Ева
Шрифт:
Переступив порог комнаты и прикрыв за собой дверь, отрезав свет и бальный шум, Вейдер оказался в полумраке, наедине с той самой фигурой, скрывающей свое лицо под капюшоном, и небрежно произнес:
— Адмирал Акбар, зачем было прибегать к таким мерам предосторожности? Почему нельзя было просто явиться и поговорить?
Акбар, сидящий за отполированным круглым столом, откинул с лица капюшон. Кажется, он ждал долго. Рядом с ним стояли поднос с угощением, бокал с вином, но он не притрагивался к ним.
В его огромных золотистых глазах отражался приглушенный свет.
— Позволите,
Акбар помолчал; свет плавал в его глазах бликами, как в бокале с вином.
— Я долго наблюдал за вами, — произнес он, наконец. — Ваш сегодняшний выход произвел на меня впечатление.
— Вы не ожидали, что внутри моего костюма все это время сидел человек? — насмешливо произнес Вейдер. Акбар смолчал.
— Наверное, вам известно о том, что по поводу вашей дальнейшей судьбы велись долгие переговоры, — продолжил Акбар. Вейдер кивнул:
— Как и то, что вы голосовали за то, чтобы убить меня, — жестоко ответил он.
— Да, — согласился Акбар. — Поэтому я лично прилетел убедиться, все ли, сказанное о вас в отчете — правда.
— И? — протянул Вейдер, насмешливо глядя своими желтыми страшными глазами на Акбара.
— Теперь я присоединяюсь к тем, кто настаивал на переговорах с вами.
— На переговорах? — усмехнулся Вейдер. — И о чем же Альянс хочет договориться с ситхом?
— Борск считает, что вы, как и любой другой, можете стать нашим союзником, — ответил Акбар. — Путь в Империю вам теперь закрыт. Почему бы вам не принять наше предложение?
— Сегодня просто день предложений, — произнес Вейдер. — Это зависит от того, что вы собираетесь мне предложить.
— Мы собираемся вам предложить то, что у вас лучше всего получается, — ответил Акбар. — Воевать на стороне Альянса. И, разумеется, это должно быть честное соглашение, соглашение людей чести.
— Вы хотите получить от меня клятву верности?
— Если вы согласитесь на наше предложение — да.
Вейдер на миг задумался.
— У меня еще есть время подумать? — спросил он. — Я ожидал нечто подобное, но, признаться, не принял решения.
— Разумеется, время у вас есть, — ответил Акбар. — Но ваша судьба в большой степени зависит от того, что вы ответите.
Вейдер расхохотался.
— Вы угрожаете мне?! — весело воскликнул он, сверкая злыми глазами. — Не утруждайтесь. Сейчас я полон сил как никогда. Я мог бы разрушить это здание, я мог бы разорвать вас в клочья, едва шевельнув пальцем. Так что моя судьба зависит не только от вашего желания и решения. Моя судьба всегда зависела только от меня самого.
Акбар помолчал, все так же пристально глядя на Вейдера.
— В любом случае, предложение вам я озвучил, — сказал он, наконец. — И решать вам. Подумайте о том, что вы могли бы сражаться бок о бок со своим сыном, как вам того хотелось.
Вейдер усмехнулся и поднялся из кресла. Разговор был окончен.
**************************************
За столом у Вайенса места Вейдера
Сам Вайенс сидел во главе стола, а Ева и Вейдер — по правую и по левую руку соответственно, друг напротив друга.
Раньше эта идея казалась Вайенсу хорошей, но не теперь.
Острозубая ревность грызла его, и нашептывала в уши самые гадкие и грязные вещи, и каждый взгляд Евы, каждый жест ситха раскаленным гвоздем пронзали его душу.
О Визите Акбара Ева, разумеется, была в курсе. Вейдер ей рассказал, не мог не рассказать. Вайенсу он не сказал ни слова, и даже не поблагодарил за любезно организованное свидание с Акбаром.
И теперь, глядя на ситха и Еву, обменивающихся многозначительными взглядами, Вайенс чуть не закипал от ярости, и его рука тискала, сжимала столовые приборы.
Что за тупая корова эта Ева?!
Он сделал ей предложение.
Ни одна женщина в мире не могла похвастаться тем, что Орландо Вайенс отнесся к ней с такой серьезностью!
И уж, разумеется, любая друга обратила бы на Вайенса максимум своего внимания. А Ева… как она не понимает, что у его невесты не может быть никаких дел с Вейдером?! У невесты начальника тюрьмы — с практически заключенным?!
Это не должно продолжаться! Это вообще не должно происходить!
Вайенс ощутил мрачное удовлетворение, еще раз оглядывая Вейдера. Неважно, как он выглядит в глазах Евы. Главное — этот образ можно подкорректировать в любой момент.
И ее образ тоже — Вайенс вдруг сообразил, что ситху-собственнику наверняка не понравится, если его верный адъютант вдруг переключится на него, на Вайенса.
— Господа! — выкрикнул Вайенс, подскакивая на ноги. — Господа, минутку внимания!
Он обернулся к Еве, и ее непонимающий взгляд только добавил ему решимости, и он сжал челюсти до боли, чтобы не показать, как его терзает ревность и ярость.
— У нас с майором R-132 есть для вас небольшое объявление, — Вайенс взял Еву за руку и принудил ее встать. Обняв женщину за талию, он притянул ее к себе, прижал настолько, что пуговицы на его мундире больно впились в ее тело сквозь тонкую ткань ее платья. — Я имею честь рассказать вам, что, очарованный прелестью и смелостью этой прекрасной женщины, я сделал ей предложение, и она ответила мне взаимностью! Так что сегодняшний праздник в честь лорда Вейдера, — Орландо чуть поклонился в сторону ситха, — я мог бы так же назвать праздником в честь своей помолвки! Лорд Вейдер, — Вайенс снова просалютовал Вейдеру бокалом, — благодаря вам я обрел свою любовь!
Гости разразились аплодисментами, выкрикивая поздравления. Ева, стиснутая рукой Вайенса, слабо улыбалась, не осмеливаясь даже глянуть в сторону Вейдера, и у Вайенса, переполненное радостью от этой мелкой колкой мести, часто билось сердце.
Девочка Вейдера, ты будешь моей.
Вейдер, сощурив глаза, откинулся на спинку своего кресла, скрестив руки на груди.
Торжество Вайенса и смущение Евы не укрылось от него.
Так-так, она хотела все обтяпать все потом, когда Альянс призовет его с Риггеля.