Фигляр 2
Шрифт:
Она достала телефон и быстро набрала сообщение Со-юн: «Онни, привет! Извини, что отвлекаю. Если ты не очень занята, перезвони, когда сможешь. Хочу кое-что спросить».
Хе-вон, наблюдая за этими действиями, почувствовала, как на язык просится новая, едкая ремарка. Что-то вроде «Ну наконец-то додумалась». Но она сжала губы. Вместо этого она нашла в себе силы не просто промолчать, а даже изобразить слабую, виноватую улыбку в сторону Сун-ми.
Со-мин, не сводя глаз с дороги, боковым зрением контролировала ситуацию. Увидев, как племянница смогла сдержаться, она удовлетворённо, почти неслышно
Три девушки, три разных настроения. И один общий вопрос, который никто не произнёс вслух:
«Где сейчас Ин-хо?»
У ПУЛЬТА
Со-юн с матерью разместились на дополнительных креслах рядом с резервным пультом управления, куда их отвела ассистентка Со-хён. Места были отличные — с возвышения открывался идеальный вид на весь подиум и часть зала, но при этом они оставались немного в стороне от главной толпы. За пультом уже сидели сосредоточенные техники в чёрных футболках с логотипом Starline, щёлкая тумблерами и перешёптываясь в гарнитуры.
Со-юн с удовольствием осматривалась, её глаза горели азартом. Она отмечала фотографов и журналистов, которые облепили пространство у сцены со своей громоздкой техникой. Несколько папарацци, узнав представительниц семьи Пак, уже украдкой щёлкали в их сторону длиннофокусными объективами. Ми-ран, заметив это, лишь чуть выше подняла подбородок — пусть снимают.
Внизу, у выставленных барьеров, уже кучковались прибывающие школьники и студенты. Огромный атриум Galleria наполнился гулом молодых голосов, смехом, возгласами узнавания. Показ, как и было задумано, был нацелен на молодёжь, поэтому вместо рядов кресел были лишь два VIP-ряда вдоль подиума для прессы и особых гостей. Всё остальное пространство было разделено барьерами на сектора, где юная публика могла стоять, танцевать и быть ближе к действию.
Со-юн, конечно, не могла удержаться. Она привстала с кресла, включила камеру на смартфоне и медленно провела ею по залу, запечатлевая это наэлектризованное ожидание. Потом навела объектив на шумную, веселящуюся толпу у самой сцены. Идеальный материал для сторис.
В этот момент телефон тихо пиликнул — входящее сообщение. Со-юн опустила взгляд на экран.
— Мама, это от Сун-ми, — сообщила она, уже набирая номер сестры.
— Отлично, — кивнула Ми-ран, и в её голосе прозвучала теплота. Хорошее настроение от удачно сыгранной партии с Джи-вон искало выхода.
— Можешь сообщить ей, что Джи-вон всерьёз обещала задействовать её на подтанцовке. И вообще приглашала за кулисы. Пусть девочка порадуется, пусть помнит, что у её семьи есть возможности.
Со-юн улыбнулась, приложив телефон к уху. Звонок взяли почти сразу.
— Ёбосэё? — весело ответила она. — Сун-ми-я, что ты хотела?
Голос сестры на другом конце звучал взволнованно и немного смущённо. Сун-ми быстро выпалила, что они с тётей Со-мин и Хе-вон едут в Galleria на концерт Eclipse. И осторожно поинтересовалась,
— Мы тоже в Galleria! — радостно сообщила Со-юн, понизив голос, чтобы не мешать техникам. — Ищи нас возле резервного пульта, там, где сидят звуковики и световики в спецодежде. Мы с мамой тут. И у нас для тебя есть радостные новости, так что поторопись!
В трубке повисла короткая пауза. Потом голос Сун-ми, ставший ещё тише и нерешительнее:
— Онни… а Ин-хо… он тоже с вами?
Со-юн фыркнула, как будто сестра спросила что-то смешное.
— Нет, Ин-хо на сцене, — бодро и как само собой разумеющееся ответила она, словно сообщила о дне недели. — Ладно, мы тут с мамой, ждём тебя. Поторапливайся, шоу скоро начнётся!
Она сбросила вызов и повернулась к матери, сияя:
— Они уже едут! — даже не задумываясь о том, какая бомба только что сорвалась с языка.
ГДЕ-ГДЕ ОН?
Сун-ми опустила телефон на колени и рассеянно уставилась на потухший экран, её лицо выражало абсолютное недоумение и растерянность.
Хе-вон, сидевшая впереди, наблюдала за ней в зеркало заднего вида, но не торопилась спрашивать — её собственная обида и тоска создавали тяжёлую, давящую ауру.
Со-мин, как старшая и ответственная, поинтересовалась.
— Ну что, Сун-ми-я? Что сказала сестра?
Сун-ми медленно подняла на неё глаза.
— Она сказала… что они с мамой тоже в Galleria. Сидят возле какого-то пульта и их надо найти.
Она умолкла, снова глядя в никуда. Казалось, её мозг всё ещё переваривал вторую часть информации.
Наконец и Хе-вон не выдержала. Её голос прозвучал резко, излишне громко:
— А про Ин-хо что? Она что-нибудь сказала про него?
Сун-ми медленно, будто в замедленной съёмке, перевела растерянный взгляд на Хе-вон. В её глазах читалась полная каша из эмоций: недоумение, лёгкий шок и капля ревности.
— Она сказала… — Сун-ми сделала паузу, точно выговаривая каждое слово, словно сама в них не верила, — что… Ин-хо на сцене.
Со-мин, которая как раз собиралась перестраиваться в левый ряд, резко дёрнула руль вправо и с визгом тормозов прижала свою полуспортивную Kia к обочине. Резко развернувшись на сиденье, она уставилась на Сун-ми широко раскрытыми, ошарашенными глазами.
Машина позади гневно посигналила, но на её не обратили внимания.
— Чиво? — выдавила Со-мин, её идеальный корейский на мгновение споткнулся. — Что ты сейчас сказала? Повтори.
Сун-ми отворачивается и смотрит в окно.
— Онни сказала, что Ин-хо… на сцене.
Тишина в салоне стала абсолютной, ледяной и звенящей. Даже Хе-вон замерла, её обида мгновенно сменилась острым, жгучим любопытством.
Со-мин медленно, очень медленно повернулась обратно к рулю, глядя прямо перед собой на поток машин, уносящийся к сияющему зданию Galleria. Её пальцы судорожно сжали обшивку руля.
Она отчётливо вспомнила свою недавнюю мысль:
«Вот с чего я решила, что на показе ни с того ни с сего появится Ин-хо? Ну, глупость же? Правда?»