Европейское турне
Шрифт:
Под Нюрнбергом Кельтика простояла менее недели, успев соорудить укреплённый лагерь. К этому времени к лагерю осаждающих подошёл баварский главнокомандующий Луитпольд, дядя нынешнего короля.
Баварские войска, изрядно потрёпанные, нуждаются в отдыхе, пополнении и подвозе припасов. Осада Нюрнберга стала для них хорошим поводом для передышки.
Если верить перебежчикам из числа горожан, и нечастым дезертирам из прусской армии, настроения в гарнизоне царят подавленные. Солдаты готовы сидеть в осаде, ожидая, пока придёт помощь, но воевать всерьёз
На самом ли деле пруссаки ждут англичан или таким образом офицеры гарнизона поднимают боевой дух рядовых бойцов, сказать сложно — главное, прорывать осаду желающих нет. Своя логика в этом есть — отсидеться, сберечь солдат, пока какая-нибудь иностранная держава заступиться… или ситуация изменится каким-то иным образом.
Шанс на это не самый маленький — сильная Пруссия, крепко привязанная долгами, жизненно важна Британии. В таких случаях бритты не жалеют никаких средств на выправление положения. Так было не раз и не исключено, что ситуация повторится.
Дождавшись смены, русско-австрийские войска под предводительством Бакланова, покинули Нюрнберг. Своеобразно вышло: по всем канонам, в союзной армии главнокомандующим должен стать герцог Тешинский, как старший по чину и происхождению.
В крайнем случае, Бакланов получил бы широкую автономию, право оспаривать решения и накладывать вето. Если учесть, что главнокомандующим русской армией в Европе назначен Черняев, а Бакланов всего лишь заместитель, австрийцы получили серьёзный удар по самолюбию. Александру Второму было то ли плевать на политику, то ли он руководствовался какими-то своими соображениями.
Бакланов получил титул графа и почетнейшую приставку к фамилии, став графом Баклановым-Динкельсбюле и кавалером ордена Святого Владимира первой степени. Фокадан, участвовавший в Баклановском прорыве, получил георгиевское оружие. Есть за что!
Заранее подготовленная передвижная баррикада выручает не в первый раз. Ситуация, ставшая привычной за несколько дней — разобранные рельсы и засада. По правилам военного искусства следует подтянуть силы и выбить неприятеля, после чего приступить к починке. Но время!
Составы с русскими частями позади и пока солдаты выйдут, построятся в боевой порядок и прибудут к месту, пройдёт никак не меньше часа. Оно бы и ничего, но разобрать рельсы совсем нетрудно, и если следовать военному канону, пешком получается быстрей!
Выход неуставный, но действенный — впереди неспешно движущихся составов рысит кавалерия, части которой сменяют друг друга, по мере усталости лошадей снова загружаясь в вагоны. При обнаружении засады кавалерия рассыпается по окрестностям, ведя разведку боем. Если силы противника невелики, идёт на прорыв. Если пруссаков с союзниками многовато или засада подготовлена как следует, из передних вагонов выскакивают солдаты, которых можно назвать штурмовой пехотой.
Как бы ни обернулось дело, инженерным частям всегда находится работа.
— Не частить! — Голос Фокадана перекрывает выстрелы, — черепаха, парни,
Позаимствованное у древних римлян понятие сильно искажено — в девятнадцатом веке нет нужды опасаться падающих сверху стрел и дротиков, так что и черепаха получается своеобразной, с бронированием исключительно по бокам.
Секции переносных узкоколеек с прикреплёнными чешуйками из металла и мягкого барахла, дают неплохую гарантию от просветов. Пули иногда пробивают импровизированную защиту, но пробивная способность их после этого теряется.
Да и защитники из штурмовой пехоты со спешившимися казаками не спят, оберегая кельтов. Ветераны Кавказа просачиваются через вражеские укрепления малыми группами, с удивительным мастерством координируя свои действия с соседями. Далее боевые действия ведутся на грани рукопашной и стрельбы практически в упор — метода, прекрасно знакомая русским ещё с Кавказа. Пруссаки, несмотря на отсутствие специфического опыта, показывают себя отменными вояками, сражаясь умело и ожесточённо.
У Кельтики своё сражение — с чёртовыми рельсами! Поставить щиты, под их прикрытием следующая волна сооружает уже более серьёзную защиту, и вот уже кельты кладут рельсы под пулями. Благо, хотя бы артиллерии в засадах почти нет.
Инженерные части других стран, увы и ах, только на подхвате. Фокадан и рад бы уступить другим честь работать под пулями, но только в войне Севера и Юга было какое-то подобие рельсовой войны. Только у ирландцев есть отработанные приёмы, какое-то подобие тактики.
Русские, баварские и австрийские инженеры быстро её уловили — благо, ничего по-настоящему сложного нет. Осталось самое простое — отработать с солдатами. Но не под пулями же эксперименты ставить! Тем более в ситуации, когда командующий требует скорости.
Безумная работа под обстрелом запомнится попаданцу навсегда.
Тряхнув головой, Фокадану отогнал воспоминание. Ещё немного монеток в копилку кошмаров…
[1] Глубокие зигзагообразные траншеи с насыпями, которые подводили к крепости или форту, пытаясь подвести солдат на безопасное для атаки расстояние.
[2] Черняев.
[3] Часть инженерно-геодезических изысканий, комплексный подход которых помогает составить полный и точный план ландшафтной местности, без которого нельзя начинать строительство на территории.
Глава 35
Пруссаков из-под Мюнхена вымели без участия Фокадана, о чём тот первое время жалел. Рядовая в общем-то операция происходила по сути на глазах у Людвига и членов городского магистрата, наблюдавших за ходом битвы с безопасного расстояния.
Власть имущие, впечатлённые по самое не могу, на радостях расщедрились, и помимо орденов и медалей, победителям даровали внушительный набор льгот на ведение бизнеса. Понятно, что рядовым солдатам обломилось куда как меньше щедрот, но офицерам перепало немало вкусностей.