Фарсис

Корнилов Павел Сергеевич

– До встречи, - Зеленицкий откинулся на спинку стула. Шахримуллин ограничился кивком головы. Петров подумал, что за всё время он произнёс только три слова.

Петров стоял под дождём и смотрел на старый, обшарпанный дом. Именно здесь жил его дядя, если верить адресу, который он сообщил. Раньше дядя жил в обычном девятиэтажном доме и Петров не понимал, зачем он решил переехать сюда. Судя по всему, в доме находились коммунальные квартиры, не расселенные до сих пор. Казалось странным, чтобы представитель партии консерваторов жил в коммунальной квартире.

Квартира находилась на верхнем этаже. Все двери в доме были старые и облезлые, и только

дверь с нужным номером представляла собой роскошную стальную плиту. В стену возле двери был встроен домофон и камера наблюдения. Петров нажал кнопку вызова и дверь открылась. Он перешагнул порог и удивлённо осмотрелся. Дверь автоматически закрылась за его спиной. Вместо тусклых энергосберегающих лампочек, обычных для бедного жилья, длинный коридор был освещен полимерными диодными лампами. Стены и пол были переделаны в экраны, на которых в данный момент был изображён лес в солнечный день. Система кондиционирования нагнетала в коридор воздух, по запаху похожий на запах сосновой рощи.

Сбоку незаметно раскрылась дверь, и в коридор вошёл дядя Петрова Валерий Иванович. Петров не видел его уже пару лет, за это время дядя заметно потолстел, и стал каким-то более солидным. Несмотря на возраст пятьдесят два года он выглядел бодро и жизнерадостно. Дядя был одет в домашний халат и шлепанцы. Посреди лесной чащи он выглядел неуместно.

– Ну, привет племянник. Давно не виделись.

– Даже очень давно. Рад тебя видеть дядя. Это твоя квартира?

– Впечатляет, да? Сколько я на неё денег потратил - страшно сказать. Только выкупить помещения у жильцов "коммуналки", это уже целая эпопея. Двести пятьдесят метров, всё-таки. А ещё все эти новшества... Но это того стоит, уж поверь. Ну, не будем стоять в коридоре, пошли в мой кабинет.

Стиль оформления кабинета был дикой смесью хай-тека и барокко. Стены так же, как и в коридоре были превращены в экраны, но пол покрывало толстое ковровое покрытие. В центре кабинета стоял громадный стол, отделанный позолотой. За ним и перед ним стояли несколько таких же огромных кожаных кресел. Завершал картину российский флаг, стоящий в углу.

– Масштабно, да?
– гордо спросил дядя.
– Ну, проходи, присаживайся. Ты что будешь: кофе или чай?

– Чай.

– Два чая в кабинет, - сказал Чирков в пространство.
– Расскажи что-нибудь о себе. Как живёшь? Как учёба? Не женился ещё?

– Нормально живу. Учёбу бросил. Не женился, - Петров не стал сильно распространяться. Сидеть в громадном кресле было приятно.

– А почему бросил? Если я правильно помню, ты на юридический факультет поступал?

– Да, два года отучился. Но потом надоело. Все эти законы - сплошная тоска. И разбираться в их нагромождении никакой охоты.

– Ну, и кем же ты теперь работаешь?

– Когда как. Что предложат, - в это время в кабинет въехал столик с подносом, на котором стояли две чашки чая и миска с печеньем.

– Вот и чай. Интересная штука, верно? Робот-официант. А что касается твоих подработок - это несерьёзно. Пора тебе о нормальной работе подумать. У тебя какие-нибудь планы на будущее есть?

– Ну, так.

– Мне твоя мать звонила на днях. Беспокоится за тебя. Говорит, живёшь как растение, никаких стремлений. Вот я и подумал, надо тебе помочь. Хочешь серьёзную работу?

– Это какую?

– Со временем, в партии. А пока предложу тебе особое поручение. Вот скажи, у тебя есть знакомые из оппозиции?

– Трудно сказать, - Петров решил пока отвечать неопределённо.

За два года, что он не видел дядю, тот сильно изменился.

– Попробуй найти их. В молодёжной среде, сейчас сильны протестные настроения. Ты молодой, безработный. Походи на митинги, собрания, попробуй что-нибудь узнать. Ну, как - согласен?

– Мне шпионом работать не особо хочется,- Петров мысленно усмехнулся, вспомнив разговор с Зеленицким.
– А нет должности курьера?

– Ты же не собираешься всю жизнь пробегать курьером? Жизнь полна возможностей, надо только их увидеть и осознать, понимаешь? И я не предлагаю тебе "стучать" на знакомых. Дело в другом. Видишь ли, меня недавно назначили на должность заведующего идеологическим сектором. Консервативное движение набирает силу. Но нужны идеи. В наше стремительное время, не все старые принципы можно применить. Идеи оппозиции утопичны, в целом. Но в них есть рациональное зерно. Многие члены нашей партии хотят слепо идти по старому курсу. А я считаю, что нужно объединить старое и новое. Если у меня это получится я смогу взобраться на самый верх. Можно даже подумать о посте председателя, - во время речи Петров непроизвольно скосил взгляд на стены-экраны.

– Да, вот как этот кабинет, - дядя перехватил взгляд племянника, - сочетание старого и нового,- по мнению Петрова сочетание старого и нового выглядело убого, но спорить он не стал.

Валерий Иванович, тем временем, встал из-за стола и широкими шагами заходил по кабинету:

– Если подумать, то, что дал научно-технический прогресс человеку? Мелкие удобства. А взамен? Разрушенный уклад жизни и среду, в которой невозможно нормально жить. Люди, в наше время не понимают, что делать. Окружают себя новинками электроники, и в тоже время, всё больше времени увлекаются мистикой. Верят в такие вещи, над которыми человек из двадцатого века посмеялся бы. Посещают колдунов, гадалок. Ищут спасения в религии. Пытаются найти хоть какой-то смысл в жизни. Некоторые из нашей партии хотят притормозить развитие техники. Не думаю, что это возможно. Но можно объединить традиционные ценности с развитием. В этом и состоит моя задача.

Чирков сел в кресло, достал из стола пачку сигарет:

– Куришь?
– Петров отрицательно покачал головой.- Ну, и правильно. Так что скажешь?

– Я согласен, - он наблюдал, как дядя прикуривает сигарету, - я помогу тебе.

– Вот и отлично,- Чирков втянул в лёгкие табачный дым.
– Ходи на собрания, заведи знакомых из андеграунда, стань своим. Изучай, спрашивай. И ещё, обязательно, почитай литературу, в общем, займись самообразованием. Тебе предстоит говорить с умными людьми. Вот тебе банковская карточка. Будешь получать зарплату, как курьер, раз уж тебе так хочется им быть. Завтра встретишься с человеком, он передаст тебе служебную машину, якобы для курьерских обязанностей. Ну, скоро ко мне приедет важный гость, так что пора прощаться. Будь на связи.

– Всего доброго, дядя.

В подъезде Петров достал телефон, и набрал номер.

– Алло,- раздался виз динамика голос Зеленицкого.

– Дмитрий, это Игорь, я только что от дяди вышел.

– Ну и что он сказал. Предлагал быть охранником, а?

– Не, теперь я курьер.

– Ну, поздравляю.

– Ладно, не издевайся. В общем, вам нужен ещё один человек для митинга?

– Конечно, нужен. Завтра я тебе позвоню. Конец связи.

– До завтра,- выключив связь, Петров довольно улыбнулся. Новая работа его заинтересовала.