Фуллер

Кофф Натализа

— Новая тату, Проня? — крикнул ей вслед Матвей.

Девушка обернулась и сделала два шага спиной вперед, не снижая скорости передвижения.

— Заметил? Пойду хвастаться, — хохотнула незнакомка и, развернувшись, скрылась за углом здания.

Матвей пробормотал что-то не очень лестное в адрес тату-салонов и вновь замолчал. Я планировала произнести пару фраз-извинений и сбежать. Чувствовала себя лишней. Да и перенервничала я так, что теперь тряслись коленки.

Матвей протянул руку за мою спину и надавил на дверь. Мне пришлось сделать шаг

назад под натиском мужчины. И он двинулся следом. В итоге мы оказались за дверью, окруженные полумраком гаража.

Я отступала, а Матвей надвигался на меня. И только когда моя спина коснулась шершавой кирпичной стены, я застыла на месте.

Горячие ладони легли на мои бедра. А сильное и напряженное тело прижалось к моему, фиксируя и не позволяя двинуться.

— Увижу, что щеголяешь голым задом на глазах у других мужиков, убью! — пробормотал Матвей прежде, чем его горячее дыхание опалило кожу на моей шее.

— Меня? — прошептала я, рвано выдыхая. И было плевать, что этот мужчина — не мой. А его девушка ходит где-то рядом, хвастается татуировкой и общается с друзьями Фуллера.

— Всех, — пробормотал Матвей.

Глава 24

Я бы упала к ногам Мэта, если бы он не держал меня. Я вдруг вспомнила, как сильно боялась этого мужчину, как судорожно стучало сердце, если колкий и устрашающий взгляд зеленых глаз останавливался на мне.

Но сейчас…. Сейчас мне не было страшно. Я боялась лишь очередного приступа боли у Фуллера.

Или того, что в это мгновение он разожмет свои горячие ладони и уйдет.

Мне, вопреки здравому смыслу, хотелось прижаться к нему сильнее, крепче, врасти кожей и не отпускать.

Вдруг застыла от мыслей, ворвавшихся ураганом в мою голову. Не отпускать?

Мэт, словно прочел их, обхватил подбородок ладонью, заставляя взглянуть в его лицо.

Он молчал. И мое горло сжал спазм, не позволяя говорить.

В полумраке я ничего не видела, кроме лица Фуллера, словно в нем заключался весь мой мир. Глупая, наивная дурочка, подарившая свое сердце человеку, которому оно не нужно. Прав был Феликс. Я совершила ошибку, появившись на горизонте властного хозяина «Фуллерита». И за эту ошибку придется платить непомерную плату — собственным сердцем.

Мэт большим пальцем стер слезинку, скользнувшую по моей щеке. Я и сама не заметила, что плачу. Я — дурочка, а дурочкам можно плакать без причины.

Глаза Фуллера потемнели. Он смотрел на мои щеки, мокрые от слез.

И вдруг отступил. Опустил руки, больше не касаясь меня.

Стало до боли холодно. Словно жуткий мороз проникал под кожу, ледяными щупальцами оплетал кровоточащее сердце, бьющееся надеждой.

— Матвей… — выдохнула я, не зная, что говорить.

Фуллер все еще смотрел на мои слезы. Его лицо не выражало эмоций. А я не могла больше терпеть и пытаться усмирить бурю, бушующую в моей душе.

Всего один короткий шаг отделял меня от высокой фигуры Мэта. И я, позабыв свою

гордость, сделала его.

Возможно, Мэт не ожидал, что на него налетит надоедливая дурочка, вцепится в его одежду руками и прижмется всем телом.

Возможно, не ожидал. Но его руки тут же подхватили меня под бедра, стискивая до боли.

Теперь уже я сама обхватила его лицо ладонями, наслаждаясь легким недоумением в его глазах, продлившимся всего доли секунды. Но было плевать. Главное — он крепко держал меня.

Склонила голову и прижалась к полураскрытым губам. Моя гордость бесследно исчезла. Я была мотыльком, летящим на свет и прекрасно понимающим, что умрет, как только соприкоснется с ним.

Фуллер накрыл мой затылок ладонью, не позволяя отстраниться, углубляя поцелуй. Я впервые сама целовала этого мужчину. А он требовал больше, будто собирался испить меня до дна.

Точно обезьянка, висела на Мэте. А он шагал, не выпуская меня из рук. Мне было плевать, куда мы идем. Главное, что вместе. Пусть и на короткое время. Пусть я занимаю чужое место. Пусть я временная девушка в его жизни. Но эти моменты останутся со мной и будут жить в памяти.

Звук захлопывающейся двери заставил меня вздрогнуть. А спустя секунду, я оказалась лежащей на мягкой кровати. Осмотревшись, поняла, что мы в его спальне.

Мэт, воспользовавшись моим замешательством, отклонился и стянул свою футболку через голову.

— Гребаный Гоша! — разобрала я ругательства, сорвавшиеся с губ Матвея.

Мужчина подхватил меня и, распахнув дверь, вышел из комнаты. А я, шальная от своих мыслей, горячих рук, близости мускулистого тела и от рваного дыхания, опалявшего кожу, вновь жадно прижалась к манящему рту. Мне было мало. Хотелось чувствовать этого мужчину каждой клеточкой тела. Хотелось ощутить его тяжесть, его страсть, его напор.

Мэт куда-то шел, а я видела лишь его горящий взгляд.

И когда я думала, что вот-вот взорвусь, все стихло.

Матвей застыл, удерживая меня руками. Он не отстранился. Но я почувствовала, как сильно напряжена каждая мышца мужского тела.

— Поговорим? — раздался за моей спиной голос Феликса.

Боже!

Я вдруг поняла, что мой брат видит меня, сидящей на мужчине, чьи руки удерживали мой зад, прикрытый лишь крошечными трусиками. Футболка давным-давно поднялась до самых лопаток. А я, бессовестно и развязно, целовала Фуллера.

Мне вдруг стало стыдно за свои поступки. Нет, я не жалела о них. Просто испытывала чувство стыда за то, что именно младший братишка стал свидетелем моей связи с его шефом.

— Не смей! — властно обронил Фуллер на ухо. И я не поняла, что именно потребовал Мэт.

Но на всякий случай прекратила попытки сползти с тела мужчины и прикрыться.

Фуллер развернулся и ногой распахнул дверь в собственную спальню.

— Феликс, он… — попыталась прошептать я.

Фуллер опустил меня на пол. Но прежде, чем выйти из комнаты, обхватил за затылок и оставил жадный поцелуй на моих губах.