Фурия Курсора

Батчер Джим

Уже глубокой ночью всё завершилось совещанием в личном саду Лорда Цереса, в стенах Башни Верховного Лорда, последнего редута и бастиона обороны города, и наиболее безопасном месте в городе.

Амара прибыла первой с Бернардом и Джиральди. Бернард безумно шатался после целительной ванны заклинателя воды и отказывался оставлять её незащищенной ни на минуту после нападения на ресторан.

Джиральди утверждал, что он должен был оставаться поблизости для того, чтобы защитить своего графа, но Амару это не обмануло.

Мужчины решили, что ей нужна защита, настолько они были обеспокоены тем, что произошло.

Высохший старый мажордом показал им сад, просто устроенный – цветы и деревья, которые можно найти в любом стедгольде в Империи, которые Высший Лорд Цереса сажал, как правило, своими руками.

Сад был устроен вокруг идеально круглого пруда. Его зеркальная поверхность отражала цвета низких ламп фурий по всему саду, а также угрюмый красный свет звезд.

Прислуга готовила пищу, а желудок Амары напоминал, что они подверглись нападению, прежде чем у неё появилась возможность поесть.

Джиральди убедился, что она и её муж сели, затем он принес им еды, и наблюдал за ними, как будто за своими внуками, убедившись, что они поели, прежде чем сесть самому с маленьким кругом сыра, хлебом и кувшином эля.

Несколько мгновений спустя прибыл Лорд Церес. Среди Граждан Империи, Церес Мациус был чем-то вроде раритета – седовласый, пожилой человек.

То ли ему не хватало таланта для сохранения внешней молодости, то ли он просто не заботился о ее поддержании. Были слухи, что способности Цереса в заклинательстве воды слабы, хотя Амара не было возможности узнать – были ли слухи основаны на фактах или эти слухи стали считаться фактом.

Церес был среднего роста и стройного телосложения, с длинным, угрюмым лицом и толстыми, сильными пальцами. Двое мужчин с каменными лицами прикрывали его с боков, не снимая рук с мечей, когда он вошел.

Увидев Бернарда и Джиральди, двое мужчин остановились и сузили глаза. Бернард и Джиральди вернули им взгляд со спокойным бесстрастием.

– Интересно, Графиня Амара, – пробормотал Церес, его тон был капризным. – Должны ли мы дать им обнюхать друг друга и стать друзьями или мы должны привязать их поводки у разных стен, чтобы избежать неприятностей.

– Ваша Светлость. – Амара улыбнулся и встала, низко поклонившись. – Они будут вести себя хорошо.

Церес взял ее руки в свои, улыбаясь, кивнул и обернулся назад.

– Наверное, вы правы. Господа, если вы хотите подраться сегодня, я бы предпочел, чтобы это происходило не в моем саду. Хорошо?

Два телохранителя кивнули и отошли на полшага, но не более того. Джиральди улыбнулся и вернулся к своей еде.

Бернард улыбнулся и поклонился Цересу.

– Конечно, Ваша Светлость.

– Граф Кальдерон,- сказал Церес.
– Добро пожаловать. Хотя я боюсь, вы посетили мой город в не самое удачное время.

– Я здесь, Ваша Светлость, –

твердо сказал Бернард.- И я предлагаю вам всю помощь, что я могу предоставить.

– Спасибо, – сказал Церес без тени иронии. – Графиня, кто-нибудь еще подойдет?

– Да, Ваша Светлость, – сказала она. – Но это может занять много времени. Большинство оставшихся в живых были сильно травмированы в результате паники в городе.

Церес хмыкнул и чопорно расположился за богатой и красивой резной деревянной кафедрой.

– Понятно. – Он покосился на Бернарда. – Ваша сестра…

Он моргнул, как будто слегка сомневаясь: – …Стедгольдер. Женщина-стедгольдер. Она талантливая заклинательница воды, да?

– Да, – сказал Бернард.

– Как она?

– Истощена. Спит, – ответил Бернард. – У неё был трудный день, еще до того, как звезды изменились.

– Паника была чрезвычайно болезненной для тех, кто чувствителен к таким вещам. Если есть что-то, что я могу сделать, чтобы помочь ей, пожалуйста, сообщите мне, – сказал Церес.

Бернард склонил голову.

– Благодарю вас, Ваша Светлость. Ваше предложение расположиться в охраняемых комнатах было уже более чем щедрым. Она отдыхает комфортно.

Церес покосился на Джиральди.

– Это эль? Настоящий честный эль?

Джиральди рыгнул.

– Вороны и гром, – сказал Церес. – У вас есть другая кружка, солдат?

У Джиральди была. Цереус выпил, испустил глубокий вздох, и опять уселся на свою скамью.

– Моя дочь, видите ли, – пояснил он. – Она не дает старику пить хорошо выдержанный эль. Говорит, что это плохо для моего сердца.

– Умереть можно от чего угодно, – Джиральди огляделся. – Так не лучше ли от нескольких пинт эля?

– Точно, – сказал Церес. – У девочки золотое сердце, но она не понимает этого.

Он бросил взгляд через плечо, на зубцы, возвышающиеся над садом, и лицо старого лорда исказили глубокие морщины, показывая беспокойство и скорбь, которые запечатлелись в тенях на его лице. Амара наблюдала, как он уселся, чтобы потихоньку потягивать эль и ждать тех, кто должен был прибыть.

Это не заняло много времени. Через полчаса садик Верховного Лорда Цереса был переполнен посетителями.

– Ну, – сказал он, глядя вокруг с несколько потерянным выражением лица. – Я полагаю, мы должны начинать.

Церес поднялся. Он подошел к своей скамье с сожалением на лице и постучал в стоявший напротив его теперь уже пустой кружки гонг.

– Лорды, леди. Добро пожаловать. Хотя повод мог бы быть радостнее. – Он слегка улыбнулся. – Я попросил вас собраться здесь от имени Первого Лорда и его Курсора, графини Амары. Графиня.

Лорд Церес отошел от кафедры с видимым выражением облегчения.

Амара поклонилась Цересу, взяла небольшую монету из кармана и бросила её в бассейн, приговаривая: