Европейское турне
Шрифт:
После мероприятия попаданец проснулся с отчётливой головной болью, последствия не столько даже пьянки, сколько бухающих гаубиц. Морщась, сел на сколоченные из досок широкие нары и стал массировать виски, потом кисти рук. Метод сомнительный, но за неимением других… да и помогает иногда.
Через полчасика отлегло и Алекс только сейчас удосужился глянуть на часы. Раненько, даже по летнему времени ещё тёмно. Поспать? Да ну… раз уж встал.
Разложив бумаги, полковник начал анализировать происходящее. Разбуженные вестовыми, в блиндаж притащился Даффи и Каллен, повышенный недавно до капитана, да командиры
Однорукий компаньон Фокадана по издательскому бизнесу сделал себе имя, но вусмерть задолбал командование Союзных войск. Выдержанный дипломат Черняев при виде Гриффина непроизвольно морщится и кладёт руку на револьвер.
Старый друг несколько увлёкся и не понимает слова Нет. Прямо-таки воплощение американского журналиста из начала-середины двадцатого века, напористого и нагловатого. Для нынешних джентельменских времён его поведение резковато. А всего-то рассуждения попаданца о профессии репортёра пару лет назад.
— Давай, — махнул ему полковник, — присоединяйся. Военных тайн у нас всё равно нет, решил вот провести штабные игры перед событиями. Лишним не будешь.
Патрик по-свойски скользнул на скамью, смахнув с неё мимоходом осыпавшуюся с потолка землю и со смешком забрав у Алекса надкусанную галету. Покосившись на ребячества друга, попаданец промолчал, усмехнувшись.
— По всему видно, что скоро будет штурм или как минимум — разведка боем, — намазывая маслом новую галету, начал рассуждать Фокадан, — Вариант со сдачей города остаётся запасным — прусский король, покинувший Берлин при приближении вражеских армий, строго-настрого запретил капитулировать.
— Нарушить запрет, когда по слухам, за такое обещают лишить дворянства и состояния? Не каждый сможет, — пробурчал отчаянно зевающий Даффи, приняв у Роба здоровенную чашку жутко крепкого и ещё более сладкого кофе, и уже раскуренную сигару, — Вероятно, настолько жёсткие санкции к нарушителям приказа всё-таки слухи, но на чём-то они должны базироваться.
— Понять Вильгельма не сложно, ему любой ценой нужно выиграть время, дожидаясь помощи англичан, заволновавшихся турок или кого-нибудь ещё, — задумчиво сказал Патрик, пыхая папиросой, — только вот что и как… никакой информации нет, даже отголосков. А это, знаете ли, показатель. Думается мне, что в верхах опять какая-то политическая интрига наметилась. То ли апоплексический удар табакеркой[5] по голове русскому императору, то ли очередное предательство Австрией бывших союзников.
— Его противники настроены крайне решительно, вплоть до отделения от Пруссии насильно присоединённых государств, — подал голос Фокадан, взяв у Роба чай, — то есть с обоих сторон могут пойти на любые меры, даже самые подлые. Вильгельм объявил нынешнюю войну Отечественной, поднимая под ружьё всех бюргеров.
— Проблемы от бюргеров я бы не стал переоценивать, — веско сказал Каллен, — будь у них время, могли бы устроить партизанскую войну, ну или будь у нашего командования поменьше воли. Когда за подстрекательство вешают и расстреливают без оглядки на пол и возраст, не все решатся на патриотичные действия.
— Мда… методы порой сомнительные, особенно австрийцы стараются. Вот уж скоты… Наше командование тоже пустило в ход карту
— Можно уверенно сказать, что возня не только в немецких государствах началась, — сказал Даффи, выпустив клуб густого дыма в сторону двери, — но и у больших игроков. Ставлю на то, что первым уберут русского императора.
— В этом никто и не сомневается, — фыркнул майор Аллен, — весь вопрос — когда уберут и кого поставят. Помимо стаи Великих Князей, можно ставить на олигархическую республику.
— Ставлю на смену власти несколько раз, — скривившись, сказал Фокадан, — сперва царя поменяют, потом аристократическая республика, затем олигархия. Это самое вероятное течение событий.
— Не… — не согласился Каллен, — царя сменят и опять под Англию лягут… с новым царём.
Немного поспорив, записали ставки, деньги потом скинут на один из счетов ИРА, заведённых специально для таких случаев. Ирландцы азартны, пришлось завести.
— Размяли мозги? — Несколько минут спустя поинтересовался Фокадан, — вот и славно, а теперь к делу. В ближайшие дни, если не часы, предстоит штурм города. Предлагаю обсудить все варианты, особенно остановившись на том, как нашему полку не оказаться на острие атаки. Пошуровать в городе после штурма парни не откажутся, но вот сам штурм… к чертям.
— В точку, — согласился Патрик, — славу в Европе Кельтика получила, а большего нам и не надо. Слава первого полка, ворвавшегося в город, это кончено хорошо, но обычно от такого полка остаётся не больше батальона. По Атланте помню.
Начал гомон, который полковник прервал, стукнув по столу.
— Сперва обсудим наиболее вероятные варианты штурма, — жёстко сказал он, — а уже потом — участие нашего полка в них. Итак…
[1] Пушки «миномётного» типа, стреляющие навесом.
[2] «Квартал Николая», исторический квартал Берлина.
[3] Первые успешные эксперименты с бездымным порохом проводились ещё в 50-е года 19-го века. Основанный на нитроцеллюлозе пироксилин быстро нашёл себе нишу в артиллерии, но для ружей годился мало. Значительно более мощное и нестабильное взрывчатое вещество требовало особых условий хранения и на порядок быстрее выводило из строя ружья. Тем не менее, отдельные энтузиасты бездымного пороха достаточно успешно его использовали.
[4] В армейскую пайку большинства европейских армий входил в то время алкоголь.
[5] Убийство русского императора Павла совершили при помощи табакерки, объявив о смерти от апоплексического удара (инсульта). Но шила в мешке утаить не удалось, и словосочетание апоплексический удар табакеркой по голове стало летучим, используясь в случаях сомнительных смертей и намёков на них.
Глава 37
Берлин взломали неделю спустя после начала осады, бои ныне проходят непосредственно в городе. Союзная армия под началом Черняева превосходит защитников столицы как качественно, так и количественно — если не считать ополченцев.