Это я, Катрина
Шрифт:
— А как справитесь с другой задачей, я даже не знаю, — глядела на них с явным сомнением. — Дело в том, что для обучения нужен непререкаемый авторитет. Авторитет же любого учителя или тренера зависит от родителей.
Так со мной бывает. Сначала сказала, что не знаю, затем принялась объяснять, как это сделать.
— При любом вопросе, касающемся моей сферы, вы тут же должны интересоваться у Карины, а что думаю я. И на этом заканчивать своё вмешательство. При любом удобном случае спрашивать дочку, а что советую я. Если она не выполнит моих указаний, заставить.
Слушали меня внимательно и благодарно. Почему-то. А я ведь с их Кариночкой церемоний не развожу, стек даёт возможность быть лаконичной.
— Я должна быть для неё божеством, ослушаться которое невозможно. Тогда из неё выйдет толк.
О том, что это к тому же мне просто приятно, умолчала, хи-хи.
11 ноября, понедельник, время 11:40.
Лицей, 1-ая большая перемена, столовая.
— Мальчики, оставьте нас на пять минут. Нам посекретничать надо, — приказы, даже в форме просьб, у нас выполняются мгновенно.
Я не сразу поняла, что Ледяная меня игнорирует с самого утра. Она ведь всегда немногословна и холодна, на то она и Ледяная. Дошло на третьем уроке, как до жирафа. Когда сама Ледяная холодно обронила:
— Я с тобой не разговариваю.
— Почему? — сказала таким громким шёпотом, что историк на нас зыркнул. Больше удивлённо, чем недовольно.
— Потому! — безмолвно, так, как умеет только она, ответила королева.
И ведь даже микроскопического жеста я не засекла. Вот ведь!
Когда до меня дошло, в чём дело, решила похихикать. Но зачем впустую тратить порыв? Я хихикала, злорадно заглядывая ей в каменное лицо. Его непреклонность веселила меня ещё больше. Но проблему надо как-то нейтрализовать.
К обеду придумываю как. Помог разговор по телефону с Ольгой Тан. Принцип «не знаешь сам, найди того, кто знает, и спроси его» сработал на ять. Ольга, смеясь, вооружила меня ультимативным аргументом.
— Ты обиделась за вчерашнее?
Ни взгляда в мою сторону. Молча и хладнокровно ест.
— Знаешь почему? — реакция не меняется, но меня это мало волнует. — Я даже не ожидала от тебя такой глупости, ты уж прости за откровенность.
Реакции нет. Пробью. Но сначала артподготовка:
— Я тут сопоставила свой вес и рост с нормами гимнасток. И получилось, что при нашем росте мой вес должен составлять сорок пять кило. Я выпадаю из рамок, понимаешь? У меня-то сорок восемь!
Может, и понимает, но реакции нет.
— А ты входишь в них почти идеально! Допустимо отклонение до двух килограмм. У тебя меньше одного, — и заключаю: — Ну вот я и позавидовала тебе. И нашла способ отомстить. Но это же шутка была!
На мгновенье на меня падает холодный взгляд. Настаёт время для завершающего удара:
— А ты знаешь, что в балетных и гимнастических школах девочкам в период полового созревания грудь перевязывают? — ловлю короткий
Оглядываюсь по сторонам и чуть наклоняюсь к ней:
— Чтобы не росла. Большая грудь мешает энергичным движениям, разрушает их динамику. Посмотри на Ольгу Тан. У неё только немного больше, чем у тебя, но она женщина. Скорее всего, рожала.
Более продолжительный, но всё-таки холодный взгляд.
— Так что ты обиделась на меня за то, что твоя фигура идеальна для занятий балетом или художественной гимнастикой. Ты когда-нибудь видела балерину или гимнастку с большим бюстом? Нет таких.
Поведя вокруг головой, жестом возвращаю мальчишек на место.
Глава 12
Королевская власть
11 ноября, понедельник, время 17:20.
Центр искусств, зал художественной гимнастики,
Мы всё-таки сделали выбор. И пришли в группу, встретившую нас вежливо, но не без скепсиса и настороженности. Обычная история. Я озаботилась репутацией сразу. Если она есть, то надо пользоваться.
Ольга Тан к проблеме вхождения в коллектив отнеслась несерьёзно: «У меня хорошие девочки занимаются, вас примут и гадить не будут». Только я считаю, что страх — лучшая приправа к уважению и хорошему отношению. Поэтому взяла дело в свои руки сразу после того, как Ольга нас представила. Она ведь только имена назвала.
— Мы учимся в имперском лицее на математическом факультете. Вику у нас все считают королевой и обращаются «Ваше Величество», ко мне «Ваше Высочество». Я — принцесса.
Кто-то скептически хмыкнул, многие насмешливо улыбнулись.
— Но вам необязательно. Вы в наше королевство не входите.
Так-то обязательно, но королевство у нас всё-таки неофициальное. А теперь надо их скепсис и взгляд свысока приморозить:
— Заочно вы все можете меня знать. Помните историю маньяка, который насиловал и убивал девушек, обычно несовершеннолетних? — Не у всех, но у большинства проявилась в глазах страшная память о той громкой истории. — Похитителей оказалось двое. Последней жертвой была я.
Даю паузу проникнуться.
— Я зарезала обоих. Деталей не спрашивайте. Не скажу. Тайна следствия.
Делаю ещё паузу и мимоходом замечаю, как вытягивается лицо Ольги: «Так это ты была?»
— Во время каникул я обычно подрабатываю в судмедэкспертизе помощником патологоанатома, поэтому умею работать режущим инструментом. Обычно трупы потрошу, но если уж попались живые убийцы…
Наши будущие товарки ощутимо бледнеют. Некоторые — и Ольга в их числе — до зелени. Её Величество величественно молчит. Её спокойное равнодушие к моим словам служит отличным фоном.
Занятия начинаем с бега трусцой. Это не лёгкая атлетика, так что бегаем на носках. После разминки выясняется, что в гибкости мы потеряли, но только чуть-чуть. Начинаем восстанавливать. Засекаю оценивающие, но крайне осторожные взгляды. Нас откровенно опасаются.