Ген Атлантиды
Шрифт:
– А вы не можете с ним проконсультироваться?
Подобрав последние кусочки пищи, Дэвид швырнул вилку в лоток и собрал вещи, вытащенные из шкафа.
– Увы, не могу.
Кейт закрыла папку.
– Западный Китай? А как мы туда доберемся?
– Я как раз к этому подхожу. Не будем бежать впереди паровоза. Сперва выясним, не оставили ли наверху засады. Вы готовы?
Кивнув, Кейт последовала за ним вверх по лестнице, где Дэвид велел ей обождать, пока сам прочесывал коттедж.
– Чисто. Хочется надеяться, они двинулись дальше. Держитесь рядом.
Они бегом покинули коттедж, нырнув
– Заползайте.
Кейт хотела было запротестовать, но, вспомнив его единственное условие, подчинилась, даже не пикнув. Почему-то – сама не понимая почему – она не хотела опускать колени в грязь, но протиснуться не могла. Будто ощутив ее колебания, Дэвид потянул закраину металла изо всех сил, дав Кейт достаточно простора, чтобы протиснуться с удобством.
Последовав за ней внутрь, Дэвид отпер и откатил ворота строения, открыв взгляду спрятанное на складе «сокровище».
Это оказался самолет, хоть и вписывающийся в эту категорию со скрипом. Причем странный – гидроплан вроде тех, которыми, по представлениям Кейт, добирались до какой-нибудь глухомани на Аляске… в 1950-х. Может, самолет и не настолько стар, но стар уж точно. Внутри было четыре сиденья, а на каждом крыле по два больших пропеллера. Наверное, ей придется проворачивать один из них вручную, как Амелии Эрхарт [11] . Если он вообще повернется – и если Дэвид сумеет управлять этим драндулетом. Она смотрела, как военный стаскивает брезент с хвоста и выбивает колодки из-под колес.
11
Амелия Эрхарт – одна из первых женщин-пилотов. По официальной версии, первой из женщин пересекла Атлантический океан на самолете, хотя на самом деле большую часть пути она проделала в роли пассажира.
В коттедже он строго-настрого заявил: «никаких вопросов», но удержаться Кейт не могла.
– Вы сможете управлять этой штуковиной, правда?
Остановившись, Дэвид чуть пожал плечами и поглядел на нее, словно пойманный на горячем.
– Ну, в общем…
– В общем?
Глава 47
Дориан смотрел, как Наоми, допив остатки мартини, растянулась на длинной кушетке у противоположного борта самолета. Белый махровый халат распахнулся, обнажив ее грудь, вздымавшуюся и опадавшую все более лениво, будто у довольной кошки, только что попировавшей какой-то добычей. Она слизнула с пальцев последние капли мартини и приподнялась на локте.
– Ты уже готов?
Она просто ненасытна. А уж если такое говорит он, то это что-то. Дориан снял трубку телефона.
– Еще нет.
Чуть
В трубке Дориан услышал голос бортрадиста:
– Да, сэр?
– Соедините меня с китайским комплексом.
– «Иммари Шанхай»?
– Нет, с новым – на Тибете. Мне надо поговорить с доктором Чейзом.
Дориан услышал зазвучавшие фоном щелчки мышью.
– С доктором Чангом?
– Нет, с Чейзом. Ядерный отдел.
– Минуточку.
Дориан смотрел, как Наоми чешется под халатом, комом сбившимся вокруг нее на кушетке. Любопытно, сколько она продержится.
Телефон щелкнул.
– Чейз, – рассеянно сообщили с того конца.
– Это Слоун. Как там у нас с ядерными?
Кашлянув, собеседник проговорил еще медленнее:
– Мистер Слоун. У нас имеется, я полагаю, пятьдесят или сорок девять работоспособных единиц.
– Сколько всего?
– Это все, что у нас есть, сэр. Мы пытаемся раздобыть еще, но ни индийцы, ни пакистанцы больше не хотят продать нам ни одной единицы.
– Цена роли не играет, сколько бы они ни запрос…
– Мы пытались, сэр, но они не хотят продавать ни за какие деньги безо всяких объяснений, зачем; а у нас нет ничего более путного, нежели резервные запасы для нашего ядерного реактора.
– А вы можете работать с вооружениями советского блока?
– Да, но на это уйдет больше времени. Вероятно, это устаревшие устройства; их необходимо будет проверить и конвертировать. И тротиловый эквивалент у них, по всей видимости, поменьше.
– Отлично. Я посмотрю, что смогу провернуть. Будьте готовы к новой поставке. И раз уж речь зашла о конверсии, мне нужно, чтобы вы сделали две бомбы портативными… что-нибудь такое, что тщедушный человек или… кто-то… усталый сможет нести без труда.
– На это потребуется определенное время.
– Сколько именно? – Дориан в сердцах перевел дыхание. Как же тяжко иметь дело с этими чудиками!
– Это как поглядеть. Каков предел веса?
– Веса? Не знаю. Скажем, фунтов тридцать или сорок. Погодите, это чересчур уж много. Скажем… пятнадцать фунтов. Предположим, пятнадцать или около того, справитесь?
– Это снизит радиус.
– Сделать сможете? – нетерпеливо огрызнулся Дориан.
– Да.
– Когда?
Ученый тяжко вздохнул.
– День, ну два.
– Мне она нужна через двенадцать часов, и никаких оправданий, доктор Чейз.
Долгая пауза. Потом:
– Да, сэр.
Дориан повесил трубку.
Наоми наконец сломалась. Налила себе еще бокал мартини и с вопросительным видом наклонила бутылку в его сторону.
– Не сейчас! – За работой Дориан никогда не пил.
Минутку поразмыслив, он снова снял трубку.
– Дайте мне тибетский комплекс еще раз. Доктора Чанга.
– Чейза?
– Чанга, рифмуется с «дам по чайнику».
Щелчки последовали в более бодром темпе.
– Чанг слушает, мистер Слоун.
– Доктор, я тут собираюсь наведаться в ваше заведение, и нам нужно сделать кое-какие приготовления. Сколько там у вас пациентов?
– По-моему… – начал Чанг. Дориан услышал шуршание бумаг, щелчки клавиш, и доктор снова схватил трубку. – Триста восемьдесят два примата, сто девятнадцать человек.