Феодал. Том 6
Шрифт:
Экспедиция вскоре оказалась на выпирающем отвесном куске скалы.
— Твою ж мать… — тихо произнeс Маркел, когда вышел из зарослей и увидел перед собой самое настоящее цунами, застывшее в одном положении, как будто сдерживаемое невидимой рукой.
Водопад был бирюзового цвета с белыми испаряющимися прожилками и низвергался вниз первобытной титанической мощью. Чтобы увидеть уступ, откуда изливалась эта река, приходилось высоко задирать голову.
В воздухе чувствовалась освежающая влажность, а на фоне льющегося столпа воды мы казались совсем
«Жёлтый-70» перелистнул перед нами ещё одну страницу многообразия животного мира. Перебивая шум водопада, в небе раздалось высокое, звенящее «кью», а потом перешло в протяжное, вибрирующее «йа-йа-йа». Крик, похожий на орлиный, издавала ширококрылая птица в небе, кружащая с любопытством и высматривающая незнакомую добычу.
— Полвиверны будет, — оценивающе прикинул Гио. — Что делаем?
— Спускаемся, — сказал я. — Хочу посмотреть, что там у подножия.
Подстрелить летающего хищника не было возможности — слишком уж высоко парил. Нам он не мешал, только провожал зорким взглядом незваный караван. По-другому и не назовёшь глипт и людей, вытянувшихся в цепочку. Маршрут петлял по узким тропам, вынуждая подстраиваться. Если у магзверей и был шанс потрепать нам нервы, то после полуторачасового спуска они его упустили.
Мы оказались на берегу широкой реки, в которую впадал водопад. Вода неслась себе дальше, напитывая этот мир как артерия. Чуть позже Джанашия просветил нас, что это место всего лишь один из порогов. Они шли друг за дружкой, постепенно сокращаясь, а мы лишь в начале этого длинного пути.
— Раз уж ищем цветок, Александр попросил собрать все образцы растений, что увидим, — объявил я, когда округа была исследована вдоль и поперeк, а сторожевые посты расставлены. — Задержимся на час. Срезайте всe ножами, либо рвите с корнями, если размеры позволяют.
Я раздал всем сумки с эффектом зеленца, с которым наш гербарий сохранит свою свежесть. Межмировая флора часто бывала капризной и портилась спустя считаные минуты после повреждения. Важно было доставить всe в оранжерею до процесса гниения, чтобы храмовник смог вырастить этот вид у себя и начать изменять его путeм селекции.
По словам Александра, некоторые растения раскрывались по-новому и могли дать куда лучший эффект, либо и вовсе другой, ранее не изученный. РГО держали целые заповедники под такие задачи.
Наши скромные начинания нечета их глобальной разветвлeнной сети с сотнями учeных, но зато с книжечкой Аластора мы на несколько шагов впереди. И не только из-за коллекции неисследованных миров. Учитель то тут, то там оставлял свои наблюдения и размышления о природе врат.
По мере их расшифровки, Александр Чечевичкин выуживал фундаментальные знания, находил новые последовательности там, где императорские естествоиспытатели даже и не думали искать. Его отличная память и фанатизм въедливо разбирали каждую букву. Благодаря этому мы и сместили точку Гольдштейна-Уварова так далеко от имперских
Один бы я никогда не справился, но я также заметил, что храмовник нуждался в помощи, в ассистентах и коллегах. Ему банально не хватало рук на свои проекты, спал по три-четыре часа. Непорядок.
«Ещe и умников придeтся искать. Желательно из разных областей».
У них будет свой фронт, где сражаться придётся умом, а не силой.
— Что-нибудь нашeл?
— Не-а.
Склодский покачал головой, в руках у него была набитая травами и кореньями сумка, сверху виднелась горсть ягод и какой-то оранжевый фрукт.
Вся надежда была на Гио. Земельник проверял почву, камни, речное дно, да и вообще видел по-иному, нежели обычные люди.
Мага растений я, по понятным причинам, не взял — рано ему ещe сюда соваться. Доверия мало, да и уговор был не впутывать его в авантюры. Слабохарактерный тип, но очень нужный феоду, жаль будет его убивать в случае чего. Пусть спокойно работает, помогает фермерам и консультирует Александра. Скоро отправлю его с новым удобрением в командировку по деревням для улучшения урожайности.
«Anima refectio» — цветок необычный. Из-за редкости о нём слагали всякие небылицы, но основные сведения у нас всё же были. Размером с ладонь женщины, почти прозрачный — магзвери его не видели, крайне живучий — мог питаться одним солнечным светом или от источника магической силы, не имел постоянного места обитания — медленно передвигался по воздуху как парус.
Его находили в кронах деревьев, на водной глади и под водой, в пещерах и на скалах, как обычное растение на земле и даже висящим на убитых магзверях — те его банально не замечали. Он их использовал как перевозчиков и источник пищи.
Я особо не рассчитывал в первый же день отыскать аниму, но Его Величество случай послал куда подальше мои соображения.
Час пролетел незаметно, я собрался продолжить спуск вдоль реки и созвал всех двойным свистом. На сигнал отозвался сначала Мефодий с каким-то вырванным хилым деревцем в руке и пустой сумкой.
— Эм, — он виновато сутулился, стараясь казаться меньше. — В хозяйстве пригодится.
У здоровяка не шибко получалось с собирательством, и вопрос он решил по-своему: увидел цель — вырвал. Следом вышел более подкованный во всяких медицинских травках Склодский. Недаром учился в лекарской академии: гербарий солидный подобрал, то же самое можно сказать и про Гио.
Маркел своей дюжиной дополнительных рук собрал много, больше всех, но бестолково: какой-то обычной травы накопал, куски коры зачем-то, отпиленный кусочек корня векового древа, ветки с листьями. Я потёр лоб и махнул ему встать ко всем. Радостный элементалист с гордостью присоединился к компании гридней.
Я думал, его сложно будет переплюнуть в курьeзности, однако Святослава смогла. Девушка нарвала мало, но там были и неплохие экземпляры, даже семена где-то откопала.
— Это всё? — спросил я её, поглядывая вверх на голову.