полагалось знать все, что происходит и на фронте, и в тылу. Но были, как мы видим, и некие «серые зоны»…
Туда он предпочитал не заглядывать – даже на страницах своего дневника.
Примечания
1. Гудериан родился в г. Кульме, рядом с рекой Вислой, к югу от Данцига. В то время этот район принадлежал Пруссии. После 1918 года отошел к Польше. Сейчас – г. Хелмно на территории Польши.
2. Малая Антанта – альянс Чехословакии, Румынии и Югославии, созданный в 1920–1921 годах, получил поддержку Франции. Малая Антанта давала возможность открытия второго фронта в случае вооруженного конфликта с Германией.
3. Эпизод описан в книге: Heinz Hehne. The Order of The Death’s Head. P. 161. Книга, кстати, переведена и на русский.
4. Роман «Еврей Зюсс» посвящен Германии XVIII в. История еврейского финансиста, ставшего первым министром у герцога Вюртембергского и выжимавшего из народа деньги для своего повелителя. Зюсс, вознесенный к вершине, мстит своему государю за погубленную им дочь, и его жестоко казнят. Фейхтвангера за этот роман обвиняли сразу и в еврейском национализме, и в антисемитизме.
Часть V
Операционная пауза
Окончание военной кампании всегда влечет за собой так называемую операционную паузу. Если кампания успешна, следуют всякого рода публичные церемонии – например, торжества по случаю победы, пышное награждение победителей, и так далее.
Дальше происходит нечто более конфиденциальное, что широкой публике уже не сообщается: скажем, оценка действий собственных войск, желательно – максимально трезвая и объективная, выяснение возможных планов противника, подсчет как имеющихся резервов, так и приобретенных ресурсов.
И обзор вновь открывающихся перспектив.
С награждением победителей в конце сентября 1939 года в Рейхе все прошло вполне традиционно, а вот с конфиденциальной частью – уже несколько не так.
В этом смысле интересны размышления генерала Франца Гальдера.
В чисто военном отношении он был доволен достигнутым результатом – польские войска были полностью разбиты, сделано это было в короткое время, потери, понесенные вермахтом, были невелики [1].
Но для него это было не слишком поучительно – результат «Польской кампании» был предрешен.