Френд-зона
Шрифт:
До сих пор не могу поверить, что я сделал ей предложение с помощью мармеладных мишек.
Ты такой придурок.
Тихо, мозг.
Но вот что меня убивает: если бы она хотела выйти за меня замуж, она бы уже приняла предложение.
Я откинулся в кресле, положил ноги на стол и закрыл глаза руками.
Думаю, что я в депрессии. Помню подобное чувство, когда мой отец умер. Ничто не делает меня счастливым. Даже Сиси, которая очень испугана моим внезапным изменением отношения к ней. По крайней
— Тина вернулась.
Голос заставляет меня покачнуться в моем кресле, и я чувствую, что падаю. Следующее, что вижу, я на полу рядом с Духом, наклонившимся надо мной и хихикающим. Он говорит:
— Извини, братан.
Тебе не жаль, придурок.
Он продолжает:
— Тина только вошла. Поэтому я предлагаю, тебе стоит поднять свою извиняющуюся задницу и пойти поговорить с ней.
Он протягивает руку, я принимаю ее, и он помогает мне встать.
Затем он по-дружески хлопает меня по плечу.
Прежде, чем я могу изменить решение, я выхожу из дверей.
Скрываться в кладовой было не то, что я планировала, когда решила сегодня вернуться на работу. Но вот я, сижу на полу, облокотившись спиной на свой стол, голова откинута назад, и мои руки закрывают глаза.
Слишком рано.
Я слышу, как рядом открывается дверь. Я бормочу:
— Я не должна была приезжать сегодня, Нат. Думаю, что попробую еще раз завтра.
Руки хватают меня под мышки и поднимают, так что я сижу на столе. Я открываю глаза и вижу красивое, но слегка разбитое лицо Ника. Его нос тоже разбит.
Это выглядит как работа Нат.
Мое сердце сжимается, и глаза застилает туман.
Боже, как я скучала по нему.
Его янтарные глаза всматриваются в мое лицо. Рука движется к задней части моей шеи и сжимает ее. В его голосе слышна боль, когда он говорит:
— Я не могу ждать больше. Уже неделя, Тина. Долгая, мучительная неделя. Сделай что-нибудь! Накричи на меня или ударь, черт возьми. Только не закрывайся от меня, детка. Я знаю, что ужасно облажался. Скажи мне, что я могу сделать, чтобы исправить это, — он прислоняется лбом к моему и шепчет хрипло: — Пожалуйста, дай мне всё исправить.
Я хочу поцеловать его так сильно, но сдерживаюсь. Вместо этого я держу его щеки дрожащими руками и шепчу:
— Я не знаю, можно ли это исправить, Ник. Ты не можешь склеить разбитое сердце. — Я отстраняюсь и наблюдаю опустошение на его красивом лице. Прикасаюсь к его шраму на брови и продолжаю: — Мое сердце было разбито до того, как я встретил тебя, Ник. Причина не только в том, что произошло. И нет, я не выйду за тебя замуж из-за твоего чувства вины.
Он выглядит таким же разбитым как я, когда говорит мне:
— Ты — моя девушка навеки. Если ты покинешь меня, ты всегда будешь той, которая ушла. Я никогда не найду снова то, что испытываю к тебе. Я люблю тебя. Пожалуйста, скажите мне, ты все еще чувствуешь
Это самые красивые и мучительные слова, что мне говорили. Это мучительно, потому что я не знаю, смогу ли сделать что-нибудь.
Я отвечаю спокойно:
— Ты не можешь разлюбить кого-то в один день, Ник. Конечно, я люблю тебя. Ты — мой мир. Но иногда любви недостаточно. Ты слишком сильно ранил меня. Ты хочешь детей, я — нет. — Я делаю слабый вдох и продолжаю: — Ты не имеешь ни малейшего представления, насколько я разбита. Мне нужна помощь, Ник. Не соглашайся на порченый товар. Ты достоин самого лучшего. И это не я. Даже близко, милый, — я заканчиваю шепотом и вдруг хочется плакать.
Боже, возьми себя в руки, женщина!
Ник качает головой и отвечает твердо:
— Это не так. Ты стоишь сотни других женщин. Ты отдашь последнюю рубашку кому-то, кто в ней нуждается. Я никогда не встречал женщину, такую честную и самоотверженную, как ты. Если честно, меня больше не заботит, будут ли у нас дети. Пока у меня есть ты, мне больше ничего не нужно.
Он берет мое лицо в свои руки и говорит:
— Ты — всё для меня. Начало. Конец. С тобой заканчивается моя история.
Я замираю. Черт побери, Ник, ты борешься грязно.
Ник давит на меня. Но я не сдамся.
Я отвечаю, дрожа:
— Мне нужно время.
Он кивает и шепчет:
— Хорошо, детка.
Затем он притягивает мое лицо к своему и целует меня нежно.
Как только его губы касаются моих, я вздыхаю. Он делает шаг, чтобы встать между моими коленями, и я хватаюсь за лацканы его шелковой рубашки. Я стараюсь прижаться к нему как можно ближе.
Прямо сейчас, это просто Ник и Тина. Никаких проблем. Просто влюбленные.
Я так влюблена в Ника.
Он кусает мою нижнюю губу, и я задыхаюсь. Его язык касается моего, и я слегка стону в его рот.
Я теряю самообладание. Поцелуи Ника божественные.
Вдруг он отстраняется и шепчет:
— Я дам тебе время, детка. Но сделаешь мне одолжение?
Я киваю, и он говорит:
— Помни, как ты себя чувствуешь, когда целуешь меня. Потому что, если ты чувствуешь хотя бы малую часть того, что и я, когда целую тебя, нет никаких сомнений, что ты должна делать.
Он поворачивается спиной, выходит из кладовой и закрывает за собой дверь. Я прикасаюсь кончиками пальцев к своим еще влажным губам.
Ник запечатлен на них.
Я думала долго и упорно в течение последних нескольких дней. Я старалась позволить Нику уйти, но это сложно.
Трагедии заставляют вас ценить каждый момент счастья, который вы испытываете. Я испытала счастье с Ником впервые за последние пять лет.
Я теряюсь в мыслях, прежде чем соскальзываю со стола. Я хочу пойти домой.