Фаворитки
Шрифт:
Нелл думала: «Лорд Боклерк не будет очень страдать в разлуке. Может быть, ему и следует поехать во Францию. Для младшего сына более важно приобрести манеры дворянина. Ему почести могут доставаться труднее, чем его брату». Нелл вдруг схватила его в объятия и крепко прижала к себе. Не могу его отпустить, говорила она себе. Может быть, он и лорд Боклерк, но он — мое дитя!
Карлу стало легче жить, когда возмутители спокойствия оказались в Тауэре. Жилище у них там было вполне удобное, им разрешили взять туда с собой своих слуг, они могли принимать гостей, по сути, они жили там так, как и подобает жить благородным лордам, они были
Карл не доверял никому. Он с интересом слушал то, что говорили ему Данби и Луиза, посещая дом Нелл, он весьма дружески разговаривал с ее друзьями-вигами. Но он постоянно вел тайную игру. У него было одно великое желание — управлять страной без помощи парламента. Парламент, с его постоянно враждующими партиями, доставлял ему постоянные беспокойства и неприятности. Виги обливали грязью тори, а тори — вигов. Они больше тратили сил на выражение ненависти друг к другу, чем на доказательство своей любви к собственной стране. Карл любил свою страну (но, как он готов был признать первым, любовь к своей стране равносильна любви к самому себе) и был полон решимости употребить все свои способности — а он при необходимости уже не раз доказывал, что они у него замечательные, — чтобы ему снова не пришлось пуститься странствовать.
Данби он поддерживал потому, что Данби был волшебником, управлявшимся с его финансовыми делами так, как никому раньше этого не удавалось. Он считал, что не может себе позволить остаться без Данби. Впервые после возвращения в Англию он почувствовал, что дела его наладились. Он умиротворял Луизу, потому что она была шпионкой Людовика. Субсидии, получаемые им теперь от Франции за то, что он держится в стороне от войны на континенте, весьма способствуют нынешнему благополучию его страны. Карл всегда понимал, что процветает та страна, которая занимается торговлей и держится в стороне от войны. Поэтому ему было приятно получать субсидии от Людовика за соблюдение нейтралитета, который он намеревался соблюдать в любом случае. Он делал вид, что послушался совета Луизы. Бедная Луиза! Она должна угождать Людовику. Он должен удовлетворять ее в определенном смысле, но, хоть убейте его, он не мог заставить себя навещать ее так же часто, как прежде.
Что касается Нелл, то ее барахтанье в политике настолько его забавляло, что он не мог не посещать ее салон. В политике она разбиралась так же, как жеребец Оулд Раули и козел Оулд Раули, в память о достоинствах которых дали прозвище королю. Вся политика для Нелл заключалась в следующем: я буду за того, кто пожалует герцогский титул милорду Берфорду и сделает мать благородного графа герцогиней. Данби был против поднятия статуса Нелл — из-за Луизы, конечно, — поэтому Нелл была врагом Данби.
Так что Карл, поддерживая дружелюбные отношения с Луизой и партией тори, возглавляемой Данби, и доброжелательно слушая приятелей Нелл , вигов, шел своим путем. И, принимая субсидии от Людовика, он старался ускорить заключение брака между своей племянницей, Марией, и принцем Вильгельмом Оранским.
Иаков искал встречи с братом. Лицо Иакова пылало.
— Карл, вы не можете серьезно желать этого.
Мою дочь Марию выдать замуж за этого человека!
— Постарайтесь отвлечься от того, что он протестант , и правитель голландцев, и тогда вы поймете, какая это прекрасная партия.
— Это не человек, а чудовище! — с негодованием ответил Иаков.
— Принц — бравый солдат, правитель Голландии и наш племянник.
— Моей маленькой девочке совсем мало лет.
— Ваша маленькая девочка — принцесса и поэтому
— Вы забыли, как он себя вел, когда был здесь?
— Это было уже давно, и мы заставили его слишком много выпить. А когда человек напивается, он делает дикие вещи. Поэтому я пью только тогда, когда ощущаю жажду.
— Брат, ради Бога, не отдавайте мою маленькую Марию этому человеку!..
— Но эта женитьба является одним из важных условий поддержания мира между нашими странами.
— Человек, который разбивал окна, чтобы попасть к фрейлинам! Он развратник! Он соблазнитель.
— Ну-ну… не больше, чем все мы. Иаков ушел в свои покои. Он отправился к своей маленькой дочери и с серьезным выражением лица взял ее на руки.
— Папа, — спросила Мария, — что вас беспокоит?
— Моя малышка… моя малышка, — вздыхал Иаков.
Вскоре после Иакова пришел Карл. Он сказал:
«Мария, перед вами большое будущее. У вас будет прекрасный муж, а этого хочет, если она не глупа, каждая молодая дама».
Но Мария не сводила испуганного взгляда с лица отца. Она смотрела на него очень пристально, и слезы начали медленно стекать по ее щекам. Она поняла. Она выходит замуж, а когда принцесса выходит замуж, она вынуждена покинуть свой дом.
Королю нравилось доставлять удовольствие Нелл. Большинство ее просьб, если не считать упорных разговоров о титуле, который должен быть ей пожалован как матери своих мальчиков, касалось благополучия других людей. С большим жаром она просила за Бекингема. Его величеству так нравилось общество герцога. Может ли он действительно сердиться на Бекингема? Конечно, но не вечно же! Его так не хватает на ее вечерах. А разве Карл забыл, что они были близкими друзьями в детстве?
Карл уклонялся от прямого ответа. Он боялся обидеть Луизу и Данби, которых он старался не посвящать в свою политику относительно французов. Тот факт, что он способствовал женитьбе Марии и Вильгельма Оранского, не понравится Людовику и Луизе, хотя Луиза, все еще не уверенная в своем положении, мало волновалась по поводу этого брака. Он не хотел показать, освободив Бекингема, что склоняется на сторону вигов.
Но он намекнул Нелл, что, если она навестит Бекингема в заточении, то может сказать ему вскользь, что король не хочет, чтобы его старый друг и участник его мальчишеских забав оставался в Тауэре дольше.
Нелл тут же это сделала, в результате чего Бекингем получил освобождение на месяц, что помогло ему избавиться от нескольких недугов, развившихся у него в период заточения. В тюрьму он не вернулся, вместо того спокойно поселившись у своего друга Рочестера. Они устраивали веселые пирушки у Нелл Гвин, и король не мог удержаться, чтобы не присутствовать при их веселых развлечениях.
Луиза горько плакала и говорила Карлу, что убеждается все больше в том, что он вообще больше на нее не обращает внимания. Если бы это было не так, то как мог бы он водить дружбу с теми, кто старался причинить ей вред?
Король смягчился по отношению к Луизе. Он стал проявлять к ней больше нежности, чем когда-либо прежде, потому что перестал любить ее. Бедная толстушка! Она очень изменилась с тех пор, как подхватила от него эту злосчастную болезнь, и не переставала напоминать ему взглядами, полными упреков, и намеками, что пострадала она из-за него. Он пообещал ей, что Бекингему будет запрещено появляться в Уайтхоллском дворце, и он сдержал свое слово, понимая, что очень далеко Бекингем не отправится. Герцог действительно поселился в доме Нелл на Пел Мел, и там продолжались веселые пирушки.