Флэшбэк
Шрифт:
— Ну… мы рады, что ты смог сделать это, — сказал Эмери, и все Члены Совета опустили головы. Жест не был поклоном, но Софи предположила, это означало признание того факта, что Феллон был не просто бывшим членом Совета. Он был одним из трех членов-основателей, служивших почти тысячу лет назад, до того, как женился на пра-пра-пра-пра-пра-пра-пра-пра-пра-пра-пра-пра-пра-пра-пра-пра-пра-пра-прабабушке Фитца и Бианы.
Членам Совета не позволялось иметь мужей, жен или детей, из-за пристрастности их решений.
Феллон сжал руки,
— Извините за опоздание. Я предпочитаю утешение дома. Это единственное место, где мой разум не пытается отделить то, что было раньше. Я не понимаю, как ты это выносишь, Бронте.
— Это помогает оставаться погруженным, — сказал ему Бронте. — Держаться полностью в настоящем.
— Вероятно. — Глаза Феллона затуманились, когда он уставился на какую-то отдаленную точку. — Но мир стал… утомительным.
Последовало молчание, пока с небольшим намеком на раздражение Эмери не сказал:
— Предполагаю, что у вас есть причина прерывать наше заседание.
Феллон тяжело моргнул, опустив руки по бокам.
— Да, есть. Или… была. Думаю, я потерял нить разговора. Что я говорил?
— Этот парень — мой новый фаворит, — прошептала Ро, когда схватила Кифа за плечи и грубо тряханула. — Приготовься показывать эти тощие ноги в школе.
— Они не тощие, — пробурчал Киф перед тем, как сказать Феллону, — вы сказали, что многое может случиться за шесть месяцев.
— О. Да. Звучит знакомо. И многое может случиться. — Феллон уставился на свои пальцы, крутя их друг вокруг друга. — Но там было что-то еще, что я собирался добавить… и я, кажется, что-то упустил.
Ро захихикала после еще одной длинной паузы молчания, а Софи попыталась не улыбаться, пока Киф корчился от смеха.
В конце концов, Эмери сказал:
— Хорошо, вы можете посетить нас, когда вспомните. Но сейчас мы должны вернуться к этому вопросу. — Он повернулся к Альвару. — Мы отправим тебя в Эверглен так скоро, как…
— Эверглен! — повторил Феллон. — Вот что это было! — он шагнул ближе в тень тронов Членов Совета. — Вы не думаете, что опрометчиво отправлять его домой?
— Почему? — спросил Эмери.
— Могу назвать две причины, — ответил ему Феллон. — Во-первых, Эверглен — древнее поместье. Фактически, я верю, что часть первоначальной конструкции еще стоит.
— Одна комната — да, — согласился Олден. — Пространство, которое я использую в качестве офиса, было там с самого начала. Почему это имеет значение?
— Не могу сказать точно, — Феллон перевел взгляд на Бронте. — Но вещи из нашего прошлого часто больше, чем кажутся.
Сердце Софи замерло на этой фразе, и ее мысли пронеслись к списку лжи, который она помогла раскрыть.
Дерево четырех сезонов. Наступление ночи. Даже причина, по которой эльфы затопили Атлантиду и разорвали все связи с людьми.
Все это отличалось от того, чему их учили наставники по эльфийской истории… если эти случаи
Затерянные Города не были плохим местом. Но это был не идеальный мир, как бы каждому не хотелось.
— Что-то не так с Эвергленом? — спросила она Олдена.
— Не то, чтобы я знаю, — сказал он ей. — Когда я унаследовал имение, то провел обширные ремонтные работы. Но это всегда было личной резиденцией. Ты знаешь что-то, о чем не знаю я, Феллон?
— Не обязательно, — сказал Феллон, снова глядя вдаль. — Но все в этой комнате знают, что Васкеры никогда ничего не делают просто так. Это имение было выбрано по какой-то причине.
— Да. Мне нравился вид, — сказала великолепная женщина с заостренными ушами, торчащими из блестящих черных волос, вставая со своего места. Ее миндалевидные, прозрачные голубые глаза были подведены фиолетовым — такого же оттенка, как и длинное шелковое платье. Бронзовая кожа мерцала с блеском аметистового сияния. — Озеро было таким спокойным ночью, что в нем отражались звезды. Это было великолепное место, чтобы дать разуму отдохнуть после долгого дня на солнце.
— Кто это? — прошептала Софи, наклонившись к Кифу.
Он наклонил голову.
— Уверен точно, что это Лузия Васкер. Она самая известная Вспышка.
— Не самая, — пояснила Лузия, и Софи покраснела, удивляясь, как Лузия могла их услышать. — Самый известный — мой сын.
— Орем, — прошептал Киф, показывая на эльфа, сидящего на несколько мест выше Лузии с аккуратно подстриженными волосами такого же цвета, как и у матери.
Орем был одним из тех Васкеров, о которых слышала Софи. Она даже была на знаменитом световом шоу, которое он устроил на Небесном Фестивале.
— Не скромничай, сестра, — сказал Феллон Лузии, и Софи подняла брови. — Мы все бы жили под землей, если бы не ты.
— Лузия помогла создать много иллюзий, которые скрывают наши города, — объяснил Олден.
— Подождите, — сказала Софи, садясь прямо. — Это значит, что она работала с Весперой?
— Иногда, — призналась Лузия, разглаживая платье на талии. — Многие из ее идей были начальной точкой, но мы очень мало общались. Я всегда считала ее взбалмошной и конечно никогда не приглашала в свой дом, если кому-то из вас интересно. Прости, брат, ты на неверном пути.
Несколько других Васкеров разделяли чувства Лузии. И Софи хотела им верить.
Но она также помнила, что Альвар рассказал Биане о том, что был частью Невидимок.
«Ты поймешь, когда-нибудь, когда увидишь, что такое наследие Васкеров.»
— Вы не думаете, что нам следует проверить, прежде чем отправить Альвара в Эверглен? — достаточно громко спросила Софи, обращаясь к Совету. — Чтобы быть уверенными, что мы ничего не упустили?
— Там нечего упускать, — настаивала Лузия. — Имение было моим личным убежищем и ничего больше.