Фацеции
Шрифт:
О портном Висконти – для сравнения
Папа Мартин 17 поручил Антонио Лоски составить одно
письмо. Прочитав его, папа приказал дать его на просмотр
одному из моих друзей, к которому питал большое доверие. Тот
15 Антонио Лоски – миланский гуманист, долгое время бывший вместе с
Поджо папским секретарем, один из главных поставщиков рассказов для
«Фацеций». Он был вместе с Рацелло главою миланской партии в курии.
Обладал
значительных трудов, которые могли бы идти в сравнение с трудами Поджо, не
оставил.
16 То есть тому же Филиппо Мария.
17 Папа Мартин V (Оддо Колонна, 1417–1431) был первым папой после
великого раскола. При нем впервые стала налаживаться как хозяйственная, так и
культурная жизнь в Риме, причем интересы церкви откровенно приносились в
жертву интересам папского государства, жадности папы и его феодальной родни.
52
в это время находился за столом и, разгоряченный вином,
забраковал письмо целиком и сказал, что его нужно написать по-
другому. Тогда Антонио сказал Бартоломео деи Барди 18,
который был тут же: «Я исправлю письмо так же, как портной
Джана Галеаццо Висконти 19 исправил его шаровары. Завтра я
приду к этому пьянице раньше, чем он успеет наесться и
напиться, и письмо окажется великолепно». Бартоломео спросил
его, что это означает, и Лоски рассказал: «Джан Галеаццо
Висконти, отец прежнего герцога Миланского, был человек
высокого роста, крупного телосложения и очень толстый. Когда
он, как это часто бывало, набивал себе живот большим
количеством пищи и напитков и отправлялся спать, он
приказывал позвать своего портного, осыпал его
ругательствами, упрекал его в том, что он чересчур обузил
шаровары, и заставлял его выпустить их, чтобы они стали
удобны. «Будет сделано согласно вашему приказанию, – говорил
портной. – Завтра все будет великолепно». Он брал с собой
одежду, бросал ее на вешалку, не меняя в ней ничего. Ему
говорили: «Почему же ты не хочешь выпустить шаровары,
которые так жмут толстое брюхо герцога?» – «Завтра, – отвечал
он, – когда господин наш встанет, у него совершится
пищеварение и он обильно облегчит свой желудок, одежда
станет ему совсем просторна». Утром он приносил шаровары к
герцогу. Тот их надевал и говорил: «Ну вот теперь они сидят
очень хорошо и не жмут нигде». Антонио был уверен, что
совершенно так же понравится его письмо, когда испарятся
винные пары.
XVI
Жалоба, принесенная
поводу грабежа
18 Один из служащих в курии, папский депозитарий, член знатной и богатой
флорентийской семьи, большой друг Поджо, вместе с которым возглавлял в
курии флорентийскую партию.
19 Племянник Бернабо и отец Филиппе Мария, первый герцог Миланский,
настоящий завершитель здания миланской тирании, строитель Чертозы в Павии.
Это был крупнейший из северных государей Италии. Он сокрушил владычество
дома делла Скала в Вероне и Каррара в Падуе, захватив их территории. Его
владения простирались от границ Пьемонта (Верчелли) до Адриатического
моря. Правил от 1385 до 1402 г.
53
Некто принес жалобу Фачино Кане 20, который был
человеком чрезвычайно жестоким и в то же время одним из
лучших полководцев нашего времени, по поводу того, что один
из солдат Фачино отнял у него на улице плащ. Фачино,
посмотрев на него и увидев, что на нем надета очень хорошая
куртка, спросил, был ли он в момент грабежа в этой одежде. Тот
отвечал утвердительно. «Иди вон, – сказал Фачино, – тот, о ком
ты говоришь, никак не может быть моим солдатом. Ибо ни один
из моих не оставил бы на тебе такой хорошей куртки».
XVII
Обращение кардинала к папским
солдатам
Испанский кардинал командовал в Пичено войсками против
врагов папы. Однажды обе армии встретились, и папским
солдатам предстояло победить или быть разбитыми. Кардинал
многими словами воодушевлял солдат к битве, утверждая, что
павшие в сражении будут обедать с богом и его ангелами и что
все грехи будут им прощены. Этим он думал заставить солдат
смелее идти навстречу смерти. Кончив свои уговоры, он
выбрался из сражения. Тогда один из солдат спросил: «А почему
же ты не хочешь пообедать вместе с нами?» – «Потому что, –
отвечал кардинал, – час моего обеда не настал. Мне еще есть не
хочется».
XVIII
Ответ патриарху
Патриарх иерусалимский, который управлял всей
апостолической канцелярией, созвал однажды адвокатов, чтобы
обсудить какой-то вопрос, и некоторых из них осыпал – не
помню какими – резкими упреками. Один из них, Томмазо
Бирако, отвечал за всех в очень свободном тоне. Тогда патриарх
крикнул ему: «Дурная голова!»: Бирако, который был скор на