Эверли
Шрифт:
— Нет ничего плохого в долговременном, милая. – Его слова пронзили меня изнутри. Несмотря на то, что я очень стараюсь избегать отношений, длительная любовь — это то, о чем я всегда мечтала.
Мы полюбовались видом еще несколько минут, а потом к нам присоединились другие отдыхающие. Черт. Это те двое, которые поймали нас в мужской душевой. Они крепко держались за руки, и один из них, кудрявый, улыбнулся нам.
— Привет, ребята, — поздоровался Мэйсон. – Не будете против сфотографировать нас?
— Конечно, — ответил второй мужчина, беря телефон Мэйсона. Сфотографировав
— Они очаровательны, — отметила я, когда мы продолжили путь.
Мэйсон засмеялся: «Это ты очаровательная».
Я взглянула на него украдкой. «Так значит твой брат Алекс гей?»
— Заметила, ведь? – Он улыбнулся мне.
— Вы хорошо ладите?
— С Алексом? Конечно. Это Паркеру нужен строгий контроль. Видела, как он флиртовал с тобой.
— Уверена он просто дразнил.
— Только потому что ты со мной. Иначе, он был бы уже на тебе.
— Ты не знаешь этого! – Я игриво толкнула его.
— Он мой брат, и я люблю его, но он самая большая шлюха в Инди.
— Ян возможно посоревнуется с ним. – Засмеялась я.
Мы оба приятно устали и вымотались, когда вернулись в лагерь. Мэйсон приготовил вкуснейшее чили в котелке на костре. «О боже, это потрясающе». – простонала я, съев последний кусочек.
Прежде чем Мэйсон успел ответить, прогремел гром, и небеса разверзлись. Смеясь, я побросала наши рюкзаки в палатку, и мы занырнули следом. Мэйсон озорно улыбнулся, снимая с меня одежду. Черт. Я получила возможность заняться с ним любовью в палатке во время грозы. Жизнь прекрасна. Буря хлестала по палатке часами, но Мэйсон держался без проблем.
Глава седьмая
Когда я вернулась домой, то все еще витала в облаках. Я просто хотела погрузиться в горячую ванну и предаться воспоминаниям о своей идеальной поездке с Мэйсоном. Но сначала мне нужно было позвонить Яну. «Привет подруга, я уже начал беспокоиться о тебе. Уже подумывал, может он привязал тебя к дереву где-нибудь. Ну как все прошло?»
Я не смогла сдержать улыбку, когда вспомнила его тело, нависшее надо мной при лунном свете. «Было весело». – Я взяла свою почту и включила громкую связь, чтобы иметь возможность открыть толстый светлый желто-коричневый конверт.
— Просто весело?
— Мы гуляли, плавали, путешествовали на каноэ. Много разговаривали.
— Звучит как хороший знак.
— О, бл*ть! Нет! Твою мать! – Закричала я, когда пачка фотографий выпала из конверта.
— Эв? Что случилось? – Спросил Ян, но я его почти не слышала.
На первом фото Мэйсон сидит в обнимку с худой блондинкой. Ее голова склонена, и они крепко держатся за руки. На другом он обнимает маленькую рыжеволосую женщину, его рука покоится на ее спине. Я не хочу видеть остальные. «Мне надо идти. Поговорим позже», — сказала я Яну и отключилась прежде, чем он успел ответить. Когда он стал перезванивать, я выключила телефон. Мне нужно подумать.
Может фотографии были сделаны до нас. Я заставила себя еще раз просмотреть фотографии, уделяя больше внимания заднему фону, надеясь найти хоть какую-то
Единственное что я заметила, все они сделаны на улице. Конечно, Мэйсон же тот тип парней, которые предпочитают открытый воздух. У меня потекли слезы, когда я представила его, растянувшимся у костра, его улыбку, когда он жестом пригласил меня присоединиться к нему.
Ян вломился через входную дверь как раз в тот момент, когда я заметила кое-что, что полностью лишило меня надежды. На кадре с белокурой стояли время и дата. 23 мая, 15:17. Следующий день после того, как он предположительно вернулся в город. Он должно быть встретил ее, когда пошел за пиццей и фильмами, пока я спала. Сразу после того, как поклялся, что он ни с кем кроме меня не встречается, и назвал меня своей девушкой. Он соврал. Есть еще кто-то. Боже, сколько их еще?
— Эверли, — мягко сказал Ян, обнимая меня, пока я старалась не заплакать. Его беспокойство стало последней каплей, и я зарыдала у него на плече. Знаю, возможно я сильно его напугала. Не думаю, что он когда-либо видел меня плачущей, только в детстве. – Шшш, чтобы это ни было, мы все выясним.
Я отошла от него и швырнула ему фотографии. Он изучил их и спросил: «Где ты их взяла?»
— По почте пришли. Возможно какая-то сука, которую он трахает, хочет, чтобы он был только ее.
Он подобрал конверт и вытащил белый лист бумаги, на котором сверху была напечатана только одна фраза жирным шрифтом. Ты счастлива быть одной из его шлюх?
— Эв, нужно позвонить в полицию. Это возможно тот же человек, который разбил твою машину.
— Мне плевать. Она может забирать его.
— Ты расстроена, и не можешь мыслить здраво. Я звоню в полицию. Какая-то чокнутая сучка возможно преследует тебя. Она определенно преследует и его.
— И трахает его, — прошипела я, мой гнев превысил шок и душевную боль.
Ян крепко меня обнял. «Ты этого не знаешь».
— Я знаю, что он врал. Он сказал, что не встречался ни с кем другим, что он думал только обо мне. И моя глупая задница поверила ему.
— Прекрати это дерьмо. – Ян держал меня на расстоянии вытянутой руки, пристально всматриваясь в меня своими темными глазами. – Ты наконец-то переступила через себя. Может в этот раз все закончилось нехорошо, но я горжусь тобой за попытку.
Мой телефон сообщил об смс от Мэйсона.
— Уже скучаю по тебе, красавица. –
Гребаный сукин сын! Удивительно как мой экран не треснул, пока я печатала ему ответ.
— Удали меня из списка тех сучек, которым ты посылаешь такие сообщения. –
Я быстро сфотографировала каждую фотку, приложила их к сообщению и отправила. Через несколько минут мой телефон зазвонил. После второго звонка я отправила его на голосовую почту, Ян схватил телефон и ответил на звонок: «Она не хочет с тобой разговаривать». Ян отошел к кухонному столу, потирая висок, пока говорил Мэйсон. Часть меня хотела услышать его версию, даже если это ничего не изменит.