Гавань ветров
Шрифт:
– От путешествий по морю у меня голова идет кругом, – заявила старуха кисло. – Да и тот паренек на Сиатуте, помнится, похвалялся, будто врачует лучше меня, а теперь вот взывает о помощи.
К счастью, помочь вызвалась дочь и, быстро собрав сумку и извинившись за мать, сразу же направилась к парому.
На обратном пути Марис решила понежиться в объятиях ветров. Все грозовые тучи исчезли за горизонтом, в воде дрожали солнечные блики, на востоке небо рассекала многоцветная арка радуги. Отыскав в воздухе теплый восходящий поток, она поднялась повыше. Заметив стаю диких гусей,
Она прищурила глаза. Так и есть – из воды торчит длинная шея сциллы. Неужели чудовище пытается сцапать зазевавшегося гуся? Вдалеке на поверхности виднелись темные пятна. Значит, сцилла охотится на морских котов или на корабли.
Заложив крутой вираж, Марис направилась прямиком к неизвестным пятнам и вскоре разглядела, что это корабли. Целых пять. Подлетев ближе, она различила выкрашенные в темно-коричневый, почти черный цвет корпуса, некогда розовые, а теперь изрядно полинявшие паруса, развевающиеся на верхушках мачт потрепанные сине-красные вымпела. У местных кораблей вымпела других цветов. Значит, эти корабли приплыли издалека, скорее всего
– с Востока.
Оказавшись над кораблями, Марис сбросила высоту. Моряки усердно работали – переставляли паруса, тянули канаты. Некоторые, подняв к небу глаза, закричали, замахали ей руками, но большинство продолжали работать. Пересекать открытый океан под парусом в Гавани Ветров всегда опасно, а большую часть года из-за свирепых штормов и вовсе невозможно. Для Марис ветер был любовником, для моряков же – коварным убийцей, сулящим дружбу лишь затем, чтобы при первом удобном случае сорвать парус или швырнуть судно на острые скалы. Большие и неповоротливые корабли не могли подобно летателям заигрывать с ветрами и оттого вели с ними непрекращающиеся бои.
Но эти корабли уже в безопасности – шторм кончился, до заката следующего не предвидится, а в порт они, по расчетам Марис, доберутся меньше чем через час.
Сегодня в городе Штормов будет праздник. Прибытие с Востока торгового флота из целых пяти кораблей – редкое событие. Ведь более трети кораблей, дерзнувших пересечь океан между архипелагами, бесследно исчезает.
Покружив над кораблями, Марис решила слетать в город Штормов с приятным известием и лишь потом возвратиться на Сиатут. Она подумала, что, наверно, даже дождется флотилию с Востока в порту. Узнает, с какими новостями и каким грузом они прибыли.
Марис выпила изрядное количество вина. Она первая принесла радостную весть, и каждый из многочисленных завсегдатаев портовой таверны угощал ее. Все пили, смеялись, гадали, какие товары привезут торговцы с Востока.
Послышался чей-то крик, а через секунду его подхватили десятки голосов.
– Корабли подходят к пирсу!
– Они уже швартуются!
– Корабли с Востока!
Марис поднялась. Вино ударило в голову, она потеряла равновесие и непременно упала бы, но толпа подхватила ее и потащила к двери.
В порту собрался
Проснулась Марис оттого, что кто-то тряс ее за плечо. Поморгав, она подняла глаза и увидела незнакомца.
– Ты – Марис? – спросил он. – Марис – летатель с Малого Эмберли?
Лицо юного незнакомца было не по годам сурово и непроницаемо. В огромных черных глазах светился ум, длинные темно-русые волосы завязаны сзади узлом.
– Да, я, – ответила она, вскакивая. – Извини, не соображу, что случилось. Должно быть, задремала.
– Похоже. А мне, едва я сошел с корабля, показали на тебя. Я думал, что ты меня встречаешь.
– О! – Марис быстро огляделась. Толпа поредела, на пирсе – лишь несколько торговцев да разгружающие корабль портовые грузчики. – Подожди, я присяду, а то никак не приду в себя. Мало спала прошлой ночью.
Парнишка показался ей знакомым, и она пригляделась к нему повнимательней. Плащ восточного фасона из толстой и теплой материи серого цвета без орнамента, сзади спадал капюшон, на поясе висел нож в кожаных ножнах. Под мышкой он держал холщовый мешок.
– Говоришь, ты с корабля? – спросила Марис.
Парнишка кивнул.
– Извини, я еще толком не проснулась. Где остальные моряки?
– Моряки едят и пьют, торговцы торгуют. Путешествие было не из легких. Шторм разбил один корабль, но мы подобрали почти всю команду, утонули лишь двое. В кубриках после этого было не протолкнуться. Моряки рады-радешеньки, что наконец-то оказались на берегу. – Секунду помолчав, он добавил: – Сам я не моряк. Извини, ошибся. Думал, что ты встречаешь меня.
Он повернулся и собрался уходить.
Тут Марис, наконец поняв, кто перед ней, воскликнула:
– Конечно же! Ты – студент из «Воздушного Дома»! Извини, совершенно вылетело из головы.
Она встала.
– Меня зовут Вэл. – Он пристально посмотрел Марис в глаза, как бы не сомневаясь, что его имя скажет ей многое. – Вэл с Южного Аррена.
– Отлично, Вэл, – отозвалась Марис. – Мое имя ты знаешь. Но я не уверена, что…
Он перехватил мешок поудобнее, кадык на шее заходил вверх-вниз.
– Еще меня зовут Однокрылым.
Марис промолчала, но лицо выдало ее.
– Вижу, что ты наслышана обо мне, – сказал юноша довольно резко.
– Да, – призналась она. – Намерен участвовать в Состязаниях этого года?
– Я намерен летать в этом году. Ради этого вкалывал последние четыре года.
– Понятно, – сказала Марис холодно и взглянула на темнеющее небо. – Мне пора на Сиатут. А то там, наверно, уже решили, что я упала в океан. Сообщу учителю о твоем прибытии.
– Ты даже не поговоришь с капитаном? – с притворным удивлением поинтересовался Вэл. – Он в таверне через дорогу. – Кивком подбородка он указал на ближайшее здание. – Должно быть, описывает в красках зевакам наши приключения в море.