Гарольд Храбрый
Шрифт:
— Знаю, — кивнул сакс, прямо глядя в глаза герцогу.
— Так вот... — замялся Вильгельм, опуская взор. Усилием воли он заставил себя поднять глаза и продолжил: — Я хочу, чтобы ты в присутствии моих вассалов дал клятву.
— Какую?
— Ты должен поклясться, что поможешь мне... взойти на английский престол, — выдавил из себя герцог, пристально наблюдая за графом. Однако тот оставался невозмутим. Норманн озадаченно спросил: — Что ж ты молчишь?
— А что ты хочешь услышать? —
— Я понимаю твоё возмущение, — вздохнул герцог. — Поверь, мне очень тяжело принуждать тебя к этому. Очень! — подчеркнул он, нервно потирая руки.
— Верю, — кивнул граф и с усмешкой добавил: — Если тяжело, к чему принуждать. Подлость — нелёгкий Удел.
— Согласен, — нахмурился Вильгельм. — Благородным быть легче.
— Так будь.
— Не могу.
— Почему? Мешает гордыня?
— А у тебя её нет?
— Есть. Но я с ней справляюсь.
— Тебе легко рассуждать... — с болью произнёс Вильгельм. — Ты не знаешь, что такое — быть незаконнорождённым!
— Не знаю, — согласился Гарольд. Лицо его смягчилось. — Ноя знаю, что всегда есть выбор между добром и злом.
— У меня его нет, — опустил голову Вильгельм.
— А у меня?
— И у тебя нет... — вздохнул герцог. — Мы оба заложники.
— Чего?
— Власти!
Наступило молчание.
— Так что ты мне ответишь? — спросил Вильгельм, прерывая тягостную паузу. — Нет, ничего не отвечай! — тут же поправил он себя. — Не спеши с ответом. Подумай.
— А если я откажусь.
— Мне придётся тебя заточить.
— Но ведь, дав слово, я могу его не сдержать, — невесело усмехнулся Гарольд. — Ты ведь нарушил присягу, данную французскому королю.
— Я нарушил, — кивнул герцог. — А ты не сможешь.
— Почему?
— Ты слишком честен.
— И поэтому ты пользуешься моим нынешним положением?
— Да... Иного не остаётся... Лишь корона может дать мне желанный покой.
— Что ж. Ты сказал — я услышал! — холодно бросил Гарольд, поднимаясь.
— Не торопись с ответом, — просительным тоном произнёс герцог. — Я даю тебе два дня. Подумай. Не принуждай меня совершить подлый поступок.
— Ты его уже совершил... — брезгливо поморщился граф и, круто развернувшись, направился к двери.
Вернувшись в свой покой, Гарольд тяжело опустился на табурет и отрешённо уставился в одну точку. Голова его как будто налилась свинцом, в висках пульсировала боль, словно какая-то мысль пыталась вырваться наружу.
— Что случилось, мой лорд? — озабоченно спросил Рагнар.
Граф не ответил.
— Нездоровится? — не отставал оруженосец.
— Уйди,
Оруженосец почувствовал, что спорить бесполезно, и молча покинул покой. Через несколько минут он вернулся, вслед за ним шли Сигевульф, Вальтов и Хакон.
— Что с тобой, брат? — участливо спросил Вальтов.
— Оставьте меня! — бросил граф.
— Мы не уйдём, Гарольд! — покачал головой Сигевульф. — И не надейся! Говори, кто тебя так опечалил? Вильгельм?
Гарольд поднял взор, тоска светилась в его глазах.
— Что тебе надо, Сигевульф?
— Хочу помочь тебе, — мягко произнёс толстяк. — Облегчи свою душу. Ведь ты не один. Мы с тобой. И все как один умрём за тебя!
— Верю, друг.
— Вот так-то лучше, — улыбнулся эрл. — Так что случилось? Я никогда не видел тебя таким поникшим.
— Я сам не видел, — с горечью промолвил граф. — Хотите знать? Что ж, я отвечу... — Гарольд помолчал мгновение и закончил: — Вильгельм требует, чтоб я дал клятву возвести его на трон!
В комнате повисла тяжкая тишина.
— Что?! — первым пришёл в себя Сигевульф.
— Вот мерзавец, чума его возьми! — выругался Вальтов.
— Ничего, мой лорд, — подал голос Рагнар. — Попробуем вырваться отсюда! Низость герцога удесятерит наши силы!
— Я не хочу напрасно погубить вас, — покачал головой граф.
— Тогда пошлём в Англию Игана, — предложил Рагнар.
— Ему не прорваться.
— Прорвётся.
— Это хорошая мысль, — поддержал Сигевульф. — Тостиг с братьями тут же примчится сюда! И поубавит спесь Вильгельма!
— Эдуард не пустит его.
— А он и спрашивать не будет. Это же Тостиг! Он за тебя кому хочешь горло перегрызёт!
— Не горячись, эрл, — вступил в разговор Вальтов. — Всё не просто.
— Что ты имеешь в виду? — спросил толстяк.
— Ты плохо знаешь Вильгельма... И его вассалов... Если братья придут сюда, Гарольду не жить...
— Ты полагаешь? — нахмурился эрл.
— Уверен, — грустно произнёс Вальтов. — Для норманнов нет ничего святого.
— Что же нам делать? — растерянно спросил толстяк.
— Не знаю... — опустил голову Вальтов. — Если Гарольда не станет, Англии конец. Лишь он способен противостоять Вильгельму.
Вновь наступила пауза.
— Мой лорд, — прервал её Рагнар. — Позволь мне сказать.
— Говори, — равнодушно бросил Гарольд.
— В Англии короля выбирает народ... — начал оруженосец.
— Неужели...
— Нет, подожди! Не смейся, мой лорд, — не отступал оруженосец. — Даже если ты дашь слово, народ будет за тебя.
— Я не пойду на клятвопреступление, — покачал головой граф.