Это было у моря
Шрифт:
— Рейегар, послушай, когда я ушла от Роберта — я рассказала тебе не все. И не так все было. Он не бросал меня. Я сама бросила его. Он не знал ни про Джона, ни про что. Я просто сказала ему, что полюбила другого и что изменила ему. Он этого не выдержал и не стал настаивать. А я просто не могла обречь сына на этот бред — как и себя саму. Да и с тобой уже была связь — странная, но была. Я имею в виду, если тебе кажется, что Роберт и Сандор похожи — что вполне может быть — не спеши делать поспешных умозаключений. Не все столь черны, как тебе кажется…
Рейегар
— То есть — ты мне солгала? Нет, постой — сперва ты солгала ему, потом мне — а теперь мы вдвоём уже почти двадцать лет врём нашему сыну? Как приятно такое услышать… Спасибо, что хоть сейчас сказала… Видимо, я должен теперь найти мистера Клигана и пожать ему руку — за невольное обнаружение скелетов в моем собственном шкафу. Ага — и еще благословить его на законный брак с Сансой. Этого ты от меня ждешь после подобного признания? Что ж, Лианна — твой расчет был верен — но тебе стоило мне больше доверять. Ты втянула меня во вранье. Это мне очень неприятно. Но дело уже сделано — Роберт мертв, извиняться не перед кем. Разве что перед Джоном…
— Ты же не хочешь теперь сказать ему?
— А, теперь ты хочешь скрывать правду? А кто только что клеймил меня за укрывательство? Боги, Лианна, будь последовательной хоть раз!
— Он возненавидит нас обоих.
— Ага. И будет прав.
— Нет, я не хочу, чтобы ты говорил. Пусть все остается как есть. Прости меня за это. Да, я непоследовательна. Обвинила тебя в подлости — хотя подлость как раз совершила сама.
— Это не подлость. Это стремление к счастью. Кто вправе тебя обвинить в этом? Особенно если учесть, что в тебе уже жила новая жизнь — как сейчас.
Рейегар обнял ее, положил горячую руку ей на живот — но взгляд его блуждал где-то далеко, терялся в черноте окна, в белом пролете снежинок за стеклом. Лианна содрогнулась.
— Хорошо, не будем мучать Джона — он не обязан платить за наши грехи. Но кто-то обязательно рано или поздно заплатит. Ты понимаешь это? Нельзя было строить жизнь на вранье… Но теперь что уж говорить — если она уже прожита наполовину. Остается лишь помнить об этом и быть готовым.
— Ты пугаешь меня.
— Не бойся. Все будет хорошо. Мы не скажем Джону. Что ты хочешь — чтобы я поговорил с Сансой? Вернуть Клигана я не могу. Я все равно продолжаю считать, что это неправильно. Что честнее было бы отпустить его. И дать Сансе шанс идти в ногу со своим временем. Да, она, возможно, любит его — и ради этого готова сломать себе жизнь. Будет ли это честно по отношению к ней? Вспомни Серсею, в конце концов. Ведь она тоже не была ни в чем виновата…
Лианна закусила губу. Он прав — как всегда прав. Да что выйдет сейчас, если они скажут Сансе? Клиган все равно уехал. Она начнёт страдать. Уйдет в депрессию, в самотерзания, возненавидит их же самих. Таким образом они обокрадут ее еще раз. Врать было нечестно — но обрекать ее на еще один круг
— Послушай, Рейегар, ты можешь мне обещать одну вещь? Если он вернется- ты не станешь ему мешать. Дадим им шанс. Если это любовь — она выживет.
— Хорошо. Я обещаю тебе. Но говорить мы ей не будем?
— Нет, какой в этом смысл теперь?
— Никакого. Тем более, он, по-моему, сам решил уйти в тину. Даже звонить перестал. Если она его забудет — ей будет проще. Может, найдется кто-то еще… Я подумал, может Визерис…
Лианна отстранилась и с ужасом воззрилась на мужа.
— Что? Ты собираешься предложить Сансу этому психу?
— Лианна, пожалуйста, он же мой брат в конец концов…
— Да, что не мешает ему быть законченным психопатом. Вот нет.
Через мой труп.
— Не говори так. Это была только идея. Пусть вообще сама выбирает себе мужа. Ты права. Случайность, выбор, рок — это все одно и то же. Нас ведет к этому выбору — а кто и что, мы не знаем. Но если это то, единственное — оно победит. То же примерно я сказал мистеру Клигану. Я полагаю даже у них еще есть шанс.
— Хорошо. Я рада. А теперь пойдем спать. Нет моих сил уже.
— Хорошо. И не мучай Джона вопросами — он тоже видел Клигана и теперь терзается, правильный ли сделал выбор…
Лианна улыбнулась:
— Если бы он был рожден от тебя — он не мог бы быть больше твоим сыном чем теперь. Вечные сомнения, вечные терзания — и неистребимое чувство долга…
Рейегар посмотрел на нее искоса
— Что же по-твоему — я все время терзаюсь?
— Да, ты вечно бродишь в двойном отражении. Я за это тебя и люблю. За то, что ты всегда сомневаешься и оглядываешься назад.
— Ну вот с Клиганом я же не сомневался- а стоило бы, как выясняется…
— А не надо судить по внешности. Я не ждала от тебя такой предвзятости, честно говоря.
— Ты его видела?
— Нет.
— Ну вот когда увидишь, тогда и поговорим… А пока пойдем спать.
— Иди. Я позову Джона.
Рейегар ушел наверх, а Лианна вышла на улицу — позвать сына. Он с нечастным видом бродил вокруг дома с лопатой. Лианна улыбнулась — в кого бы ни пошел этот мальчик, она его любит больше всех. Она тихо его окликнула — и Джон, воткнув лопату в ближайший сугроб пошел к ней. Мать и сын, обнявшись, прошли к дому. А снег все засыпал вычищенные до черных следов асфальта дорожки. К тому времени, как последние огни в доме погасли, аккуратно вычерченные Джоном пути прикрылись словно пуховым одеялом, плотным слоем сверкающих в свете фонаря снежинок.