Факелы ада
Шрифт:
– Эхрр… грыуу… – хрипел пленник, ухитряясь выдавливать звуки через сдавленное обездвиживающим заклинанием горло, и голубые глаза его пылали злобой и ненавистью.
В один момент маах’керу перекосило так, что он шарахнулся затылком об пол, и тут не выдержал альв.
– Они убьют его, – жалобно протянул он. – Слишком сильно, слишком глубоко…
– Поделом вору и мука, – равнодушно отозвался высокий Наблюдатель в плаще.
Но оборотень оказался живучим, он выдержал все и дотянул до самого конца. Иван отступил на шаг и резким движением сбросил с кистей шары белого огня. Те взлетели
– Ну что? – осведомился сутулый Часовщик.
– Ничего существенного, – с досадой ответил Иван. – Этот клуб появился шесть месяцев назад, в конце зимы, и тот, кто возглавляет его, – даже не маг, явно подставное лицо. Занимались они всякой ерундой, о том, что значки на самом деле амулеты, и не подозревали. Чтобы докопаться до истины, придется нанести визит в этот «Следопыт», прямиком в Дом культуры Автозавода. Но это позже, сейчас займемся источником.
– Давно пора, – вздохнул альв.
Маги из «Союза семи» одного за другим утащили незваных гостей, и в зал вернулось некое подобие порядка. Все расселись по местам, Иван вновь пригласил на сцену «бесцветного» из ордена Желтого Ока. Тот встал к трибуне и вытащил из-под плаща жезл-«сосульку».
– Интересно, что он скажет, – прошептал Олег, нагнувшись к Антону Григорьевичу.
– Ничего, – криво улыбнулся тот.
Наблюдатель принялся махать жезлом. Из кончика жезла потекла струйка белесого пламени. Прямо в воздухе появился рисунок, словно начерченный мелом на невидимой большой доске. Возникла схема источника, знакомая каждому магу, уделившему этой теме серьезное внимание: уходящий в энергетическое поле Земли «корень», торчащий вверх «стержень» и как бы намотанные на него внешние слои.
– Процесс разрушения происходил следующим образом, – начал «бесцветный» тоном преподавателя, читающего скучную даже для него лекцию. – Деструктивный импульс пришел одновременно со всех сторон, а не поднялся по «корню», как можно было предположить… Прошу внимание на диаграмму… вот сюда.
Олег видел, как недоумение проступает на лицах слушателей, но все сидели и терпеливо ждали, когда представитель ордена Желтого Ока скажет хоть что-нибудь дельное.
Но тот, в деталях описав произошедшее на «Радии», ни словом не обмолвился о том, по какой причине и чьей вине это случилось. Когда он сходил со сцены, всеобщее разочарование выразил Милинович, пробормотавший:
– Вот пугало рыбоглазое, только зря время потратил.
Но в следующий момент пришлось отдуваться уже ему.
– Не буду ходить вокруг да около, – заявил маг-маах’керу, – но я ничего не добился.
– А ты точно пытался? – скептически поинтересовался кто-то из Часовщиков, кто именно, не было видно из-за могучей спины элохим. – Это тебе не на луну выть и не лапку у дерева задирать.
Олегу почудилась тонкая, еле заметная фальшь, будто последнюю фразу произнес кто-то другой, искусно подделавшийся под голос и интонацию «желтого». Но слишком невероятным выглядело предположение, что кто-то в принципе способен на такой трюк, и Турнов решил, что ему показалось.
– Да я… тебя… сейчас… – прохрипел Милинович, у
– Тихо! – негромко, но внушительно произнес Иван. – Или зубы в ход пустить?
Милинович, вопреки ожиданиям, справился с собственным гневом и коротко рассказал о том, что сделал. И в очередной раз подтвердил давно установившуюся репутацию магов фиолетовой сферы как не особенно искусных, отдающих преимущество чутью перед интеллектом, но зато упорных субъектов – он пустил в ход все доступные заклинания, изучил запись во всех доступных ему режимах, но ничего не обнаружил.
Вслед за маах’керу на сцену вышел Парадэль. Он заговорил, и Олег неожиданно поймал себя на неприязни к огромному элохим, хотя лично с ним никогда не сталкивался, да и никаких трений с «белыми» у «Золотой розы» в последнее время не было.
Когда выяснилось, что и крылатые маги ничего не выяснили, не сдержался один из сатра.
– И чего вы стоите?! – воскликнул он, тряся бородой. – Ангелочки хреновы!
– Молчи, животное, – холодно ответил элохим.
Снова вмешался Иван и опять сумел предотвратить конфликт.
– Мы словно все с цепи сорвались, – сказал Олег Антону Григорьевичу. – Что-то тут не…
Договорить не успел, поскольку наступила очередь «Золотой розы». Антон Григорьевич вышел к трибуне и вызвал настоящий шквал гневных восклицаний заявлением, что ему «нечего сказать». Отвечать на них маг второго ряда не стал, хотя по его лицу видно было, что далось ему это непросто. Пожал плечами и вернулся на место.
На сцену вылезли сатра, за ними альв, потом Часовщики, вытащившие некий прибор, похожий на ноутбук, только с сеточкой вместо экрана. Все говорили разное, одни много, другие мало, но суть от этого не менялась – никому не удалось обнаружить следов разрушительного заклинания.
Разочарование копилось в зале ДК «Контакт», разочарование, обильно сдобренное раздражением. И время от времени оно прорывалось в обидных репликах, необъяснимой агрессии, яростных склоках, так что предводителю «Союза семи» то и дело приходилось выступать в роли миротворца.
Не самое привычное занятие для вампира.
Немного поинтереснее стало, когда слово взял Наблюдатель из Белых Вихрей. Имеющиеся в его распоряжении средства позволили заметить контур, след тонкого, эфемерного заклинания, что проявило себя там, где погиб источник. След, к сожалению, оказался слишком нечетким, чтобы его можно было изучить на месте, без предварительной фиксации.
– Это уже кое-что, – одобрительно проговорил Иван, когда «бесцветный» замолк. – С этим можно работать, хотя и не сразу. Немедленно отправлю пару своих на место, чтобы они занялись этим делом. А сейчас – перерыв на ланч, а то скоро мы от голода друг другу глотки перегрызем.
Олег глянул на наручные часы и с удивлением обнаружил, что время подходит к трем.
– Пойдем поедим, – сказал Антон Григорьевич, выбираясь из кресла.
Выйдя из зала в вестибюль, Олег не сразу понял, что произошло, – возникло ощущение, что выбрался из смрадного, душного помещения на свежий воздух. А затем осознал, что сгинуло одолевавшее его беспричинное раздражение, исчезло давление царившей вокруг фальши.