Феромон
Шрифт:
– Как дела у Эйвера?
– Х-хорошо.
– Я же правильно поняла, что уровень его феромона стал падать?
– Угу, - не поворачивая на меня головы, кивает Дэйв.
– Значит, сейчас всё в порядке? Уровень восстановился?
– Да, - снова кивает он и снова не поворачиваясь. И мне кажется, я понимаю, в чём причина его немногословности. Из деликатности он не хочет распространяться о подробностях. Ведь у Дэйва дома, как я поняла, они говорили про добровольный целибат Эйвера и явно спорили: причина снижения уровня в нём или не в нём. Уровень восстановился, Дэйв в курсе, что у Ханта был
– А что подтолкнуло тебя заниматься именно феромонами?
– с интересом заглядываю в клетки к суетящимся белым мышам.
– Да, собственно, Эйвер и подтолкнул, - оглядывается Дэйв, а потом снова склоняется над столом.
– В универе я писал работу по гормонам. А потом увидел Ханта на одной из вечеринок. И мне показалось очень необычным царящее вокруг него оживление. Очень характерным для воздействия природных веществ, статью о которых я как раз писал. И я решил познакомиться с ним поближе.
– Наверно, он был обвешен девушками, как виноград - спелыми гроздями?
– с умилением рассматриваю упитанных и таких же белоснежных, как мышки, кроликов. Вовсе не выглядят они подопытными. Скорее счастливыми.
– Ну, в общем, да, - смеётся Дэйв, проводя какие-то уверенные, но совершенно непонятные мне манипуляции с пробирками.
– Очень похоже. Но я бы сказал, что они липли к нему как комары, а он отмахивался.
– Видимо, уже была та стадия, когда он пресытился.
– Возможно, - дипломатично пожимает Дэйв плечами и остальной его монолог звучит, пока он составляет колбочки в огромную центрифугу.
– Но в его «неотразимости» к тому времени уже был уверен не только он сам. На него стали делать ставки. Он начал беситься. Отстаивать своё право не быть скаковой лошадью кулаками.
– А зря, - возвращаюсь я за большой, отделанный белым пластиком, стол, удобно устраиваюсь на узком вращающемся стуле, усмехаюсь.
– Мог бы зарабатывать неплохие деньги. С его стопроцентными гарантиями.
– В общем, после одной из таких драк мы и познакомились, - живописно пожимает плечами Дэйв, давая понять, что Хант, идиот, конечно, мог, но не захотел.
– Я притащил его в студенческую лабораторию под предлогом оказать первую помощь. Ну, там бровь заклеил, ссадины обработал, разбитые костяшки перекисью залил. Разговорились. Я рассказал, над чем тружусь. И когда выяснилось, что он вовсе не обрызгивается ничем специально, я и предложил ему пройти пару тестов и после получения результатов всерьёз задумался заняться феромонами.
– Неплохая завязка для долгих дружеских отношений, - поворачиваю я хитроумные баночки с носиками так, чтобы они стояли ровно и этикетками лицом.
– Так ему, выходит, сильно повезло, что он встретил тебя так вовремя?
– Возможно, - привычно обтекаемо формулирует свои выводы Дэйв.
– Но, если совсем уж честно и между нами, - вздыхает он, поворачиваясь от вращающейся всё медленнее центрифуги ко мне, - я обратил на него внимание из-за Ив. Она уже тогда мне нравилась. И она всё время крутилась возле Ханта, как собачонка.
– А Хант об этом знает?
– Сейчас - да. Но тогда ему не было никакого
Он переставляет пробирки в подставку на столе, потом сливает с них прозрачную часть жидкости в маленькие квадратные кюретки.
– Ты решил избавить Ив от этой зависимости?
– Даже хуже, - улыбается он и идёт составлять образцы в прибор, стоящий на другом столе.
– Я решил избавить от неё самого Ханта.
Громко защёлкивается крышка. Звонко попискивает табло, на котором Дэйв выставляет какие-то цифры.
– Может, по пиву?
– огорошивает он меня вопросом, когда заканчивает свои колдовские пасы.
– Результатов всё равно придётся подождать.
– Валяй!
– легко соглашаюсь я и тут же получаю в руки пакет с солёными орешками.
– Сначала я решил создать вещество, которое бы полностью блокировало выработку его феромона, - он возвращается от холодильника с двумя бутылками, - но все они оказались настолько разрушительны для его гормональной системы, что он мог остаться инвалидом, - хлопнув пробкой, протягивает он мне бутылку.
– Или импотентом, - добавляю я, сделав несложные умозаключения и открыв шуршащий пакетик.
– Или даже так, - кивает он, открывая свою бутылку.
– Но этого я, конечно, допустить не мог. И тогда пошёл другим путём: решил создать нечто вроде вакцины.
61. Анна
– Боюсь, с этим тоже возникли сложности, - приподняв бутылку в знак поддержки, делаю я глоток и, слегка передёрнувшись от колючих пузырьков, защекотавших горло, продолжаю: - Не будешь же бегать за каждой девушкой и уговаривать привиться, как от чумы, вон от того парня, который может запросто тебя соблазнить.
– Да, да, да, - смеётся Дэйв и отправляет в рот пригоршню орехов.
– Но ты же понимаешь, что мы, учёные, все немного сумасшедшие, - бубнит он, жуя.
– И меня больше заинтересовал процесс, чем практическое применение результата.
– И как истинный последователь «британских учёных» ты её создал?
– К сожалению, нет. Но, - взмахивает он запотевшей бутылкой, - во время опроса испытуемых...
– Девушек, на которых ты собрался её проверять, - подсказываю я.
– Да, которым, конечно, не говорилась правда, и моя задача была записать, что именно они чувствуют в присутствии Ханта. Так вот, я собрал просто неимоверное количество данных, - подскакивает он, чтобы притащить из шкафа увесистый талмуд.
– Подозреваю, тебе просто нравилось с ними общаться, - прищуриваю я один глаз.
Водрузив свой гроссбух на стол, он прижимает палец к губам.
– Тс-с-с! Это навсегда избавило меня от застенчивости. Но это будет наш с тобой секрет. Так вот. Я пытаюсь их сейчас систематизировать, - открывает он первую попавшуюся страницу, но книга сама распадается где-то на середине, открыв анкету, которую он, видимо, читал чаще всего.
– И замечаю удивительные вещи.
– Например?
– веду я пальцем по странице, вчитываясь в незамысловатые вопросы и столь же прямолинейные ответы на них.