Фреон
Шрифт:
Не ржавчина даже, а какая-то иссиня-чёрная накипь давно съела всю краску, покрыв металл уродливыми пузырями и желваками размером с кулак. Мало того, застывшие потоки этой массы разбегались от ворот на пол, стены и потолок длинными, неровными языками, словно в створки с размаху бросили большую бочку загустевшей краски. От металла исходило лёгкое тепло, ощутимое даже на расстоянии, и по складу гуляли странные сквознячки.
— Ну что, приехали? — Ересь с облегчением сбросил на пол рюкзак и уселся на него сверху. — Я туда не пойду, ну на фиг…
Проверяя путь гайками, я приблизился к воротам. Слабое тепло превратилось в хорошо ощутимый
— Обидно, блин, — вздохнул Фельдшер. — Столько прошли по этим дурацким подвалам, вот он — выход, и… эх… кстати, предлагали мне наши в нагрузку к автомату две тротиловые шашки. Не взял. А оно бы сейчас пригодилось.
— Слушайте, народ, — Ересь осмотрелся, — тут же, типа, склад?
— Ну, типа да, — кивнул я.
— Короче, мысль у меня… я же это, после пэтэухи на складах грузчиком подрабатывал. И везде обязательно помещение с хламом было… ну, его типа каждый раз должны завтра вывезти, и оно годами пылится. Сто пудов, тут где-нибудь есть вот эти железные шкафы с лампочками и кнопками… в лаборатории-то их до хрена было. Должны же они перегорать?
— А чувак здраво мыслит… — усмехнулся Фельдшер. — Слышь, у них же внизу съёмные колесики есть, я обратил внимание, что там специальные гнёзда под них предусмотрены. В шкафчике этом килограмм двести будет точно, на руках же его «ботаники» таскать не будут?
— Предлагаешь разогнать и туда, к воротам?..
— Дык! — «Фримен» улыбнулся. — Ворота, по ходу, на соплях, может, и вынесем, а?
Ересь как в воду глядел по поводу запасов хлама на складе. В одной из боковых комнатух действительно стояли в ряд не меньше десятка железных «комодов» с тумблерами, счётчиками и рядами разноцветных кнопок. На некоторых «гробах» были следы копоти, от них до сих пор пованивало горелой изоляцией. И — факт, все шкафы были поставлены на колёса. Правда, насчёт двухсот килограммов Фельдшер поскромничал — мы буквально умылись потом, прежде чем вытолкали на сравнительно невысокий уклон один из таких «гробов».
— Ну, взялись? — весело гаркнул «свободовец», наваливаясь плечом на железный торец шкафа.
— Взялись, — кивнул я, начиная толкать махину, негромко хрюкнул от усилия Ересь, и шкаф, пронзительно свистя колесиками, начал набирать скорость.
На склоне, ведущем к воротам, уже прилично разогнавшуюся научную технику немного повело в сторону, «гроб» начал крениться, готовясь завалиться на бок, с треском отлетело от крепления одно из колёс, от чего угол шкафа громко заскрежетал по бетонному
Упасть «гроб» не успел, так как на очень хорошей скорости гулко врезался в правую створку ворот. По — сыпались куски чёрной «ржавчины», разбивавшиеся внизу на целые рои ярких жёлтых искр, где-то сверху глухо, но мощно кракнуло, и штыри, удерживающие петли ворот, начали на глазах вылезать из трещиноватого, потемневшего бетона. Первой вывалилась наружу, в тоннель, правая створка, гулко лязгнув при падении, левая упала чуть позже, почти поперёк прохода, подняв воздушную волну, от которой немедленно погасли все лампы на складе. Единственным источником света остались наши фонари и занявшийся ярким оранжевым пламенем научный «шкаф», в котором начали выгорать печатные платы и изоляция. Из раскалённой, багровой тьмы тоннеля прилетел обжигающе горячий, удушливый ветер, поднявший с пола пыль и обрывки бумаги, и в красноватом зареве хорошо видны были провалившиеся остовы нескольких грузовиков и почерневшие, местами оплавившиеся балки перекрытий. Было даже странно, что туннель до сих пор не обрушился…
— Хрена себе, сауна. — Фельдшер закрылся рукой от летающей пыли и плотного жара. — Дышать нечем.
— Ну, первый пункт можно смело вычёркивать. Идём отсюда. — И я первым повернулся спиной к дышащему жаром проёму…
Не пустила нас Зона дальше. Ну что ж, бывает… никто и не обещал лёгких путей. Да и, наверное, к лучшему, что уходим мы с «двенадцатой». Иллюз очень даже может вернуться в свою берлогу, и второй встречи с этой тварью я, наверное, уже не выдержу.
— Ну, как? — Хорь, уже обустроивший «торговую точку» и даже успевший огородить металлической сеткой свой «прилавок», посмотрел на нашу команду.
— Каком кверху, — буркнул я, проходя мимо торговца в бункер.
— Ты б, мил человек, сперва нас накормил, напоил, в баньке попарил, а потом уже и спрашивал. — Фельдшер сбросил рюкзак, потянулся и сладко зевнул.
— Ага… это меня скоро попарят. В баньке. Веничком по филею. — Хорь взгрустнул. — У меня связь сначала с вами отрубилась, а потом и вообще ПМК работать перестал… по ходу, бывшее моё начальство с НИИ канал отрубило. Значит, не нашли… вот блин. А я уже сообщил.
— Чего ты сообщил? — Фельдшер непонимающе взглянул на торговца.
— Что, типа, есть туннель, уже нашли… сам же отписывал про те бункеры, что, мол, ветка там с Тёмной долины есть.
— Я только предполагал… эх, ты, чуча! Вот сам и оправдывайся. — «Фримен» виновато взглянул на меня. — Ну… да. Нужно было иногда мессаги кидать, как там и что. Ну, просто надо…
Надо же, и «свободный» знает, зачем он со мной, и я это знаю, и даже Ересь, по ходу, в курсе, зачем это «фримен» сообщения через каждые несколько часов пишет. Однако как будто даже совестно «свободовцу» за роль конвоира. Глаза опустил, вид очень даже виноватый… хороший он всё-таки мужик.
— Да ладно, ерунда. Возражений нет, — отмахнулся я. — Чего уж там…
— Что будете дальше делать? — Хорь пытливо взглянул на меня.
— Сначала — долго спать. Потом снова спать, но уже меньше. А перед всем этим — заправиться горячим питанием. С этим как, в твоём «Схроне» налажено?
— Ещё не совсем. Насчёт поесть горячего — чутка обождите. Где дрыхнуть, тоже есть. Но уже, извиняйте, не бесплатно.
И торговец отвернулся к стеллажам, где продолжил налаживать полки. В принципе без претензий, всё правильно — Зона, альтруистов нет, а свою часть договора Хорь пока выполняет.