Факультет «Переполох»
Шрифт:
Приглашенные мастера-преподаватели со злобно поджатыми губами вообще ответили, что они только по теоретической части, копаясь при этом в каких-то механических монстрах. И ведь все прекрасно понимали, чьи это проделки, а вот доказать никто не мог.
А ректор только разводил руками и говорил, что исправить ситуацию можно только, когда поступят новые средства от муниципалитета. К зиме ближе. Вот и сейчас, Малисента с ехидной улыбкой пропустила к нему целую делегацию возмущенных родителей.
– Вы обязаны немедленно положить этому конец!
– начал один.
– У меня нет на это
– парировал ректор Коган.
– Заставьте этих ваших... студентов-артефакторов!
– потребовал второй.
– Они студенты. Во-первых, всего второй недели обучения, и у них элементарно не хватит знаний, а во-вторых, это нарушает условия договора об обучении.
– Спокойно ответил ректор.
– Знаний на то, чтобы сломать, хватило?
– возмутился третий.
– Вы знаете что-то, чего не знаю я?
– удивился ректор.
– Да все знают, что эта катавасия с артефактами началась сразу после того, как ребята проучили этого ущербного... Как его?
– Ирвин Квик, уважаемые. Этого, как вы сказали, ущербного зовут Ирвин Квик.
– мило улыбаясь, подсказала всем и сразу секретарь ректора.
Сам ректор радостно оскалился, а вот посетители побледнели. Обе стороны поняли, что сейчас разговор пойдет совсем по-другому. Требовать и трясти кулаками, можно было перед Коганом. Перейти дорогу "язве Квик" развлечение то ещё.
Она очень любила ссылаться на свой возраст. Особенно, когда ей напоминали, что она уже пару-тройку раз насолила обидчику. Хотя всё зависело от самого обидчика, а то миссис Малисента могла ещё пообещать и приперчить при встрече.
– Надо точно выяснить, кто осмелился так грубо нарушить правила Академии, напав на студента! Обязательно! И примерно наказать!
– начал тот, кто требовал немедленного прекращения ситуации, так как был уверен, что его чадо в этом не учувствовало, так как сыночка, будучи упившись, вместе с друзьями отдыхали в отделении стражи.
– В конце концов, провести с ребятами разъяснительную работу там какую-нибудь. Наверняка ведь хотели просто подшутить...- влез тот, кто предлагал заставить "переполошцев" исправлять работу артефактов.
– Нет. Это была не шутка. Видите ли, многие студенты считают, что они настолько неотразимы, что любая девушка должна перед ними трепетать и быть готовой ко всему.
– Спокойно и улыбаясь, начала миссис Квик.
– А если девушка их неотразимости не видит, то стоит и объяснить ей, насколько она неправа. Особенно, если сама девушка прелестна и из обычной, нормальной семьи. И постоянно конвоировать прекрасную половину факультета у парней возможности нет. Поэтому, мой внук и его однокурсник, изменив несколько настроек, собрали, маленький и незаметный артефакт, который издает длительный резкий звук на определенной частоте.
– Зачем?
– удивились мужчины.
– В каком смысле, зачем?- не поняла миссис секретарь.
– Мы поняли, к чему вы ведёте и для чего был создан этот артефакт, но чем он мог помочь .... эм..девушке, попавшей в затруднительную ситуацию из-за излишнего внимания молодых людей?- выдал один из пришедших.
– А вы не поняли?- спросил уже ректор.
– Нет, не вижу связи.
– Прозвучало в ответ.
– Ну, собственно
– Эти дуболомы днём и ночью...
– Что? Охраняют мой покой?
– сложенные на груди руки Малисенты для знающих людей были дурным знаком.
– Так хорошее здоровье моего внука мне жить не мешало. И каким образом охранять закон и порядок могут те, кто нарушает его только потому, что папочка отмажет? Интересно, что вы будете делать, когда ваша жена прекратит субсидировать и вас, и вашего отпрыска?
– С чего бы вдруг?
– удивился тот самый, что-то знающий.
– Мне показалось, что ей не понравился мой совет приобрести те же духи, что и у вашей любовницы, которую вы содержите уже много лет на капиталы жены. Ведь, насколько мне известно, именно она владеет состоянием?
– по-прежнему улыбалась Малисента.
– И если она сомневается в запахе, то вполне может поинтересоваться у сына, что зная об увлечении папеньки, полностью его разделяет, только в другие дни. Ой, кстати, я утром так неосторожно выболтала адрес этой чудесной женщины...
– Вы...
– Я! И я не считаю необходимым, соблюдать правила приличия в свинарнике!
– резко сказала миссис Квик.
– А теперь вернёмся к баранам, то есть к вашему непониманию. Оборотни и вампиры имеют общее слабое место, известное абсолютно всем - тонкий слух! Вот по нему артефакт и бьёт. За несколько дней, в целительской оказалось порядка десятка таких настойчивых и неотразимых, и как только они вышли из под опеки лекарей, тут же отправились мстить тому, кого посчитали виновным в срыве развлечения.
– Но война между факультетами одной Академии недопустима и непродуктивна.
– Сказал облокотившийся на дверной косяк Тодеус Лозер, квестор столичного отделения стражи.
– В вашей приёмной нет секретаря, поэтому я так, без доклада.
– Я так понимаю, вы ко мне не чаю попить заскочили?
– встал, приветствуя квестора ректор.
Мужчина словно подобрался, мгновенно сбрасывая маску привыкшего юлить администратора. Сразу как-то вспомнилось, что у ректора была вполне себе бурная молодость.
– Без посторонних.
– Короткая фраза, почти приказ, и желающие предъявить ректору претензии исчезли с такой скоростью, что только занавески на окнах покачнулись.
– Я вас слушаю, квестор.
Глава 16.
Тодеус Лозер устало расположился в кресле, пододвинутом к столу ректора. Едва дождавшись, когда за посетителями закроется дверь, он прикрыл глаза, сразу выдавая этим, что ректор для него был не просто должностным лицом.
Вален Коган в свое время ни год и ни два прослужил под личным началом квестора. Правда, показал себя любителем поступать "по наитию", а не по инструкции, за что заслужил от начальства ласковое обращение "паршивец". А обращался к нему в то время квестор очень часто. Но при всем при этом, Вален был своим, надёжным, не раз проверенным двуликим.