G.O.G.R.
Шрифт:
– Мои вещи и документы – в доме Коли, – проговорила Аня, подавив рыдания.
– Я сказал, возьмёшь всё необходимое, а не вагон дорогих шмоток. А паспорт твой тебе вообще не понадобится. Завтра у тебя будет новый паспорт. Вопросы есть?
Аня, молча, покачала головой.
– Вопросов нет. Садись, поехали, – бросил Артерран и скрылся в джипе.
Аня тоже залезла обратно, в «Лексус», только не на заднее, а на переднее сиденье.
– Вы Колю тоже спасёте? – тихо спросила она.
– Посмотрим.
Аня повернулась лицом к собеседнику и так заискивающе на него посмотрела.
– Ну, скажите мне, пожалуйста, как вас зовут, а? А то вы про меня всё знаете,
– Зови Владиком, – безразлично буркнул Артерран, не обращая никакого внимания на Анины «бровки домиком».
Генрих Артерран направил свой джип по узенькой заметенной снегом дорожке прямиком к коттеджу, торчащему в гордом одиночестве посреди снежной равнины. Подъехав ближе, Аня в лобовое стекло разглядела превысокий, монолитный забор из белого кирпича. На его верху в свете мощных прожекторов страшно, по-казематному поблескивала ощетинившаяся иглами колючая проволока. За забором, словно хищные африканские львы рычали сторожевые собаки. Артерран притормозил у широченных ворот из чёрного железа и вытащил из кармана своего пальто некое устройство с кнопочками. Нажав одну из них, он заставил эти непреодолимые ворота легко разъехаться в стороны и пропустить их машину. За воротами оказался настоящий шлагбаум и настоящая контрольная будка – прямо как в военной части какой-то!
– Добрый вечер, шеф! – учтиво сказал секьюрити-«часовой» и шлагбаум тут же поднялся открыв доступ на просторнейший двор. По сравнению со двором «Владика» Колин двор казался нищенским и тесным. Снег тут был тщательно убран, фонари ярко светили, создавая чуть ли не дневной свет. Аня видела изысканный ландшафтный дизайн, широкий, как Банное озеро искусственный пруд с альпийскими горками и мостиками, мощёные тропинки. Она на минуту забыла обо всех своих горестях и прилипла к стеклу, разглядывая всё, что видела в окно. Потом впереди вырос и коттедж – да, он больше Колиного раза в два, да и выглядит куда современнее.
«Владик» остановил машину, вышел из кабины, а потом – открыл Анину дверцу и подал ей руку, помогая выбраться наружу. Едва Аня вышла, как откуда ни возьмись возник некий неприметный человек. «Владик» бросил ему ключи, человек забрался в его «Лексус» и повёл его к высокому двухэтажному четырёхместному гаражу, похожему на отдельный коттедж.
У «Владика» имелся и швейцар. Поздоровавшись, он распахнул дверь, и Аня попала… во вторую сказку. Прямо в холле был фонтан – его струи взлетали к высокому потолку, а освещение было устроено так, что появлялись искусственные радуги. В холле «Владик» помог Ане снять шубку и отдал её подоспевшему лакею вместе со своим пальто.
– Весь второй этаж – в вашем распоряжении, – сказал он, ведя Аню вверх по широкой лестнице из белого мрамора.
Аня не могла выдохнуть ни слова – такое великолепие она видела лишь на открытках «Прага эпохи барокко».
– Мой дворецкий вам всё покажет, – сказал «Владик». – А у меня ещё есть кое-какие важные дела.
Дворецкий у «Владика» оказался солидный – по возрасту даже старше его самого. Одет он был во фрак, который Аня раньше тоже видела только на картинке.
– Мадемуазель, – сказал он с явным французским акцентом.
– А-а… – выдавила Аня, поражённая тем, насколько роскошно живёт её новый знакомый «Владик».
– До скорого, – откланялся в свою очередь «Владик» и растворился в неизвестности.
====== Глава 111. “Король воров” в лапах закона. ======
Грубые сильные руки затолкнули Колю в одну из камер обезьянника и захлопнули дверь. По инерции он пробежал несколько шагов и шлёпнулся на сухой и холодный бетонный пол. Всё тело ныло. Даже встать
– Здорово, кореш! – пробухтел этот кто-то. – За что замели, родимый?
Коля присмотрелся к соседу. Типичный неудачник. Обрюзгший, небритый, руки грязные, разит спиртным. На голове его красовалась чёрная шапка – «носок» с логотипом группы «Оникс». Такие шапки были в моде лет десять назад, и то – у подростков.
– Крекер – моё погоняло. А ты кто? – сосед пытался, во что бы то ни стало продолжить беседу.
– Я – Коля, – уныло бросил Коля.
– Побили? – осведомился Крекер.
Коля молча кивнул.
– Меня – тоже, – вздохнул Крекер. – Казаченко бил, а рука у него – ух! Садись, Колян, чо стоишь?
Коля присел на краешек нар. Крекер внимательно оглядел его с ног до головы.
– У, да ты – холёный! – протянул Крекер, пялясь на Колин френч и дорогой, правда, прорванный в нескольких местах, костюм. – «В законе» да?
– Да, – согласился Коля.
– Чего смурной такой? – не отставал Крекер.
Коля молчал-молчал, я потом не выдержал, и вывалил на Крекера все свои обиды и страданья. Тот слушал, открыв рот.
– Слушай, – сказал он, когда Коля закончил. – Тот мусор – гад из гадов, а девочку – жалко... Я тебе нижние нары уступлю.
Крекер посмотрел на Николая со слезами сочувствия и полез на «второй этаж», проявляя ловкость истинного альпиниста. Коля со вздохом улёгся на «подаренные» Крекером «престижные» нижние нары. Твёрдо, подушки нет, холодно и… в тюрьме. Он – в тюрьме, как предсказывал ему Косой. «Ты все равно рано, или поздно сядешь!!!» – эти слова пронеслись «мессершмиттами» и застучали бомбами по несчастной Колиной репутации. Коля лежал, подсунув руки под свою пленённую голову, испытывал муки совести и голода и всё пытался… проснуться, желая, чтобы этот демонический кошмар наконец-то прошёл. В тщетных попытках проснуться Коля не заметил, как заснул. И увидел сон. Во сне «король воров» дрожал, забившись в некий угол. Над ним носились чёрные, как уголь облака и висело низкое, свинцового цвета давящее небо. Он знал, что со всех сторон на него наседает погоня. За Колей гонятся все: прохожие с улиц, продавцы из магазинов, дворники, почтальоны, дружинники, кондуктора… а ещё – пыльные мумии в серых бинтах, некие чудовища с зелёными хвостами и с челюстями, полными зубов, а также склизкие фиолетовые спруты. Все они, даже спруты, кричат жуткими электронными голосами:
– Ты – ВОР! ВОР! ВОР!
Спасая своё жалкое существо от чудовищной погони, Коля забился в некую щель, но там оказался непролазный тупик. В глухой и безнадёжной безысходности Коля привалился спиной к холодной и твёрдой стене и теперь видел, как на него, мигая мигалками и воя сиреной, надвигаются танки жёлтого цвета с синей поперечной полоской и надписью на бортах «Міліція». Коля вжался в стенку, но понимал, что танки его сейчас раздавят. Его охватил дикий ужас, а потом – из среды жёлтых танков вырвался один, блестящий и чёрный с большой латинской буквой «L» на решётке радиатора. Танк – «Лексус»! Из люка танка – «Лексуса» торчит довольная физиономия Генриха Артеррана в фашистской чёрной фуражке.