Фальшивый наследник
Шрифт:
– А что, должен был?
– удивленно посмотрев в мою сторону, спросил Пашка.
– Ну не знаю. Внутренний голос тебе что, совсем ничего не говорит?
– У меня такого отродясь не водилось, так что я не в курсе - засмеявшись сказал мой, повеселевший собеседник.
– Эх, Павлик, Павлик. Мы же с тобой родом, из здешних мест. Не уж то не узнаёшь их?
– В смысле?
– перестав ржать, спросил боцман.
– В прямом. Километрах в ста отсюда, находится точка моего приземления, а стало быть, где то в том же районе и твой сортир стоит. Теперь то допёр, зачем я нас сюда приволок?
–
– Но понять всё равно не могу, ваши то что, здесь поселились?
Искать дорогу к дому Ферста, мне не пришлось, ноги сами вывели меня на трассу, ведущую в город. Столпотворения, как при моем первом знакомстве с местным портом, на этой грунтовой магистрали пока не наблюдалось, но достаточное количество телег и пеших носильщиков, быстро передвигающихся по ней, безошибочно указывали, в какой стороне она лежит.
На встречу с другом пошёл один, без оружия и других наворотов, применяемых в этом мире, в качестве нападения или обороны. В самой простой одежде, используемой каждым вторым жителем этого замечательного города, в это прохладное время года и с небольшой толикой денег за поясом, впрочем, способной, и накормить, и развеселить, даже такого привередливого человека, каким я, совсем недавно, стал. Не хочется привлекать к себе дополнительного внимания горожан, а в особенности моего, старого товарища, когда то относившегося ко мне, как к старшему брату.
До нужного объекта добрался быстро, несмотря на самую малость заплетавшиеся ноги, отвыкшие от дальних, пеших прогулок, за время долгого нахождения их, в замкнутом пространстве корабля. Ломиться в закрытые ворота посчитал неуместным. Нашёл щель в заборе, откуда можно было бы рассмотреть огромный двор уважаемого гражданина и глазами про сканировал всех, находящихся на нём, людей. Странно, но нужного мне человека, среди них, не оказалось. Жаль, если не удастся повидаться с ним. У него остались кое какие, дорогие моему сердцу, вещи, да и вспомнить нам с этим парнем, есть о чём.
– Чего там высматриваешь?!
– заставил меня вздрогнуть громкий окрик, донёсшийся до моего уха, со стороны дороги.
Обернулся. Там, еле тащатся несколько, тяжело гружённых телег, с хорошо знакомыми мне предметами, изготовленными из красной глины. На всякий случай поискал глазами, среди идущих рядом с транспортом и сидящих на нём, Братека. И к своей неописуемой радости нашёл его. Вон он, на второй сидит, всё такой же, худенький и невзрачный. Командует.
– Ничего я не высматриваю - ответил я говорившему, с достоинством.
– Друга пришёл навестить. Вот и смотрю, где он.
– Друга? Что то не припомню тебя. Чей это ты друг? Нет у нас твоих знакомых. Ошибся ты парень. Давай ка, топай отсюда подобру-поздорову, пока собак на тебя не спустил - ответил незнакомый мне человек, по хозяйски расположившийся на головной телеге.
– Да, как это нет? Вон он, сразу за тобой едет - кивнув в направлении Братека, возразил ему, я.
Братек меня не узнал. Он долго изучал моё, явно похудевшее, с нашей последней встречи с ним, лицо, потом бросил взгляд на мою, облачённую в безразмерную робу, фигуру, оценил внимательным взором стрижку, под ноль и выдал своё,
– Не знаю я тебя. Ошибся ты парень. Мы с тобой не знакомы.
– Вот значит, как? А когда я тебя от разбойников, на дороге, спасал, а потом из ложки кормил, словно ребёнка малого и лечил, прости уж, как умел. Тогда значит я, тебе другом был. А сейчас стало быть - не знаю?
– в шутливой форме напомнил я ему, историю нашего знакомства.
– Сржг!
– снова использовав одни гласные буквы, выкрикнул удивлённый охранник.
– Ты!?
– Ну а кто ещё? Я, конечно - улыбнувшись своему корявому имени, ответил я.
– Да, откуда ты взялся? Мы же тебя, тогда в Тртнвиле, два дня искали. Господин Ферс всех на ноги поднял. Мы весь порт облазили, где только не смотрели, а тебя всё нет и нет.
– Вот даже, как? Не ожидал от него - крепко обнимая взволнованного друга, искренне удивился я.
Момента, когда мой товарищ разгрузится и отпросится у начальства, ждал не долго. Братек быстро управился и вышел за ворота, где я, огласил ему, весь список предлагаемых мной, торжественных мероприятий, направленных на празднование встречи старых друзей. Приятель с готовность согласился участвовать в праздничной программе по полной и тут же повёл меня в город, в ту его часть, где расположены заведения, способные обеспечить её нам и разделить вместе с нами, охватившую нас, радость.
– Где же ты, всё это время, пропадал?
– уже по дороге в местную забегаловку, спросил меня Братек, обрадованный нашей встречей не меньше моего.
– Да много где - уклончиво ответил я.
– Потом, как нибудь расскажу. Ты сам то, как здесь поживаешь?
– Всё так же - без особого энтузиазма, ответил заметно повзрослевший парень.
– Работаю. Плаваю в Тртнвиль. Всё, как и раньше.
– Ну а птрктр - я еле выговорил слово, обозначающее на местном языке деньги, - накопил?
– Не много. Не получается много откладывать - с сожалением ответил Братек.
– То одно купить надо, то другое. Вон, недавно взял себе сапоги, старые прохудились. Нравятся?
Он картинно выставил левую ногу вперёд и повертел носком своей обновки.
– Нормальные - не покривив душой, ответил я.
– Но ты вроде раньше хотел денег скопить и обратно уйти, домой? Чего, передумал?
– А чего там делать? Да и не ждёт уже никто меня там. Девушка была - забрали в жёны. Родни живой, у нас там давно не было. А, что с Шкртелом случилось, ты и сам хорошо знаешь. Так что, здесь пока буду.
– Значит ты теперь, городской житель? Окончательно?
– Выходит, что так - улыбнувшись сказал Братек и стукнув себя рукой по лбу выкрикнул: - Вот же балда. Я же вещи твои прихватил.
Тут он вытащил из-за пазухи объёмистый свёрток, на ходу развернул его и предъявил мне на обозрение старую, эмалированную кружку, фляжку, ложку из нержавейки, пластмассовую зажигалку и, о чудо, стальной нож, дяди Миши.
– Как вернулись обратно, я сразу же это всё спрятал. Надеялся, что может вернёшься когда. Всякое же бывает, правильно? А ты взял и вернулся - заметив, как я обрадовался встрече с давно забытыми вещами, сказал мне, действительно повзрослевший товарищ.