Фавориты удачи
Шрифт:
– Ну, хорошо, Хрюша, а если бы это был кто-то другой, не Гершкович?
– Она все равно не открыла бы никому.., ну, почти никому…
– А как бы она отреагировала на вызов звонком?
– И подавно бы не пошла… Мне Татьяна так прямо и сказала.., ну, в общем, был у нас разговор на эту тему.., а ведь Полина еще больше была напугана.
– Значит, ее вызвал тот, кому она доверяла, – авторитетно резюмировал Солодовников.
– Возможно. Но это никак не Гершкович.
– Это верно, – нехотя согласился
– Или она так думала… – задумчиво произнес Хохлов и замолчал.
– Как – так?
Хохлов хлопнул себя ладонью по лбу:
– Боже! Какой я осел!
– Нет, старик, ты подзабыл, – поправил его Солодовников, – ты не осел, ты Хрюша.
– Нет, Витек! Я просто осел.., как я мог забыть?..
– Что ты забыл, старик?
Хохлов вскочил с диванчика:
– Мне нужно срочно проверить одну идею, я сейчас…
Он схватил стул и потащил его к выходу.
– Мне-то с тобой можно? – обиженно спросил Солодовников.
– Можно. Но тогда ты возьми этот стул, а я сейчас приду…
– Куда стул тащить?
– К Полининой каюте, – крикнул Хохлов на бегу.
Солодовников подошел к указанному месту и сел на стул, чтобы не выглядеть идиотом. Проходивший по коридору мимо него бармен, иронически кивнув на дверь каюты, спросил:
– Охраняете? Что-то поздновато хватились.
– Лучше поздно, чем никогда, – сердито отрезал Солодовников.
– Ну, ну, – озадаченно хмыкнул бармен и отправился по своим делам.
К счастью, Хохлов вернулся очень скоро.
В руках он нес большую лупу в черной пластмассовой оправе.
– Откуда это у тебя? – спросил Солодовников.
– Она входит в малый сыщицкий набор, который я всегда вожу с собой.
– Да, теперь ты вылитый Шерлок Холмс.
Не обращая внимания на иронию приятеля, Хохлов встал на стул и начал с помощью пресловутой лупы внимательно осматривать пучок проводов, используемых обычно для внутренней телефонной проводки; они проходили под самым потолком коридора. Не обнаружив, видимо, того, что искал в пределах досягаемости, он слез со стула, передвинул его на метр и снова залез.
Победный клич, возвестивший о том, что он обнаружил то, что требовалось, Хохлов издал с четвертой попытки. Однако сразу он со стула не слез, а еще минуты две внимательно осматривал один из проводов, что-то возбужденно бормоча себе под нос. Солодовникову удалось расслышать только одно слово: иголка.
Спрыгнув наконец со стула. Хохлов сел на него и на минуту задумался.
– Слушай, Витек, – спросил он после недолгих размышлений, – а что решили делать с телом Полины?
– То же самое, что и с Самохваловым. Решили положить его в ту же ванну.
– А почему не в другую?
– Во-первых, другой здесь просто нет, каюта люкс только одна, а во-вторых, на две и льда не хватит…
– Понятно..,
– Нет, наверное.., не знаю.., там женщины ее обмывают.., и все такое.
– Ладно, стул можешь отнести на место.
Хохлов вскочил со стула, подошел к двери Татьяны и постучал в нее.
– Кто там? – послышалось за дверью.
– Таня, это я, Хохлов.
Дверь открылась, и на пороге появилась Татьяна. Вид у нее был несчастный, глаза заплаканные.
– Переживаешь? – сочувственно спросил Хохлов.
– А как же, – всхлипнула Татьяна, – мы с ней как сестры были…
– Понимаю… Слушай, мне нужна твоя помощь…
– Я надеюсь, не в оформлении протоколов допросов?
– Каких протоколов? – удивленно спросил Солодовников, подошедший со стулом в руках.
Он прекрасно помнил живописные экзерсисы приятеля на листке бумаги.
– Не обращай внимания, – поморщился Хохлов, – она шутит. Нет, мне нужна помощь несколько иного рода.
– Я чувствую, что без моей помощи следствие и шагу ступить не может.
– Не капризничай, а то в следующий раз, когда убийца будет бродить по судну с ножом в руках, будешь сидеть одна и дрожать от страха.
– А как было в прошлый раз? – заинтересовался любопытный Солодовников.
– Хорошо было, – честно признался Хохлов, – не встревай в разговор…
– Но ведь убийца найден и заперт, – возразила Татьяна.
– Он и вчера был найден и заперт, – парировал Хохлов.
– Хорошо, – смягчилась Татьяна, вспомнив, что ночь действительно не за горами, – что от меня требуется?
– Сущая ерунда, пойди, пожалуйста, в каюту люкс – там сейчас женщины обмывают тело несчастной Полины – и принеси мне ее передник…
– Что принести? – удивленно переспросила Татьяна.
– Ну передник.., фартук.., я не знаю, как это называется.., вот эту штуку, одним словом, – Хохлов показал на ней, что, собственно, ему требуется.
Она пожала плечами:
– Хорошо… "только я боюсь покойников…
– Как говорил Билли Боне, покойники не кусаются, – внушительно вставил Солодовников, стремясь продемонстрировать свою начитанность и причастность к происходящему. – И потом, мы не просим тебя принести всю покойницу, а всего только – один передник.
Татьяна фыркнула и отправилась оказывать очередную помощь следствию.
– Мы будем ждать тебя в моей каюте, – крикнул ей вслед Хохлов.
– Зачем тебе передник? – спросил Солодовников, когда Татьяна отошла достаточно далеко по коридору, чтобы не слышать вопроса.
– Ты так и будешь со стулом по всему судну бегать? – вместо ответа спросил Хохлов. – Отнеси и приходи в мою каюту.
Несколько побледневшая после увиденного в каюте люкс Татьяна принесла окровавленный передник в полиэтиленовом пакете.