Фабрика №22
Шрифт:
– Я туповат с рождения, – ответил я.
– Жаль, – многозначительно сказал Холл, отведя глаза в сторону и затянувшись сигарой.
Я поставил стакан ему под ноги и сказал:
– Мальчику передайте. Он пить хочет.
– Здесь нет никаких мальчиков. Вам бы отдохнуть, мистер Ривз. Вы выглядите уставшим. Всякое может причудиться.
– А вам почему не спиться, мистер Холл?
– Да вот, захотелось почитать сводку новостей перед службой.
– Это вчерашняя газета, – заметил я. – Через пару часов привезут
– Как привезут, так и свежую прочту. При моей работе сложно всё успевать. А чем занимаетесь вы, помимо бокса?
– Бездельничаю в основном. С собакой гуляю и дерусь по выходным.
– Мистер Митч вас больше не беспокоил? – поинтересовался он, не обращая внимания на мою колкость.
– Он не выходит из дома, когда я копаюсь во дворе. Видимо на что-то обижен.
– Ничего, это у него пройдет.
– Надеюсь.
– А ваша супруга Сальма чем занимается, если не секрет? Быть может, тоже боксирует?
– Нет, она хочет открыть продуктовый магазин где-нибудь поблизости.
– С этим есть проблемы?
– В основном всё, что продается в округе, выходит за рамки нашего бюджета. Поэтому мы всё ещё поисках.
– Что ж, удачи вам, мистер Ривз. Передавайте привет вашей жене. Рад был с вами поболтать, – попрощался он, затушив сигару об воду в моем стакане.
– Непременно передам, – ответил я, провожая взглядом его действия.
Джордж развернулся и медленно пошёл к двери своего дома. Стакан с потушенной сигарой остался стоять на тротуаре. Я не спешил уходить.
– А знаете мистер Ривз, – сказал Холл, обернувшись у двери.
Я поднял брови, не сводя с него глаз.
– Вы ведь вовсе не туповат. И хорошо, что мы оба это понимаем. Отдыхайте. Здесь хороший воздух. Он расслабляет, прогоняет всё лишнее и надуманное. Вам это будет полезно.
– Чучо хочет пить, мистер Холл, – холодно ответил я и, подняв стакан с водой, тут же выплеснул его на зеленую траву, по которой покатился мокрый окурок. Поймав на себе презрительный взгляд Холла, я любезно кивнул и пошёл домой.
Мы прощупали друг друга. Я дал понять Холлу, что его темные делишки мне не нравятся, а он намекнул в ответ, что совать свой нос в чужие дела не следует.
Войдя в дом, я оттряхнул ботинки и отцепил поводок с ошейника Пончика. Собака тут же улеглась на мягкую подстилку, нервно спрятав морду между лап. Я потянулся к вешалке и повесил куртку на крючок, с которого слетел поводок и шлёпнулся к шершавому носу моего лабрадора. Пончик вздрогнул и зарычал.
Я погладил его и успокоил:
– Лежи, лежи, отдыхай, – произнес я и он тут же пустил слюну, вытянув задние лапы в сладкой истоме.
Пройдя в кухню, я открыл все жалюзи, чтобы лучше видеть дом Холла, и принялся готовить завтрак, как порядочный муж. Приготовив овсяную кашу с фруктами, я пожарил яичницу, сварил кофе, отыскал поднос и с дрожащими руками попер это всё в спальню, где всё
Поставив поднос у прикроватной тумбочки, я сел на край кровати и погладил её коленку, что игриво высунулась из-под одеяла.
Сальма улыбнулась, но глаза не открыла.
– Чем пахнет? – спросила она, поморщив носик.
– Хорошим мужем, – ответил я.
– Хороший муж в это время спит.
– Нет, он едет покупать полочку в ванную.
– А что случилось? Твой крем для бритья вновь заблудился в долине шампуней?
– И дезодорант тоже.
– Вот беда-то.
– Сегодня я закрываю нелегальный склад парфюмерии на раковине.
– Увижу обсыпанную побелку на французском креме, заставлю вылизать.
– Крем-то? Так он не вкусный, странно что на нём манго нарисовано.
Сальма вспыхнула и схватила подушку, широко замахнувшись. Я хихикнул и скрылся за дверью. Прилетевшая подушка стукнулась об дверь и шлёпнулась вниз, частично закрыв собою свет.
– Мазила! – крикнул я.
Вместо ответа в дверь прилетела вторая подушка. Дверь пошатнулась.
– Съешь кашу, пока не остыла! – решил я охладить пыл своей возлюбленной и после небольшой паузы, услышал, как вилка стукнулась об дно фарфоровой тарелки.
В коридоре Пончик смотрел десятый собачий сон и дергал лапой. Я прошёл на кухню и подошёл к окну. Вдруг я увидел Холла. Он спустился с террасы и сел в свой автомобиль. Я быстро схватил ключи, накинул куртку и прыгнул в свой болид, припаркованный на дороге.
Джордж медленно тронулся и проехав мимо меня, умчал к выезду. Я начал осторожное преследование. Мы миновали пару кварталов, пересекли центр, ряд светофоров и выехали на раздолбанную дорогу, что вела к окраине города и заканчивалась двадцать втором районом моей суровой юности. Машин на старой дороге практически не было. Я набрал дистанцию побольше, чтобы не быть замеченным.
Дорога становилось всё хуже, а дома всё меньше. Я объезжал по старой памяти все кочки и ямы, что давно уже стали частью ландшафта и думал о том, что мог забыть такой человек как Холл в нашем захолустье. Увидев, что Джордж свернул в тупик, я припарковался у единственной районной автозаправки под видеокамерой наблюдения и дальше пошёл пешком.
Свернув на тупиковую улицу, я остановился. Дальше идти было опасно. Эта улица заканчивалась серым, неприметным зданием в два этажа, из которого планировали соорудить многоуровневую подземную парковку для будущего торгового центра, который, впрочем, мы так и не увидели. Проект оказался недееспособным, а территория оккупирована и закрыта странными людьми.
Первым делом они разместили камеры видеонаблюдения по периметру и обнесли здание двухуровневой колючей проволокой. Далее выставили вооруженную охрану и посты наблюдения. Потом появились предупреждающие знаки о частной и закрытой территории.