Феникс
Шрифт:
– Не рано ты ей про яички? – поинтересовалась я, пока мы шли к уборной.
– А что такого?
Гоша был невозмутим. Он открыл мне дверь, кивнул на раковину и мыло, сам выдавил мне немного на руки, открыл воду.
– Я считаю, ребенок должен знать, как называются органы. Без всяких метафор. Это, между прочим, и педагоги советуют. Я читал.
От его авторитетного «я читал» меня буквально размазало умилением. В розовом замке дали внеочередной салют в честь татуированного принца. А секундой позже фейерверк дали в честь того, что Гоша коснулся моих рук, подставляя свои под струю
Может мы помоем руки еще раз? По третьему кругу – это нормально? А что? Я люблю чистоту.
– Пойдем, - прохрипел Феникс.
Он закрыл воду, протянул мне полотенце. Гоша выглядел слегка потерянным и шумно сглотнул. Кажется, не я одна мечтала о бесконечных водных процедурах.
Пока шла за ним представляла, как мы могли бы стоять под душем вдвоем. Капли воды на его груди, которые так хочется ощущать руками, слизывать языком, а потом прижаться у нему. Такому горячему, сильному и позволить делась все, что угодно. И самой гладить пальцами феникса, продолжая рисовать свои невидимые узоры все ниже и ниже, по груди, животу и…
Замечтавшись, я врезалась в спину Гоши, который остановился у холодильника уже на просторной кухне. Ну и ворона. Совсем головой поехала со своими влажными фантазиями.
– Пришли уже, тормози, - сказал Фенов, ослепляя меня улыбкой.
Мне стало стыдно. Щеки так и пылали. Он смотрел так, словно мысли читал. Грязные, похотливые мысли. Соберись, Ирсен. Ты в гостях, тут ребенок, вообще-то.
Выдохнув, я осмотрелась. Катя сидела за столом, под которым шнырял Бобс. Гоша доставал из холодильника контейнеры.
- Папа, фууууу!!! Мы же договаривались, - завизжала Катя, увидев, как Гоша бросил на стол контейнер с чем-то зеленым внутри.
«Брокколи», - догадалась я и снова скривилась. Даже отцу такое не готовила, хотя врачи советовали с его язвой.
– Расслабься, мелочь, - авторитетно выдал Гоша. – Это не тебе.
– Мне что ли? – я реально перепугалась.
– Ага, - радостно кивнул Фенов, наслаждаясь ужасом в моих глазах.
И тут до меня дошло. Самое странное в этой ситуации было то, что Гоша собирался готовить. Не макароны сварить или пельмени, а действительно – готовить.
Он достал из контейнера сваренный картофель, нарезал большими кубиками и бросил на сковороду. «Без масла», - отметила тут же. Сразу же разбил два яйца в миску, в другую насыпал манку. Сунул другой контейнер в микроволновку.
Такие танцы у плиты впечатляли не меньше, чем заявление «я читал». Не успела я опомниться, как на столе перед Катей оказалась тарелка с чуть
– Катарин, пять кусков курицы с тебя, - безапелляционно заявил Фенов, макнул соцветие в яйцо, бросил на сковороду.
Катя попыталась скукситься, но папа был непреклонен. Ей ничего не оставалось, как уничтожить курицу первым делом, а потом заедать картошкой.
Не прошло и десяти минут, а Гоша уже ставил на стол огромную тарелку с брокколи в кляре. Пахло вкусно, но я все еще пребывала в предубеждении.
– Ничего не знаю, Ирс, - заявил Феникс. – Чтобы поела. Это вкусно.
– Он врет, - шепотом сказал мне Катя.
Гоша сделал вид, что не услышал, сам наложил мне на тарелку несколько соцветий. Я попробовала, откусив маленький кусочек под хмурым взглядом хозяина дома. Брови от удивления тут же взлетели.
– А вкусно!
Катя вздохнула.
– И она теперь врет. Все взрослые врут, - философски выдала барышня, тыкая вилкой в кусок картошки.
Мы с Гошей переглянулись. Я еле сдержала смешок, а он в том же ключе ответил дочери:
– Жизнь вообще странная штука, Катарин. Но ты привыкнешь.
Ребенок многозначительно промолчал.
Глава 12
Катя быстро поела, попросила мультик. Гоша разрешил ей включить самой телевизор в гостиной, и она ускакала довольная.
Фенов и сам довольно оскалился, когда я положила себе еще два куска брокколи.
– Ну вот, а то морщилась.
– Ты волшебник, наверно, или жулик, раз умеешь сделать из этой пакости вкусноту.
– Это ты еще мой рулет из кабачков с грибами не пробовала.
Представив его за приготовлением такого хитрого блюда я аж застонала:
– Пощади, Фенов.
– А что? Я люблю, когда еда вкусная и полезная. Хотя сам могу питаться просто отваривая. Меня не парит.
– Ты просто рушишь стереотипы сейчас. Я думала, одинокие мужчины могут только варить пельмени. Или макароны. С сосисками какими-нибудь.
– Ирсен! – возмутился Гоша. – Да сейчас курить полезнее, чем жрать сосиски. Там один жир и крахмал. Лучше я мяса наемся.
– Боже, ты меня пугаешь. Откуда все это? – продолжала я картинно недоумевать.
– Хочу быть в хорошей форме. А то татухи от жира расплывутся, - он высунул язык, изображая рвотный позыв. – Это самое паршивое, что может случиться.
Я засмеялась.
– Отличный стимул.
– А то.
– Все равно ты какой-то волшебный, - не сдержалась я.
– Это потому что я тебе нравлюсь, - нагло подмигнул Фенов.
От его улыбки у меня в животе стало так горячо. Словно брокколи не переваривались, а сгорали. Видимо, чтобы добить, Гоша погладил мою ногу своей под столом. Я закашлялась, он похлопал по спине, встал и налил стакан воды. Я хлебнула, а он так и остался позади, зачем-то растирая мне спину, потом плечи и шею.