Фаворит короля
Шрифт:
– Ваше высочество, удар, нанесенный тем, кому в силу своего положения не грозит ответный удар, не может служить испытанием. Принц в изумлении взирал на длинное спокойное лицо.
– Что вы имеете в виду? – спросил он, залившись краской.
– Я всего лишь служу вашему высочеству, – пояснил мистер Овербери. – Удар ракеткой нанесет голове сэра Роберта меньший ущерб, чем вашей чести.
Принц обернулся к своим джентльменам, которые толпились вокруг с угрюмыми физиономиями, и деланно рассмеялся:
– Ну вот, я, кажется, снова школьник!
– Похоже, поле битвы осталось за нами, – с невеселой улыбкой сказал сэр Роберт.
– Если после этого мы останемся в живых, я обязательно допишу в свои «Характеры» еще одну главу и назову ее «Принц», – ответил мистер Овербери.
– Если выживем?
Мистер Овербери пожал плечами:
– Это только начало. Настоящее сражение впереди. И, насколько я могу судить, разыграется оно в апартаментах его величества.
– Боже мой! – презрительно воскликнул сэр Роберт. – Пусть мальчик рассказывает свои сказки. Сейчас король не испытывает к нему большой любви.
– Все зависит от того, как именно мальчик преподнесет эту историю. Потому что, между нами говоря, мы сейчас оскорбили божественную суть монархии.
Сэр Роберт пожал плечами и повернулся, чтобы поднять камзол. И тут он взглянул на окно, занятое дамами, В окне мелькнул платочек и пара блестящих глаз подарила ему улыбку. Он поклонился, прижав руку к сердцу.
– Как поэтично! – воскликнул мистер Овербери. – Ах, как поэтично! Ты получил именно тот приз, которого жаждал его высочество. Ты никогда не замечал, что в этом мире надежды глупых и самоуверенных никогда не сбываются?
Дамы удалились – возможно, леди Саффолк сочла поведение дочери слишком уж откровенным.
Мистер Овербери вздохнул:
– Очаровательное дитя, эта дочь Говардов. Если бы я был уверен, что его высочество хорошо за них заплатит, то мог бы писать для нее сонеты – что-нибудь в манере мистера Шекспира, а он большой мастер итальянского размера.
– Ах ты, продажный писака! Да неужели эта леди и сама не может служить источником вдохновения?
Мистер Овербери помог другу натянуть камзол:
– Вдохновения – да, однако вдохновение следует переводить в оплачиваемый труд. С помощью золотого посоха я мог бы исторгнуть Кастальский ключ [33] из самой бесплодной скалы. Но погоди! К нам, если я не ошибаюсь, шествует посланец гнева.
Это был сэр Джеймс Элфинстоун, один из придворных принца – тот самый рыцарь, которого выдворили из дворца, чтобы передать его апартаменты фавориту: этого он не забыл и не простил. Он надвигался на них со свирепым видом, правой рукой подкручивая усики, а левую держа на эфесе шпаги.
33
родник
Остановившись перед шотландцем, он возгласил:
– Сэр Роберт, некоторое время назад здесь были произнесены некие слова.
– Совершенно верно, сэр Джеймс. – Мистер Овербери проскользнул между ними. – И большую часть их произнес я, поскольку так уж случилось, был здесь. Я известен своим даром находить слова как в прозе, так и в стихах и готов предложить вам свои услуги. Успокойся, Роберт! Джентльмен обеспокоен мною и моими словами, и я рад предложить ему и то, и другое, либо вместе, либо по отдельности, если мои слова и я сам ему не по зубам.
Сэр Джеймс, такой же длинный, как и мистер Овербери, глянул ему в лицо и рявкнул:
– Сэр, у меня с вами никаких дел нет.
– Что легко исправимо, – мистер Овербери произнес это добродушно-насмешливым тоном. – Однако я просто указал вам на вашу ошибку. Впрочем, как я понимаю, вы явились сюда в качестве представителя его высочества.
– В этом вы правы.
– Я вообще всегда прав. У меня такая привычка.
Сэр Роберт взял мистера Овербери за локоть, но тот и не думал отступать.
– Погоди, Робин. Неужели ты не видишь, что это разговор на уровне представителей? Я, как твой представитель, встречусь с представителем его высочества. Впрочем, сей высокочтимый джентльмен вправе именовать себя кем угодно, выбор велик – либо подручным, либо наемным убийцей, либо мальчишкой на побегушках, либо вульгарной чернью.
– Сэр, – прорычал сэр Джеймс, – ваши слова оскорбительны!
– Я ведь намекал вам на свой дар находить точные слова. Сэр Джеймс даже растерялся.
– Вы что же, сэр, потешаетесь надо мной?!
– А если и так, сэр Джеймс? Что тогда? Вы поджарите меня на вертеле и съедите? Рад буду доставить удовольствие вашей светлости!
Сэр Джеймс измерил мистера Овербери негодующим взглядом, но потом вспомнил о своей миссии.
– Я уже сказал, что у меня дело не к вам, а к этому типу, который прячется у вас за спиной.
Терпению сэра Роберта наступил предел.
– Прячусь?! – взревел он. – Я – тип?! – Он изо всех сил отпихнул мистера Овербери в сторону. В следующее мгновение сэр Джеймс уже валялся в пыли, сбитый ударом могучего шотландца.
Сэр Джеймс поднялся, отряхнулся и удовлетворенно хмыкнул – итак, он выполнил миссию, пусть и ценой собственного достоинства.
– Мой Бог, вот теперь я требую удовлетворения.
– Сражаться с вами? С вами? – Сэр Роберт стоял подбоченясь и презрительно ухмылялся. – Да я, если вам так угодно, переломаю вам все кости – это единственный способ, которым я могу удовлетворить себя. Я не сражаюсь с наемниками.
Мистер Овербери захохотал:
– Ну разве я вам не говорил? Господи, сэр Джеймс, если б вы послушались меня, вы бы сберегли усилия. И штаны впридачу.