Фурия Курсора

Батчер Джим

Обычный нанятый рубака не осмелился бы кидаться вперед, да еще держа наготове мешочек с солью, что значило – мужчина пришел специально за Амарой.

Убийца бросился вперед со скоростью профессионального воина и сделал два резких выпада. Амара чисто уклонилась от первого, но второй скользнул по бедру, оставив неглубокий, но длинный разрез, который стал жечь как будто огнем.

– Вниз! – проревел Бернард. Амара упала на землю в тот момент, когда Бернард метнул массивный деревянный стул.

Он врезался в убийцу с

глухим звуком ломающихся от удара костей и швырнул человека на ствол дерева.

Убийца отпрыгнул от ствола дерева, схватил стул и бросил его в бассейн.

Но несмотря на то, что его грудная клетка была страшно деформирована силой удара Бернарда, выражение лица человека нисколько не изменилось – странная легкая улыбка в сочетании с широко открытыми глазами.

Амара изумленно смотрела на убийцу, который снова поднял меч и направился на нее, лишь слегка потеряв в скорости от удара, который должен был его убить. Она начала пятиться, но вдруг обнаружила отсутствие опоры под ногами и прыгнула, пытаясь ухватиться за ветку нависающего дерева.

Меч убийцы просвистел в воздухе позади нее, промахнулся, и с яростным рычанием мужчина потерял равновесие и упал в бассейн.

Позади Бернарда первый из убийц поднялся после удара Бернарда, и несмотря на то, что его левая рука бесполезно болталась, сломанная в нескольких местах, он двигался вперед с мечом в руке и той же безумной улыбкой на лице.

Бернард положил стол между собой и убийцей, сделал шаг назад, замахнулся и пнул стол в него, сбив его с ног. Убийца потерял равновесие, и в те секунды, пока он пытался встать, Бернард поднял руку, сжал ее в кулак и прорычал:

– Брутус!

Брутус, фурия земли Бернарда, откликнулся на его призыв. Камень начал изгибаться тяжелой рябью и внезапно обрел форму огромного каменного пса.

Зеленые самоцветы сияли там, где должны были быть глаза собаки, Брутус раскрыл пасть, демонстрируя два ряда черных обсидиановых клыков. Фурия набросилась на ассасина, проигнорировала несколько ударов его меча и сомкнула челюсти на его ноге, не давая ему пошевелиться.

Не колеблясь ни секунды, убийца взмахнул клинком и отсек собственную ногу, чтобы освободиться от хватки Брутуса, и тут же снова бросился на Бернарда, неуклюже и с трудом, с каждой секундой теряя много крови и издавая жуткие крики.

Бернард замешкался на секунду, избавляясь от шока, – этого хватило убийце, чтобы добраться до него. Брутус тряхнул головой, отбрасывая отрезанную ногу в сторону. Бесконечно долгие секунды понадобятся фурии, чтобы развернуться. Амара стиснула зубы – она практически находилась в ловушке, повиснув на ветке.

Она могла бы воспользоваться фурией, чтобы подлететь и снова оказаться на земле, но к тому времени было бы уже слишком поздно – Циррус не восстановился бы достаточно для того, чтобы она смогла ринуться к Бернарду.

Всё происходило очень медленно. Где-то

на одном из выступов, который располагался выше, чем тот, на котором они находились, вспыхнул свет, сопровождаемый громоподобным взрывом. Где-то в другом месте сталь нашла на сталь. Еще больше криков эхом разносились по пещере.

Бернард не был медлительным, особенно принимая во внимание его размеры, но у него не было той скорости, которая дала бы ему равные шансы, сражаясь с убийцей безоружным. Он бросился между Исаной и лезвием убийцы, когда тот сделал выпад. Меч поразил его, муж Амары вскрикнул от боли и упал.

Убийца схватил Бернарда за волосы, но вместо того, чтобы перерезать ему горло, он просто бросил раненого мужчину в сторону и поднял свой меч, чтобы атаковать Исану.

Отчаявшись, Амара заставила Цирруса не нести ее к убийце, а толкнуть в другую сторону. Она вцепилась в ветку, в то время как ослабленная фурия воздуха толкнула ее в спину. Она оттолкнулась что есть сил, резко освободив фурию.

Ветка, изогнувшаяся под давлением ветра, резко разогнулась обратно. Амара качнулась на ветке, используя ее для ускорения и разворота, чтобы прыгнуть ногами вперед в сторону убийцы.

Она врезалась пятками в грудь убийцы, стараясь всем телом усилить удар. Удар был настолько силен, что голова мужчины резко дернулась вперед и тут же назад. Она услышала хруст ломающихся шейных позвонков, и убийца упал безвольной грудой окровавленного мяса, а Амара свалилась на него сверху.

Она откатилась от него и, схватив его меч, застыла на четвереньках. Кровь окрасила ее зеленое платье. Она в шоке уставилась на мужчину.

Убийца, все еще цеплявшийся за жизнь, с горящим безумием в глазах издал последний, короткий яростный крик.

– Братья!

Амара оглянулась. Несколько атакующих завершили свою кровавую работу, и когда умирающий издал крик, лица дюжины его соратников с металлическими ошейниками и глазами лунатиков повернулись к ней.

Их путь к выходу, пролегавший среди деревьев и второй каменной арки, уже был заполнен большинством нападавших. Они были отрезаны от него.

– Бернард, – сказала она, – ты меня слышишь?

Бернард рывком поднялся на ноги, его лицо побледнело и сказилось от боли. Он посмотрел по сторонам, увидел приближающегося человека и потянулся за следующим стулом.

Он охнул от боли, когда он подхватил его, и Амара увидела колотую рану на его спине.

– Ты сможешь лететь? – спросил он слабым голосом. Он прикрыл глаза, и стул в его руках начал извиваться и корчиться, как будто сделанный из ивовых веток.

Детали стула удлинились, расщепились и, как будто по собственной воле, собрались в единое целое уже в виде мощной боевой дубинки, таившей в себе смертельную опасность, будучи приведенной в действие заклинателем земли.

– Ты сможешь лететь? – снова спросил он.