Ганс

Тилли С.

Я бы хотела, чтобы мой муж был рядом со мной. Я бы с удовольствием прислонилась к нему сейчас. Но его нет рядом со мной, потому что он стоит перед всеми нами, рядом с Гансом.

Это была его идея провести эту свадьбу. Он утверждал, что поскольку он уже получил лицензию, то нет смысла использовать кого-то другого. Но мы все знаем, что это потому, что он и Ганс стали почти неразлучны.

Неро утверждает, что это просто потому, что Ганс — наш сосед, и нам удобно с ним видеться, но на самом деле эти двое — как

две капли воды в одном стручке.

Это также была идея Неро заказать эту нелепую черную мантию, чтобы носить ее поверх костюма. Это действительно абсурдно. И когда он вышел на задний двор, одетый в нее, я подумала, что Ганс скажет ему снять ее. Но вместо этого Ганс ухмыльнулся и подарил Неро катану с красной рукояткой в знак благодарности за то, что он поженит их.

И вот теперь двое мужчин стоят вместе под аркой из прекрасных цветов: Ганс в своем темно-сером костюме-тройке с черной рубашкой и галстуком, а Неро в своей черной мантии с мечом, закрепленным на спине.

Это смешно. И замечательно.

А потом я вижу, как меняется выражение лица Ганса, и понимаю, что она здесь.

Ганс

Я ее не заслуживаю.

Кассандра улыбается мне, держась за руку отца и направляясь ко мне.

Ее черные кудри переплетены серебряными нитями и заплетены в свободную косу, ниспадающую на спину, позволяя мне видеть все ее сияющее лицо, ее щеки, розовые от радости и прохладного воздуха.

При каждом шаге ее платье развевается вокруг нее. Серебристый прозрачный материал выглядит на ней просто потрясающе и всего на несколько оттенков светлее моего костюма.

Я бы женился на ней в ее джинсовых шортах, но она хотела платье. И ее родители хотели помочь с планированием. Поэтому мы ждали эти несколько долгих месяцев. И это того стоило.

Она того, черт возьми, стоит.

Она не позволила мне увидеть платье, и как бы оно мне ни нравилось, я не могу перестать смотреть на ее улыбку.

Я не видел ее с утра. И прошло слишком много времени.

Я отхожу от Неро и встречаю их в первом ряду.

Мистер Кантрелл целует обе щеки Кассандры, затем протягивает мне руку. «Позаботься о ней, ладно?»

Я пожимаю ему руку, затем поворачиваюсь к женщине, которую собираюсь сделать своей женой. «До последнего вздоха».

Кэсси

«У меня для тебя кое-что есть», — шепчу я своему новому мужу.

Ганс смотрит на меня сверху вниз. «Что еще ты можешь мне дать?»

Церемония закончилась несколько минут назад, и сейчас все собираются в саду, пока мы готовимся к фотосъемке.

Я подтаскиваю его к одному из горшков с цветами вдоль дома, где я спрятала сюрприз.

«Закрой глаза», — говорю я ему, и он слушает.

Схватив его руку, я поворачиваю ее вверх и кладу подарок ему на ладонь.

Ганс

открывает глаза. А затем глубоко вздыхает, проводя пальцем по надписи.

Это просто стопка желтых стикер-заметок. С теми же словами, что и раньше.

«Спасибо», — шепчет он.

И, как я и ожидала, он поднимает каждый листок бумаги, чтобы убедиться, что они все на месте.

Я сделала это в другом порядке, противоположном тому, в котором он хранил их раньше, разместив самые новые внизу.

Дойдя до последнего слова, он останавливается.

И когда он смотрит на меня, я поднимаю маленький пластиковый пакет с двумя сахарными печеньями «Скиттлс» внутри.

Не говоря ни слова, Ганс берет пакет, достает из него печенье, затем засовывает сразу оба печенья в рот.

Саванна

Мистер Кантрелл в последний раз кружит меня в моей художественной студии, превращенной в танцпол, затем смеется и прижимает руку к груди. «Если я не сяду, кому-то придется вызвать скорую помощь, чтобы поднять меня с пола».

Он обнимает меня, а затем демонстративно идет к стульям во дворе.

«Не возражаете, если я вмешаюсь?» — пророкотал Кинг рядом со мной.

Я поворачиваюсь к мужу и прижимаюсь к его груди.

Он обнимает меня, и мы медленно покачиваемся вместе, пока вокруг нас гремит быстрая музыка.

Мне понравилось наше обновление клятвы, и я не жалею о нашей нетрадиционной церемонии, но это, возможно, лучшая свадьба, на которой я когда-либо была. Она полна любви.

Кинг кладет руку мне на затылок. «Я почти уверен, что родители Кэсси усыновили бы нас всех, если бы могли».

«Они действительно так бы поступили». Я улыбаюсь ему в ответ. «Должна признать, я бы не сказала «нет».

Кинг мычит в знак согласия.

Дом — единственный из нас, у кого есть родитель, о котором стоит говорить. И мы все любим Биби, но она не любит покидать Чикаго, поэтому мы видим ее только тогда, когда приезжаем. Что мы должны делать чаще.

Аспен, моя невестка, танцует со своим парнем Робом, и я чувствую вздох Кинга.

Он делает вид, что не одобряет, но Роб — хороший парень. И как второй человек Дома в чикагской мафии, он идеально подходит для интенсивности Аспен.

Аспен подходит с печеньем в руке. «Это то, что ты испекла?»

Я смотрю на сахарное печенье с желтыми кусочками внутри и улыбаюсь. «Так оно и есть».

«Они хороши», — она ухмыляется и отправляет последний кусочек в рот.

Роб подносит руку Аспен ко рту и слизывает крошки с ее пальцев.

«Ой, идите на хер», — ворчит Кинг, а затем поворачивает нас в другую сторону.

Я не могу сдержать смех. Они так хорошо его подкалывают.

Потом я понимаю, что печенье — это хорошая идея, поэтому тащу Кинга к столу с десертами.