Это судьба
Шрифт:
— Так лучше?
Она кивнула. Он внимательно оглядел ее, не пропустив покрывающей лицо бледности.
— На тебя теплая погода так действует?
— Нет, скорее горячая ситуация. Мне стыдно, Ксавье, безумно стыдно, что я солгала им.
— Не знаю, утешит ли тебя, если я скажу, что они выглядели намного спокойнее и счастливее при расставании, чем при встрече, — мягко заметил он.
— Да, но почему-то от этого мне еще больше стыдно. — Мишель откинулась на спинку сиденья и закрыла глаза. — Разве это не ужасно? Мне
— Думаю, в конечном итоге твой поступок окажется всем во благо, — серьезно сказал Ксавье. — Ты сняла с их слабых плеч почти непосильный груз ответственности. Они явно любят внука, но Люсиль не очень хорошо себя чувствует. Даже полковник, и тот расслабился, когда понял, что с тобой Серж будет в полном порядке.
— Да, но я все равно чувствую себя виноватой. — Она открыла глаза и повернулась к нему. — А ты заслуживаешь премии «Сезар» за исполнение роли. Спасибо.
— Мы же заключили соглашение, — безмятежно отозвался Ксавье. — Ты просто выполнишь взамен свою часть договора, и мы будем квиты.
— Да, кстати, в чем же заключается моя часть?
Он вывел машину на улицу и только потом ответил:
— Мне нужно, чтобы ты сыграла аналогичную роль для моего семейства. — Ксавье покосился на нее и добавил: — Я изображал жениха для твоих родных, ты сыграешь невесту для моих. И все будут счастливы.
Ксавье Морандель сейчас напомнил ей Андре, ее шефа, когда он готовился к подписанию контракта. Только сейчас речь шла не о бизнесе, а о человеческих чувствах. Мишель все больше и больше сомневалась.
— Не понимаю. А тебе-то зачем невеста?
— Для отца. Он узнал, что Луи уходит, и рвется вернуться в офис. Говорит, что отправится туда, как только его выпустят из больницы. — Ксавье остановился у светофора и нервно забарабанил пальцами по рулю. — Я сказал, чтобы он не волновался, что я возьму все на себя. Но старик упрям, как мул. Говорит, что у меня нет привязанности к дому и делу. Если бы были, я бы давно нашел себе девушку, женился и завел детей. — Он снова покосился на свою спутницу. — Врачи говорят, что ему в его состоянии эмоциональные нагрузки противопоказаны. Если сразу вернется к делам, то его здоровье быстро покатится под откос. Мать волнуется… мы все волнуемся…
Вспыхнул зеленый свет.
— Где ты живешь? — спросил Ксавье, игнорируя неистовые сигналы других водителей.
— Сейчас налево, через два квартала направо, потом еще четыре квартала вперед. Значит, ты собираешься представить меня как свою невесту, чтобы отец согласился передать тебе управление делом?
— Это убедит его, что я всерьез намерен возложить на себя ответственность за наш бизнес. А так оно и есть. Но наличие «невесты» поможет скорее уговорить его. Это позволит сэкономить массу сил, времени и, главное, нервов.
— Да, но это всего лишь игра, Ксавье. — Мишель покачала головой. — А что он подумает, когда узнает, что
— Думаю, всегда можно сказать, что мы поняли, что не подходим друг другу. И он, как и Морис с Люсиль, переживет это. Такое случается сплошь и рядом. Не каждая помолвка ведет к свадьбе. С этим надо смириться и продолжать жить, вот и все.
Ксавье рассуждал как реалист. Он взвесил все «за» и «против» и пришел к выводу, что цель оправдывает средства. Что заставляло его рассуждать так холодно и деловито? Печальный личный опыт?
— Потому я предлагаю, чтобы мы играли свои роли как можно дольше, — продолжил он. — Мы выиграем драгоценное время. Мой отец поправит здоровье, а Морис и Люсиль поймут, что могут положиться на тебя и спокойно доверить тебе внука.
Мишель молчала. Логично, очень логично. Она же видела, как старики успокоились и расслабились, почувствовав, что все под контролем.
— Когда ты все представляешь таким образом, решение кажется вполне разумным.
— А оно и есть разумное, — заявил Ксавье. — Мы оба — люди одинокие, не имеющие серьезных обязательств и не стремящиеся к ним. Так что все может превосходно получиться. Если, конечно, у тебя нет приятеля, который устроит скандал.
— Нет, у меня никого нет, — тихо сказала Мишель.
— То есть никакие скелеты не выпадут из шкафов в самый неподходящий момент? — спросил Ксавье. — Понимаешь, Люсиль проговорилась, что Тара рассказывала ей о твоем романе с кем-то на работе.
Он бросил на нее быстрый взгляд и успел заметить, как Мишель залилась краской. Затем показала направо и сказала:
— Я живу вот там.
Он свернул в указанном месте и вскоре оказался возле восьмиэтажного кирпичного здания. Заглушив мотор, Ксавье повернулся к ней и снова спросил:
— Значит, ты встречаешься с кем-то из офиса? — Его зеленые глаза неожиданно гневно сверкнули.
— Моя частная жизнь тебя не касается. Никто не имеет права вмешиваться в мои личные дела. Ни ты, ни Люсиль, ни даже полковник!
— Мишель, Мишель, успокойся! Если мы хотим провернуть это дело, то нам надо точно знать, чего ждать, где могут оказаться подводные камни, чтобы избежать их. — Он посмотрел на нее чуть ли не с угрозой. — Если, конечно, ты не хочешь, чтобы Кальдероны узнали правду и обратились в департамент по делам опеки и усыновления.
От одной этой мысли ее начало поташнивать. Она оглянулась — Серж безмятежно спал на заднем сиденье, прижав к себе Бобо. Мишель вспомнила, как он испугался в холле отеля, как прильнул к ней, дрожа и всхлипывая. Она — единственный знакомый человек в его жизни. Серж нуждается в ней.
— Нет, не хочу, — твердо заявила она и посмотрела Ксавье в глаза. — Я встречалась какое-то время с Андре Коттеном, моим шефом. Но он не пожелал смириться с тем, что Серж для меня на первом месте, и все переменилось.