Это судьба
Шрифт:
— Переменилось? В смысле, вы расстались?
Зеленые глаза заглянули ей в самую душу.
Мишель кивнула. Ксавье наблюдал, с каким трудом она выдавила эти слова, как неприятно ей было приоткрываться ему даже на самую малую малость. Она словно говорила: «Стоп, дальше дороги нет, Я принадлежу себе и только себе».
Мишель вздернула подбородок и окинула его уверенным взглядом, который он заметил еще во время их первого совместного обеда.
— А как насчет тебя? — резко спросила она. —
— Однажды так чуть не случилось. Я был помолвлен. Мы даже назначили день свадьбы, но… потом передумали. — Ксавье пожал плечами. — Поняли, что сможем жить друг без друга.
Нотка грусти, прозвучавшая в его голосе, заставила Мишель задуматься о том, что же произошло на самом деле. Она вспомнила его слова: «Не каждая помолвка ведет к свадьбе… С этим надо смириться и продолжать жить, вот и все».
Сожалеет ли он о том, что расстался с невестой?
Ей хотелось спросить, но Ксавье опередил ее.
— Так что, понимаешь, мне тоже на сей раз лучше придерживаться делового соглашения.
Это заявление подсказало Мишель, что он, возможно, болезненно пережил разрыв. И что, как и она, предпочел оставаться одиноким.
— Оно имеет, конечно, определенные преимущества, — согласилась Мишель. — Так никому из нас не будет больно.
— Именно. Превосходная договоренность, — согласился с ней Ксавье. — Я помогаю тебе, ты — мне. Все очень осмысленно и без серьезных обязательств.
Ее неприятно поразил его сухой, деловой тон.
— Отлично, Ксавье, я поняла, что ты имеешь в виду, — с прохладцей заявила она. — Можешь не волноваться на мой счет, уверяю тебя. Я не собираюсь увлечься нашей игрой и забыть, что все это только театр. У меня нет ни малейшего желания выходить замуж.
— Ну вот видишь, как я и говорил, это прекрасная договоренность, — легко сказал Ксавье и перевел взгляд на ее губы. — Но мы, конечно, должны играть убедительно.
Она посмотрела на него с опаской.
— Что ты имеешь в виду?
— Окружающие будут ждать, чтобы мы вели себя, как положено любовникам. А не как деловым партнерам.
Мишель поспешно отвернулась, трепеща от волнения и тревоги.
— Мы можем быть вежливыми, говорить все, что нужно, как сегодня днем. Думаю, этого достаточно…
Ксавье взял ее за подбородок, заставив посмотреть ему в глаза. Нежное прикосновение заставило Мишель задрожать сильнее. Эмоции быстро выходили из-под контроля.
— Нет, от нас потребуется немного больше, — внезапно охрипнув, произнес Ксавье.
— Немного больше? — глуповато повторила Мишель. Сердце ее колотилось
Его глаза вернулись к ее рту. Ксавье придвинулся еще ближе, и Мишель поняла, что сейчас он поцелует ее. Разум и инстинкты приказывали ей отодвинуться, но она не могла так сделать. Не могла, потому что ею правила сила более могущественная, чем разум, — примитивная, первобытная сила желания.
Ксавье кончиками пальцев провел по контуру ее лица и только потом осторожно прикоснулся губами к ее губам.
Сначала поцелуй был легким, дразнящим, ощущение — головокружительным, упоительным. Она неуверенно отвечала, изо всех сил пытаясь справиться с темными силами, побуждающими ее придвинуться. Постепенно Ксавье стал более настойчивым, его губы — более требовательными. Все тело Мишель возликовало, ощутив, как он прижал ее к себе, и она пылко откликнулась, позабыв об осторожности, отдавшись страсти…
Шорох, донесшийся с заднего сиденья, заставил их отпрянуть друг от друга. Мишель оглянулась. Серж по-прежнему спал, он просто сменил позу, прислонившись головой к окну.
— Не волнуйся, все в порядке, — первым заговорил Ксавье.
— Да… — Она посмотрела на него, немного испуганная и ничего не понимающая. Что, черт подери, только что произошло?
Но он улыбнулся.
— Похоже, нам несложно будет играть страстных любовников.
Мишель с трудом сглотнула.
— Мне надо идти, Ксавье. Сержу лучше спать в кровати.
Она вышла из машины, ее спутник последовал за ней.
— Давай я донесу мальчика, — предложил Ксавье, заметив ее вопросительный взгляд. — Тогда ты сможешь уложить его, не разбудив.
Мишель поколебалась, но все, же кивнула. Пока Серж будет спать, она сможет разобраться в своих ощущениях, понять, в какую сторону неожиданно повернулась ее жизнь.
Она вытащила из сумочки ключи и вошла в подъезд, возглавляя маленькую процессию по направлению к лифту и своей квартире на третьем этаже. Открыв входную дверь, Мишель пропустила Ксавье вперед и указала на спальню Сержа.
— Спасибо, — полушепотом сказала молодая женщина, когда он положил спящего ребенка на кровать.
— Да не за что. Он чудесный мальчик. Дети в этом возрасте просто очаровательны. Твой Серж напомнил мне моих племянниц.
— Племянниц? Я и не знала, что у тебя есть братья или сестры.
— Сестра Каролин. Ты видела ее двойняшек, когда была в поместье.
— Софи и Жюли? Я думала, это дети вашего управляющего…
— Угу, и моей сестры тоже. — Ксавье усмехнулся. — Да-да, Луи — мой зять. Думаю, нам предстоит немало узнать друг о друге, раз уж мы почти помолвлены. Как тебе кажется? — мягко поинтересовался он.