Френд-зона
Шрифт:
Отлично. Просто здорово.
Я обвиняю свою девушку в том, что она — золотоискательница, а у нее больше денег, чем у меня!
Вспоминая причину пребывания здесь, я спрашиваю:
— Ты сказала, что она поранилась. Насколько все плохо?
Она машет руками, закатывает глаза и говорит:
— Не сходи с ума! Это была просто ссадина. Но у Тины гемофилия, поэтому это всегда выглядит немного хуже, чем есть на самом деле. Я обработала рану. Всё в порядке — кровотечение прекратилось.
Слава Богу. Теперь пора ехать в ее квартиру и просить на коленях
Я спрашиваю Нат:
— Тина любит какие-нибудь конфеты?
Нат смотрит на меня с недоумением. И я ее понимаю. Это Тина. Она любит конфеты.
Я закатываю глаза и спрашиваю:
— Какие любимые конфеты Тины?
Она записывает четыре разных названия, и я иду вниз по улице в кондитерскую.
Я надеюсь, что это сработает.
Я вытаскиваю свою задницу из машины с пакетом, полным конфет.
Когда я подхожу к квартире Тины, я думаю о том, как войти. Должен ли я постучать? Или воспользоваться своим ключом?
Я думаю, что воспользоваться ключом — лучший вариант. Я знаю, что она может быть дома. Но ее автомобиля здесь нет.
С помощью своего запасного ключа, я вхожу в квартиру и первым делом замечаю записку на обеденном столе. Подхожу ближе. Она адресована Нат. Я сажусь и читаю:
Привет, дорогая. Извини, что я не сказала тебе об этом раньше. Я не думаю, что смогла бы говорить об этом без слез.
Мы с Ником расстались.
Трюк с Омаром сработал, но все испортил. Это большое недоразумение, и мне нужно немного личного пространства. Я уеду на несколько дней, чтобы прийти в себя. Я возьму свой телефон, но он будет выключен, так что оставь сообщение, если я буду нужна. Я бы не доверила магазин никому, кроме тебя. Ты знаешь, я буду в порядке. Просто мне необходимо провести некоторое время в одиночестве. Поговорим об этом, когда я вернусь домой.
Я люблю тебя. Ты — моя сестра.
Мое сердце ухает в желудок.
Я обидел единственную женщину, которую хотел защитить. Я чувствую себя самым большим мудаком в мире. На самом деле, я и есть самый большой мудак в мире.
Когда случился инцидент с Сасси в офисе, Тина выслушала меня (с помощью Нат) и поверила. Я не позволил ей сказать ни слова. Я чувствовал, что что-то было не так, но моя гордость помешала прислушаться к сердцу.
Вдруг идея рождается в моей голове. Я достаю телефон и пишу нужному человеку. Он берет трубку, и я говорю:
— Мне нужно, чтобы ты кое-кого нашел.
Он отвечает:
— Мне нужен номер мобильного.
Я даю ему и говорю, что телефон будет выключен большую часть времени, так что его нужно будет регулярно проверять. Я быстро добавляю, что хорошо оплачу эту работу. Он принимает условия и говорит, что позвонит, как только получит информацию. Я завершаю вызов и молю богу, чтобы Тина была в порядке.
Если
Два дня спустя...
Мой разум сосредоточен только на одном.
Тина.
Я не знаю в порядке ли она, и это сводит меня с ума. Я срываюсь на всех, кто заботится обо мне.
Одна из самых страшных вещей, которые мне приходилось сделать, это признаться девушкам, что я натворил. Сказать, что Нат была зла на меня, было бы преуменьшением. Она ударила меня в нос. И разбила его. Я принял это молча, потому что знаю, что заслужил это. Так что у меня черные круги под глазами и разбитый фиолетовый нос.
Кто знал, что у Нат отличный правый хук?
После этого я решил, что должен рассказать ребятам. Есть что-то в том, чтобы признать то, что ты не прав. Признаться в том, что ошибся в чем-то очень важном, еще сложнее.
Я созвал совещание в конференц-зале. После того, как ребята сели, я объяснил, что случилось. Макс отреагировал первым. Он встал со своего места и покинул зал заседаний без слов. И это больнее, чем любые слова.
Дух спросил, что случилось с моим носом, при этом уголок его губ подергивало.
Придурок уже знает.
Он видел через систему видеонаблюдения в «Сафире». Я ответил:
— Твоя девушка должна стать боксером.
Потом отреагировал Ловкач. Его лицо выражало чистейшее разочарование. Разочарование во мне. Я не хотел этого. Ловкач всегда был моим другом, даже в худшие времена. Это случилось впервые, что что-то встало на пути нашей дружбы. Он не поддержал меня.
Никто не поддержал меня. Я облажался. Я прижат к стене тремя мужчинами и тремя женщинами, угрожающими наброситься на меня в любую секунду. Это ужасно. Еще ужаснее, что эти люди мои друзья и семья.
Что приводит нас к настоящему моменту.
Прошло два дня, и никакой новой информации от моего человека. Он позвонил, чтобы сказать, ее телефон все еще выключен, но он продолжает постоянно следить за ним. Это не помогает мне чувствовать себя лучше. С каждым днем без Тины, волнения и опасения всё больше поглощают то, что осталось от моего ума.
Дни идут медленно, а ночи не лучше. Я не могу спать, не зная, где Тина спит. Нат сказала, что она не смогла связаться с ней, но Тина послала ей два сообщения, чтобы дать понять, что она в порядке.
Я не куплюсь на это.
Если бы она была в порядке, она бы вернулась.
Разочарование в собственной глупости — так можно описать мои чувства сейчас. Это всё моя вина.
Как только я собираюсь с треском удариться своей головой об стол, мой телефон звонит.
Я вскакиваю и почти роняю его. Я жонглирую им в течение нескольких секунд, прежде чем прикладываю его к уху и говорю слишком громко:
— Да?
— Мы нашли ее. — Это мой человек... и он знает, где Тина! Я дам ему бонус. Я хочу расцеловать его ноги прямо сейчас. Я чувствую облегчение.