Факультет «Переполох»
Шрифт:
– Попроси на кухне соды, только не перепутай с мыльным порошком, а то ещё и жирное мыло оттирать будешь.
– Проходящий мимо парень спокойно и даже с каким-то участием подсказал.
– Спасибо. Я уже заколебался, звереть начинаю при каждом шлепке.
– Ответил Эл, пытаясь вспомнить, где видел этого парня.
Полноватый, темноволосый, с открытой улыбкой на лице и карими глазами он был смутно знаком, правда, Ригос хоть ты его прибей, не мог вспомнить откуда. Посмотрев на то, как Элайдер пытается устроить шаманские танцы
– Что ж ты такой неумеха-то? Понятно, что за тебя всё делают, но не до такой же степени?
– даже злится за эти слова на парня, у Ригоса не получалось.
– Ни посуду помыть, ни полы. Ты ж вроде на следствии учишься, что ж из тебя за следак получится?
Парень, представившийся Торесом, остался с Элом. Показал и как тарелки мыть, что бы ни бились, и что нужно сначала объедки и остатки счищать, и сами тарелки под струёй воды ополаскивать, а уже потом в чан для мытья складывать. Уже на повороте к корпусу, когда два парня прощались Торес вдруг спросил:
– Ты меня так и не узнал?
– всё так же с улыбкой рассматривая лиса, спросил парень.
– Если честно, то нет, хоть и пытался вспомнить весь вечер. Мы, наверное, на первом курсе пересекались, да?
– не стал юлить лис.
– Нет, в прошлом году мы пересеклись. Прям перед самыми каникулами.
– Рассмеялся парень.
– Я, правда, тогда вдвое больше был. Теперь вспомнил?
– Подожди, так ты тот парень, которого... Которого я бегать заставил? Так зачем ты мне помогал тогда?
– удивился Эл.
– Ну, а что я, по-твоему, должен был делать? Дальше смотреть или насмехаться, как твои дружки? Ну и чем тогда я буду лучше тех высокомерных засранцев, что пользуясь свой силой, загоняли бедного толстяка до потери сознания? Невелика помощь, показать и подсказать неумехе абсолютно обыденные вещи, - развел руками Торес.
– Ну, откуда бы тебе, родившемуся с золотой ложкой в пасти, знать как посуду мыть?
– Знаешь, я бы после такой шутки, точно помогать не пошёл бы, поэтому и удивляюсь.
– Честно ответил Эл.
– Ага. А ещё б запомнил на всю жизнь, а потом когда обидевший во время обучения следак пришёл бы за экспертизой, я б ему уж отомстил! Результаты экспертизы бы запорол или не дал бы!
– уже не скрываясь, смеялся парень, - и пусть преступники спокойно себе дальше свои дела делают, пока мы детские обидки порешаем. Мне ваша шутка только пользу принесла. Вон, даже и не узнаёшь. А насмешки... Сегодня вы, а завтра над вами, недотёпами.
– Ну да, узнать тебя и вправду тяжело, ты где-то половину себя потерял!
– сказал, потому что больше не знал, что сказать.
– Бегал что ли всё лето?
– Бегал. Не знаю как объяснить... Но пока в целительской лежал, так мне обидно за себя стало. Я ведь не дурак, не урод... Что ж я такой... Не такой. У меня ведь дома
– Погоди! Это что, тебя мама с бабушкой растили? А отец твой где?- спросил Эл.
– Погиб, при исполнении, мне года три тогда было. Поэтому и я рвался сюда, чтоб как отец быть, чтоб мои мной гордились.
– Тихо ответил парень.- Ладно. Дошли уже. Пока.
– Пока, Торес.
– попрощался Элайдер.
Он прошел уже несколько метров, когда резко развернувшись, побежал обратно.
– Торес, Торес, да подожди ты!
– Эл схватил парня за плечо.
– Я тут это, подумал... Может, давай вместе позанимаемся? Тебе все равно ж заниматься надо, да и только бегом себя не натаскаешь. Убегать если только.
– И ты со мной заниматься будешь? А как же твои друзья? Отработки закончатся, папа простит, а тебя все видели со мной, - спросил Торес, давая Ригосу последний шанс отказаться.
– Завтра на первом полигоне, давай сразу после первого гонга?
– лис не собирался отказываться.
– Договорились?
С того дня, каждое утро начиналось для лиса с тренировок с Торесом. И посыпавшиеся насмешки от бывших, уже однозначно бывших, друзей как-то даже и не трогали. Особенно, когда через несколько дней к этим занятиям присоединился ещё и Влад. А каждый вечер Торес приходил и помогал Элу, и даже увидевший это дело мастер Арчи только хмыкнул себе под нос.
Вот и получалось, что то, что начиналось как самое унизительное наказание, вдруг преподнесло неожиданные результаты. Ригос даже жалел, что истекают последние дни. Хотя... Можно же просто заходить на кухню, помочь чем, к примеру?
Да и споры в читательском зале вместе с Торесом и Владом нравились ему всё больше, правда ему приходилось сейчас наверстывать всё, что он благополучно пропустил за время своей учебы.
А вот споры с одной кареглазой, ехидной, самоуверенной и упёртой язвой, ему нравились гораздо меньше. Точнее, не нравились совсем. Правовые дисциплины, те, что у обоих курсов вёл Гарольд Ларнаки, превратились просто в сплошные пикировки. Надо отдать должное, что умничала не одна Сабрина, там и остальные отличались.
Эл с улыбкой вспомнил, как щуплый паренёк в странных очках, на какое-то замечание преподавателя ответил целой возмущённой тирадой с перечнем актов и постановлений.
– Какие поразительные знания! Представьтесь студент.
– Напомнил о правильном построении ответа преподаватель.
– Ирвин Квик, мастер!
– Квик?
– подозрительно прищурил глаза Гарольд.
– Да, Квик, мастер.
– Ну, тогда вопрос снимается, - ответил мастер Ларнаки под дружный хохот студентов.