Генерал конфедерации из Биг Сур
Шрифт:
Мне понравилось, как она произнесла слово 'бабушка', потому что меньше всего на свете она походила на чью-то бабушку.
Затем она очень любезно сказала 'спасибо', стекло плавно и без усилий поползло вверх, и лебеди продолжили свое движение на юг. Женщина помахала на прощанье рукой, и машина скрылась за поворотом, став чуть-чуть ближе к тем, кто дожидался ее в Лос-Анжелесе — тем, кто с каждой утекающей минутой нервничал все больше и больше. Им пойдет на пользу, если они немного за нее поволнуются.
Ну где же она? Где? Может позвонить в полицию? Нет, подождем
Через пять минут раздался далекий хлопок 22-го калибра, затем второй и третий. Самое безнадежное — эти повторяющиеся выстрелы, снова, и снова, а потом тишина.
Через некоторое время Ли Меллон спустился с горы. Он шел по пыльной дорожке, потом пересек шоссе. Пистолет он нес небрежно — так, будто от него теперь было не больше пользы, чем от простой палки.
— Ну? — спросил я.
И вот был вечер, и Ли Меллон стоял рядом со мной на узкой балке.
— Скоро стемнеет, — сказал он. Он смотрел на пруд. Пруд казался зеленым и безобидным. — Был бы динамит, — сказал Ли Меллон. Потом он пошел в огород и сорвал там несколько листьев салата. Когда он возвращался, в глазах его была тоска. — Я видел в огороде кролика, — сказал он.
Собрав все свое самообладание, я прогнал слово 'Алиса' сперва с языка, а потом и из головы. Мне очень хотелось сказать: 'Чего же ты, Алиса, так испугалась?', но вместо этого я заставил себя смириться с тем, что от пяти наших патронов остались только воспоминания.
Ужин этим вечером был так себе. Немного зелени и банка скумбрии. Человек [15] , хозяин земли, где мы жили, принес эту скумбрию для котов, которых полно в округе — но коты не стали ее есть. Рыба была мерзкой настолько, что они предпочли остаться голодными. Что и сделали.
Скумбрия способна разорвать организм на части. Стоит ей попасть в живот, как в нем поднимаются гул, верещание и хлопки. Желудок закручивается вокруг собственной горизонтальной оси, издавая звуки, которые пронеслись бы по дому с привидениями вслед за подземным толчком.
15
Хозяином участка был Лоуренс Ферлингетти, американский поэт и издатель, основавший издательство и книжный магазин 'Огни Большого Города'.
После чего происходит громкий пердеж и отрыжка. Через все доступные отверстия скумбрия рвется наружу.
После подобного ужина список тем для разговора резко сужается. Я не представляю, как можно после поедания скумбрии говорить о поэзии, эстетике и мире во всем мире.
И чтобы уж окончательно превратить наш обед в гастрономическую Хиросиму, мы съели на десерт по куску хлеба от Ли Меллона. Хлеб Ли Меллона точно соответствовал описаниям сухарей, которыми кормили солдат Гражданской войны. В этом, разумеется, не было ничего неожиданного.
Я уже научился вставать по стойке смирно и салютовать глазами невидимому флагу — флагу того, кто соглашается заниматься стряпней, — когда раз в два-три дня Ли Меллон провозглашал:
— Кажется, пришло время печь хлеб.
Это потребовало времени и усилий, но я добился своего, и могу теперь
16
Бетти Крокер — автор и торговая марка знаменитой поваренной книги и коллекции кулинарных рецептов.
Приготовления к Экклезиасту
Сразу после ужина я решил, что не буду слушать кваканье лягушек, уже собравшихся перед закатом в пруду, а, забрав пердеж и отрыжку, посижу в одиночестве у себя в будке и почитаю Экклезиаста.
— А я посижу здесь и почитаю лягушек, — перднул Ли Меллон.
— Что ты сказал, Ли? Я не слышу. Эти лягушки. Говори громче, — перднул я.
Ли Меллон встал, бросил в пруд здоровенный камень и проорал:
— Кэмпбельский суп!
Лягушки умолкли. Камня и крика им хватало на несколько секунд, после чего все начиналось снова. Ли Меллон держал в будке целую груду камней. Лягушки начинались с одного квака, за первым следовал второй — и так до тех пор, пока к хору не присоединялась 7452-ая лягушка.
Самое смешное, что, посылая в пруд метательный снаряд, Ли Меллон должен был кричать именно 'Кэмпбельский суп!'. Чтобы понять, какой именно крик в комплекте с прицельным камнеметанием, лучше всего действует на лягушек, Ли Меллон экспериментировал сначала с известными ему ругательствами, потом с бессмысленными наборами звуков.
Он оказался хорошим исследователем, и методом проб и ошибок выяснил, что самый сильный страх нагоняет на лягушек фраза 'Кэмпбельский суп!'. Так что теперь вместо того, чтобы выкрикивать скучную бессмыслицу, он орал на весь Биг Сур 'Кэмпбельский суп!'
— Так что ты хотел сказать? — пернул я.
— Я посижу здесь и почитаю лягушек. Ты что — не любишь лягушек? — перднул Ли Меллон. — Именно это я и хотел сказать. Где твой патриотизм? Между прочим, на американском флаге тоже есть лягушка. [17]
17
Лягушкой иногда называют бечевку, которая висит у древка флага.
— Я пойду к себе в будку, — перднул я, — читать Экклезиаста.
— В последнее время ты слишком часто читаешь Экклезиаста, — перднул Ли Меллон. — Насколько я помню, там читать-то особенно нечего. Последи за собой, сынок.
— Всему свое время, — сказал я.
— Нет, динамит для этих лягушек слишком хорош, — сказал Ли Меллон. — Надо придумать что-нибудь поинтереснее. Динамит слишком быстро действует. У меня появилась идея.
Пытаясь утихомирить лягушек, Ли Меллон перепробовал множество разных способов. Он кидал в них камнями. Он лупил по пруду метлой. Он лил туда полные ведра кипятка. Как-то он даже выплеснул в пруд два галлона прокисшего красного вина.