Это (не) просто игра
Шрифт:
Точнее, они смотрели в пространство надо мной. Я поднял голову и увидел большой ярко-красный прямоугольник с моим ником: статус ПК.
— Вот же, бл*ть… — протянул я, а затем рявкнул на персонал отеля: — Чего встали?! Валите отсюда!
Игроки бросили подносы, меню, другие вещи и пустились наутёк.
Я же повернулся обратно к трупу Сидней.
— Проценты, да? Сука, — прошептал я.
И усмехнулся.
Собрав всё снаряжение с тел напарников в сумку и, разумеется, переведя со счёта Сидней 700 миллионов кредитов на свой прежде, чем уйти, я задержался на крыльце
Одну из бархатных окровавленных скатертей подхватил ветер и унёс далеко в сторону моря.
— Проценты, — повторил я.
Взгляд остановился на трупе Сидней. Её броневой лифчик оказался повреждён моим выстрелом, и под действием ветра левая пластина съехала набок, открывая вид на оголённую левую грудь.
Я присел, сжал грудь, улыбнулся, закусил губу.
Однако руку убрал.
— Не, это уже будет слишком, — пробормотал я сам себе.
И двинулся прочь от отеля вдоль берега.
Через пару сотен метров мне встретилась парочка игроков, пришвартовывающих надувную лодку. Расправившись с ними и позаимствовав лодку, спустя час я покинул территорию острова Дино и прибыл на основной остров Кубы. Найдя укромное местечко, я забрался под корни большого дерева, прикрыл себя ветками и, вызвав панель управления, нажал заветную кнопку «Выйти из игры» и с самодовольной усмешкой на лице закрыл глаза, предаваясь нахлынувшей сонливости.
Дороги назад уже не было.
***
«Система отключена.
Вы провели в « New Online World » 4 с половиной игровых дня. Доступ к использованию PAGDAD будет разрешён через 12 часов. Рекомендуем провести утреннюю зарядку и употребить здоровый завтрак. Спасибо за пользование PAGDAD .
Мы надеемся, что увидимся с вами очень скоро».
Серый, ничем не примечательный потолок моей кухни встретил меня ровно так же, как делал это на протяжении уже пары недель: никакой реакции. Тускло-светлые солнечные лучи пробивались сквозь металлические шторы на мой спальный мешок, а я продолжал лежать в нём и… Просто лежал. Не двигался, не глазел по сторонам. Лежал и слушал различные монотонные механические звуки, доносящиеся из соседних квартир: то у кого-то теплогенератор жужжал, то телевизор работал, то текла вода из гидроочистителя.
Нащупав банковскую карточку, которую положил перед сном возле подушки, я взял её, поднёс к глазам и включил:
— 7 миллионов долларов с хвостом, — пробормотал я, откладывая карточку. — Хах!
Я усмехнулся, потянулся и довольно вздохнул, растягиваясь на полу. Не знаю, что я конкретно в этот момент чувствовал. Знаю только, что чувств было много: гордость, радость, удовлетворение, чувство достижения чего-то, спокойствия. Что я точно знаю, так это то, что я был счастлив.
Я почувствовал, что сегодня у меня всё получилось.
Придя в себя и сделав все водные процедуры, я хотел было уже зайти в комнату матери, но, протянув
Разумеется, будем мы жить отлично.
Глубоко вздохнув и натянув на лицо своё обычное выражение с грустной улыбкой, я открыл дверь, шагнул в комнату…
И тут же растерянно замер, уставившись на мать.
— Марк? Ч-ч-ч-что это т-т-т-такое? — прошептала она, указывая вперёд.
Перед ней в воздухе весела голографическая проекция экрана с её очков-визоров, и на этом экране была запись моего интервью одному новостному каналу, которое я дал спустя 4 часа после завершения Схватки Отрядов.
— Это…
— Это ведь т-т-т-ты. Я знаю, что это ты, — мать продолжала указывать на голографический экран. — Что ты с-с-с-сделал?
— Это не я.
— Не смей! — крикнула мать, а я вздрогнул и сделал шаг назад. — Это т-т-т-ты! Я вижу! Думаешь, я не-не-не-не узнаю своего сына?!
Дрожащей рукой она указывала в лицо Маркейта, который улыбался и рассказывал, с каким энтузиазмом убивал игроков в затопленном отеле.
В моё лицо.
— Мам…
— Как ты мог?! — на её глаза стали наворачиваться слёзы. — Как ты мог? Как же… Как же-же-же-же мистер Сандрес?
— Мам, я выиграл это состязание. Мы богаты. Я выиграл 7 миллионов долларов. Мам, ты понимае…
— В этой игре! — мать снова сорвалась на крик. — Там, в этой игре! Как-как-как-как ты мог?! Ты ведь знаешь, как я к ней отношусь! Какой ценой?! Что ты-ты-ты-ты там сделал?!
— Что я сделал? Что я сделал?! Я ЗАРАБАТЫВАЛ ДЕНЬГИ! Я ЗАРАБОТАЛ 7 МИЛЛИОНОВ, СЛЫШИШЬ МЕНЯ?! 7 МИЛЛИОНОВ?!
— Но что ты делал, чтобы за-за-за-заработать?! Что ты делал?!
— КАКАЯ РАЗНИЦА?! Я ЗАРАБОТАЛ! ДУМАЕШЬ, ЧТО У ЭТОГО СРАНОГО САНДРЕСА Я МОГ ЗАРАБОТАТЬ ХОТЬ 10-УЮ ДОЛЮ ЭТОГО?! МЫ МИЛЛИОНЕРЫ! Я МОГУ КУПИТЬ ТЕБЕ ВСЁ! МЫ СМОЖЕМ ПЕРЕЕХАТЬ! МЫ СМОЖЕМ ВЕРНУТЬ ТЕБЕ…
— Мне не нужны эти тво-тво-тво…
— Я ДЕЛАЛ ЭТО ДЛЯ ТЕБЯ! СЛЫШИШЬ, ДЛЯ ТЕБЯ!
Это никогда уже не пропадёт у меня из памяти. Я, кричу, махаю руками, пытаюсь доказать ей. Она вся в слезах, заикается, но продолжает стоять на своём. Конечно, ведь она до аварии ходила на протесты и митинги против NOW. Её отец — мой дед — продал последние трусы, чтобы задонатить в игру — разумеется, для неё даже слышать о NOW было больно. И тут её сын играет, её сын приносит огромную сумму денег…
Её сын срывается. Я срываюсь. Десятки смертей, постоянный страх, напряжение и гнев, что позволили мне выиграть Схватку Отрядов, позволили убить Грима и Сидней, забрав все призовые. Это… Чувство первозданной злости, что помогло мне в игре убивать…