Фабрика мертвецов
Шрифт:
– Яка ще девчонка? – тихо, и так страшно, что даже Митю проняло, процедил Бабайко.
– А… Э… - здоровенный мужик замер навытяжку, только косился испуганно на стискивающую его горло широкую лапу лавочника. – Девчонка… А була! – вдруг заорал он так восторженно, что Алексей аж шарахнулся в сторону, и даже Остап Степанович судорожно дернулся. – Як то я забув, була дивчина! Вдвох на паро-телеге тикали! Ось з ним! – он ткнул пальцем в Митю, явственно надеясь, что ответ теперь придется держать тому.
Лицо Остап Степановича
– И где ж она?
– Хто? – опять растерялся сторож.
– Девчонка! – неожиданно терпеливо повторил лавочник.
– Девчонка? Яка… А, девчонка! Так споймали ее, хозяине! – снова возрадовался сторож.
– И где она? – снова повторил лавочник, а сторож вдруг впал в тяжелое раздумье:
– Так той… пиймалы и… пиймалы… - лоб его пошел складками, как поверхность воды под ветром. – И до паро-телеги вкинулы, ось до нього… - он снова ткнул пальцем в Митю.
– Она навить тикать не пыталася… Девчонка-от… А потим… потим… - из-под кудлатой шевелюры сторожа выкатилась капля пота, поползла по лбу, по переносице и повисла на носу. – А потим – все! – с отчаяние выкрикнул он. – Не було ниякои девчонки! Не було!
– Тихо! – шикнул на него лавочник и стремительно повернулся к Мите. – Где девчонка, паныч?
– Какая… девчонка? – Митя старательно нахмурился. Он понятия не имел, что здесь только что было, но раз этим вот, которые их с отцом убить собираются, нужна Даринка – они ее не получат.
– С тобою, панычу, девчонка была… - всматриваясь в Митю так пристально, точно рассчитывал высмотреть движение мысли за нахмуренным лбом, повторил Остап Степанович.
Митя растерянно поглядел в ответ… а потом перевел взгляд на Ингвара:
– Напрасно вы так, сударь… Не очень-то он на девчонку и похож.
Мгновение царила тишина… а потом Ингвар вспыхнул гневным румянцем, а Алексей раскашлялся, маскируя сдавленным кашлем вовсе не зловещий хохот.
– Она тут! – вовсе не веселясь, глухо выдохнул Бабайко… и кинулся к выходу. – Тут, в доме! Шукайте ее! Пошлите когось до його батька… - он небрежно, кажется, потеряв всякий интерес, сунул сверток с Митиным шейным платком сторожу, и выбежал за дверь. – Та шукайте!
Алексей развернулся на каблуке, эффектно взметнув полы автоматонного плаща – и вышел следом.
Глава 39. Путы долой!
– Я вовсе не похож на девчонку! –прошипел разъяренный Ингвар.
– Тихо вы! – успел шикнуть на него Митя.
– Та я сам схожу – хочу в рожу пану полицмейстеру подывыться. – донесся из распахнутой двери голос сторожа.
– Бовдур! – яростно выдохнул Бабайко. – А кто девку шукать будет? Мертвяки? Ее треба найти! Якщо житы хочете!
– Что за девчонка и что в ней такого? – раздался требовательный голос
«Вот и я б хотел знать.» - подумал Митя.
– Вы опять врали! – ненавидяще процедил Ингвар. – С вами была девочка, вы с ней убежали, когда… когда отдали меня мертвецам!
– Та самая девочка, которую вы только что выдали хозяевам мертвецов? – задумчиво поинтересовался Митя.
– Не равняйте меня с собой! – взвился Ингвар. – Я всего лишь хотел их напугать! – в голосе его промелькнуло сомнение. – Она ж… она же убежала, верно?
– Когда меня тащили сюда, была рядом. – холодно сообщил Митя. – Наверное, прячется в доме.
– Зачем бы ей это понадобилось? – воинственно вопросил Ингвар.
– Увы, но меня о своих планах она не уведомила! – Митя откатился в сторону, оперся плечом на бревенчатую стену, с трудом поднялся… и поковылял к связанному Ингвару.
Тот с явным недоумением глядел как Митя приближается к нему. Едва снова не свалившись на Ингвара из-за связанных за спиной рук, Митя плюхнулся рядом.
– Э… чему обязан? – пробормотал Ингвар, на всякий случай пытаясь отползти подальше.
– Нет-нет! – Митя торопливо вытянулся рядом, подсовывая связанные запястья Ингвару под самый нос.
– Уберите от меня эту грязную тряпку! – возмущенно пропыхтел тот.
– А как же вы будете ее грызть? – невозмутимо поинтересовался Митя.
– Вот еще недоставало! Не буду я это грызть!
– Полагаете, будут кормить… перед смертью? – не удержался от реплики Митя. За спиной раздалось гневно-непримиримое сопение, и Митя тяжко вздохнул: ну ясно, без уговоров никак не обойтись. Что ж, второе после элегантного жилета оружие светского человека – умение говорить… и договариваться. – Ну что мы с вами всё собачимся, Ингвар?
– Я, сударь, не собачусь, ибо не собака. Никак не собака! – злорадно бросил тот.
«Ты просто наглый немецкий колбасник – немногим лучше тех свиней, из которых эту колбасу делают!»
Митя порадовался, что лежит к Ингвару спиной – хоть за выражением лица следить не надо! Голос его звучал по-прежнему увещевающе-мягко:
– Возможно, мы оба совершили ошибки…
– А, так вы по ошибке бросили меня в котловане и удрали на моей паро-телеге? Просто захотелось прокатиться перед сном? Даже не попытались помочь!
– Попытался… Теперь жалею – хоть бы не зря все это сейчас выслушивал! – потеряв всякое терпение, рявкнул Митя. Со вторым оружием светского человек пока выходило плохо – хотелось просто дать Ингвару чем-нибудь тяжелым по голове! – Нас убьют: и меня, и вас! И моего отца – уж не думаете ли вы, что мой шейный платок забрали постирать? Бабайко заманит отца в ловушку… а если вы не совсем уж безразличны своему старшему брату… - не удержался он от шпильки.
– …то и Свенельда Карловича вместе с ним.