Шрифт:
Корнилов Павел Сергеевич
Фарсис
Будущее
Сильный ветер швырял в лицо капли дождя. Прогноз погоды сообщал, что сегодня, двадцать
Прохожие широким потоком текли от станций метро к офисам магазинам, и обратно. Люди прятались под зонты и кутались в одежду, стараясь спрятаться от непогоды.
Петров увидел вывеску необходимого заведения и ускорил шаг. Заведение "Зеленая мечта", называлось так потому, что освещалось зелеными лампами, создающими после определенного количества выпитого алкоголя состояние какой-то нереальности всего происходящего вокруг. Бар служил местом собраний для маргиналов всех видов.
Дверь бара захлопнулась за спиной Петрова, и вместо шума ветра стал слышен хаотичный шум множества голосов. Бар был полностью автоматизирован: устройство, стоящее на месте где раньше находилась барная стойка, принимало деньги и по заказу разливало напитки и выдавало закуску. Единственным сотрудником-человеком был охранник. Он бдительно взглянул на Петрова, и продолжил оглядывать зал. Несмотря на вандалоустойчивую конструкцию мебели и интерьера, бдительность не была лишней.
Проходя между столами Петров невольно прислушивался. Как и обычно, в "Мечте" говорили обо всём сразу, но сегодня ведущей темой явно была погода:
– К вечеру закроют метро это точно...
– Ну да, а если ещё общественный транспорт из-за перебоев с электричеством встанет, то к вечеру движение в городе...
– Говорят, в прибрежных районах уже вода из люков хлещет.
– Врут всё!
– Петров, эй, Петров, иди сюда!
– в дальнем углу человек поднял вверх руку.
Петров подошел к столу и сел на свободный стул. Человеком, поднявшим руку, был знакомый Петрова - Дмитрий Зеленицкий - участник всех протестных движений в городе и, по его словам, убеждённый социалист. Второго сидевшего за столом Петров не знал.
– Добрый... эээ... день, Игорь, - Зеленицкий протянул руку Петрову.
– То ли день, то ли вечер, сразу и не скажешь, верно?
– Петров кивнул.
Зеленицкий перевёл взгляд на своего спутника:
– Знакомься, Игорь, это наш товарищ из Казани - Агиш Шахримуллин - Петров протянул руку, гость быстро пожал её, после чего сразу уставился в планшет. На стене бара висел старый 3D-экран. По телевидению шла программа новостей и темой, конечно, было наводнение. За спиной корреспондента, говорившего с экрана, сквозь стену дождя, были смутно видны очертания дамбы.
– Дамба, - слегка презрительно произнёс Зеленицкий, - бесполезная стенка, тридцать лет стоит, а толку от неё...
– он подвинул одну из кружек пива стоящих на столе к Петрову.
– Угощайся, товарищ.
– Интересное всё-таки сооружение, - медленно произнёс гость из
Интересное то, оно интересное, только вот когда его строили, таких наводнений ещё не было. Закрывать створы дамбы больше чем на сорок восемь часов нельзя, а то Нева нагонит воду, и потоп начнётся с другой стороны. Но теперь город топит чуть не каждую неделю. Говорят, лет через десять льды окончательно растают, вода метра на два поднимется, этот город в болото превратится. А может и не поднимется вода, и всё это враньё, я не знаю. Хотя Питер и сейчас болото, пусть он и не затоплен, - Зеленицкий, похоже, сидел в баре уже давно и сильно хотел поговорить.
– Что это ты так разозлился на северную столицу, - спросил Петров.
– Да просто погода, наверное, - как-то неуверенно пробормотал Дмитрий.
– Да нет, не только. Чертовы, консерваторы, откуда они только взялись. Агиш, хватит смотреть в планшет. А эта панель на стене. Ужас! На этом старом 3D экране изображение то трёхмерное, то двухмерное - это как удачно голову повернёшь. Да ещё зеленый свет, да ещё пиво - от просмотра этого чуда техники через полчаса под стол упадёшь. И кому сейчас вообще нужен телевизор? Все вот так сидят, уткнувшись в мониторы. Где только владелец его нашёл?
– Это ты у него спроси. И, кстати, о консерваторах - что там у вас за проблемы с ними?
– Оттепель тридцатых, похоже, кончилась, Игорь. Так-то. Снова появляется цензура в прессе. А про закон о наказании за недоносительство слышал? ... Нет! Ни чем ты не интересуешься, Петров! А это надо знать каждому. Обязательно. Такое уже было раньше, а теперь снова возвращается. Мало им беспилотников в небе, камер наблюдения на каждом шагу и контроля над интернетом, так теперь ещё и обязательно нужно доносить обо всём, что увидишь.
– Вроде не плохая идея, - пожал плечами Петров, - с преступностью надо же бороться как-то.
– Преступность и так невелика. Население стареет, а из пенсионеров преступники так себе. Нет, это всё для подавления оппозиции, точно. Но мы так просто сдаваться не собираемся. В следующее воскресенье готовим большое шествие в центре города. Товарищей собрали с провинции, - он посмотрел на Шахримуллина.- Да, вот и Агиш приехал нас поддержать. Не хочешь с нами, Петров? Мы любым новичкам рады.
– Не, не хочется. Потом ещё в "обезьяннике" сидеть, после ваших выступлений. Я чуть не забыл главное сказать - на днях мне позвонил мой дядя, а я его уже давно не видел. Ну, позвонил, и говорит: приезжай племянник, есть разговор. Думаю, просто так он звонить бы не стал, может работу предложит?
– И где твой дядя работает?
– Да, я точно и не знаю. В какой-то фирме менеджером, - на самом деле его дядя Валерий Иванович Чирков работал в партии консерваторов, о чем естественно Петров сообщать не стал. В свете предыдущего разговора, это заявление было бы неуместным.
– Ясно, - протянул Зеленицкий.
– Кем работать-то будешь? Может охранником, а? Согласишься?! Кто-то ведь должен разгадывать сканворды.
– Да не знаю, что он предложит. Никаким охранником я работать не собираюсь. Может курьером - тогда соглашусь.
– Да ладно, это я так, - отмахнулся Зеленицкий. Он покосился на Шахримуллина, но тот за весь разговор даже не пошевелился, разглядывая что-то в планшете.
– Слушай, Игорь, если передумаешь, насчёт митинга - звони.
– Хорошо. Ну, я пойду. Думаю добираться, в такую погоду, придётся долго.