Гавань ветров
Шрифт:
– Но твой разлюбезный Гарт свалился в океан! – вмешался в спор судья с Внешних Островов. – Даже Летай он лучше Лейна, после падения он – проигравший.
– Согласна, – кивнула Восточная. – Ты не летатель. Правитель, и оттого не понимаешь. Гарту еще повезло. Если бы он упал в океан, летя с поручением, то достался бы на обед сциллам.
– Он болен, – гнул свое Правитель, не желая, чтобы Скални лишился пары крыльев.
– Это неважно, – заявил Южный, кидая в ящичек черный камень.
Его примеру последовали остальные судьи-летатели, Правитель
Падение Гарта усилило неприязнь между летателями и студентами «Деревянных Крыльев». Проходившие в сгущающемся мраке и грозовых облаках послеполуденные игры не имели особого успеха. Восточная с Кошачьего Острова, многократный призер в фигурном пилотировании, как и многие другие летатели, в последнюю минуту отказалась от участия в дружеских соревнованиях, а некоторые летатели, непосредственно не участвующие в поединках за крылья, в тот день даже отправились на родные острова. Керр, единственный из студентов посетивший игры, рассказал, что зрители изнывали от скуки, и все их разговоры крутились вокруг Гарта.
Сина попыталась ободрить своих питомцев, но на этот раз у нее ничего не получилось. Шер и Лиа, хотя и не надеялись всерьез на победу, вполголоса взвешивали свои шансы, Деймен тоже приуныл, а Керр готов был сию же минуту утопиться в океане. Пребывавшая в мрачном расположении духа С'Релла, сославшись на усталость, ушла, а вновь появившись вечером, поссорилась с Вэлом.
Произошло это сразу после ужина. Деймен сидел за доской гичи и оглядывал комнату в поисках соперника, Лиа, вновь достав свирель, негромко наигрывала печальную мелодию. С'Релла сидела на лавке рядом с Марис, когда Вэл без приглашения подсел к ним.
– Пойдем в таверну, отметим свою победу, – предложил он С'Релле. – Избавимся от кислых мин проигравших и заодно послушаем, что о нас болтают люди. Может, даже поставим монетку-другую на завтрашние поединки.
– Мне нечего праздновать, – угрюмо сказала С'Релла. – Летала я сегодня из рук вон плохо и победу не заслужила.
– Твои победы или проигрыши ничего общего с заслугами не имеют. Пошли.
– Вэл схватил С'Реллу за руку и попытался поднять на ноги, но та со злостью вырвалась.
– Тебя ничуточки не волнует, что произошло с Гартом?
– Похоже, нет. Да и тебя, наверно, тоже. Ведь, как мне помнится, разговаривая с ним в последний раз, ты сказала, что ненавидишь его. Для тебя было бы значительно лучше, если бы он утонул. Тогда судьям, волей-неволей, пришлось бы отдать тебе его крылья, а теперь они непременно попытаются тебя надуть.
Марис, не выдержав, воскликнула:
– Замолчи сейчас же, Вэл!
– Не вмешивайся, летатель, – отрезал он. – Разговор касается только меня и С'Реллы.
С'Релла вскочила.
– Почему ты всех ненавидишь?! Ты жесток даже с Марис, а ведь она постоянно помогает тебе. И о Гарте ты сказал такое!.. Он был добр ко мне, а я, неблагодарная, вызвала его на поединок. Из-за меня он чуть не погиб, а ты говоришь о нем гадости! Ни слова о нем больше! Ни
Лицо Вэла застыло неподвижной маской.
– Понятно, – сказал он бесстрастно. – Если ты так печешься о летателях, то отправляйся к столь любезному твоему сердцу Гарту и откажись от его крыльев. А я тем временем пойду и отпраздную свою победу.
Он резко повернулся и вышел.
Марис, взяв руку С'Реллы, предложила:
– Не навестить ли нам в самом деле Гарта?
– А можно?
Марис кивнула.
– Он и Риса занимают большой дом всего в полумиле отсюда. Гарту нравится жить около океана и пристанища летателей. Пойдем его проведаем?
С'Релла сразу согласилась, и они тут же отправились в путь. Хотя Марис и побаивалась недружелюбного приема в доме Гарта, забота о друге пересилила страх.
Беспокоилась она, как оказалось, напрасно. Открыв дверь, Риса тут же расплакалась, и Марис поспешно обняла ее.
– Входите же, входите, – бормотала Риса сквозь слезы. – Он обрадуется.
Гарт лежал на кровати. Голова его покоилась на груде подушек, ноги прикрывал лохматый шерстяной плед. Завидев в дверях гостей, он приподнялся на локтях, и на его осунувшемся бледном лице заиграла искренняя улыбка.
– Марис! – как всегда во всю глотку закричал он. – Вместе с бесенком, который хотел отобрать у старика Гарта крылья! Проходите же, поговорите со мной. А то Риса лишь причитает, ахает да охает. Даже кружечку эля больному не принесет.
– Эль тебе ни к чему, – улыбнулась Марис.
Подойдя к кровати, она наклонилась и коснулась губами лба Гарта. С'Релла в нерешительности топталась у двери. Посмотрев на нее. Гарт серьезно сказал:
– Не бойся, С'Релла, я на тебя не сержусь.
Девочка, встав рядом с Марис, спросила:
– Ты правда не сердишься?
– Правда. Риса, принеси гостям стулья. – Через минуту, когда Марис и С'Релла уселись; он продолжил: – Если откровенно, то, когда ты вызвала меня, я был в ярости…
– Извини. – С'Релла потупилась. – Я не хотела сделать тебе больно. И забудь то, что я по глупости наговорила той ночью в пристанище. Я вовсе не ненавижу тебя.
– Знаю. И тебе не в чем извиняться. Ледяная вода, видимо, прочистила мои мозги, и, пролежав здесь полдня, я понял, каким был идиотом и как мне повезло, что я способен сейчас в этом признаться. Напрасно я держал свою болезнь в секрете, а ты, узнав о ней, правильно поступила, вызвав меня. – Гарт печально покачал головой. – Я, как и все мои друзья, не могу жить без крыльев, и мысль о том, что я потеряю их навсегда, просто невыносима, но сегодняшнее купание доказало, что выбор у меня небогатый – либо жить бескрылым, либо утонуть в самое ближайшее время. Я всегда полагал, что справлюсь с болью, но этим утром мои руки и ноги… Да что там говорить, все плохое со мной уже произошло. – Он взял девочку за руку. – Добавлю лишь, что не выйду завтра на состязания, даже если это окажется мне по силам. Наставления Рисы и водные процедуры привели меня в чувство. Крылья твои, С'Релла.