Это было у моря

Maellon

— Спасибо, братик. Вообще мне стыдно тебя напрягать и заставлять заниматься этой скукой.

— Да не за что. Взламывать системы — это прикольно. Хотя у них такие банальные протоколы защиты…

— Все равно. Я тебе безумно признательна.

Бран легонько дотронулся до сестриной уже совсем рыжей макушки.

— Не стоит. Я помню тот год — когда я хряснулся. Ты тоже тогда времени не жалела…

Санса подняла

голову и взглянула на Брана с удивлением:

— О чем ты говоришь? Ты с ума сошел? Ты же мой младший брат — что я еще могла сделать? Мы все чувствовали себя дико виноватыми перед тобой. За недогляд…

— И зря. Меня же трудно было остановить, помнишь?

— Помню. Тебя и сейчас трудно остановить…

— Теперь только в виртуале. А так я медленнее черепахи…

— Сдается мне, наша жизнь все больше будет проходить в виртуальном пространстве. Так что тебе не о чем печалиться.

Бран вздохнул и уставился в компьютер. Длинные пальцы защелкали по истёртой уже клавиатуре.

— Есть кой-что. В этом я тебе завидую. Поэтому и помогаю с удовольствием… Что бы там Джон ни говорил…

Санса дёрнулась, словно ее ударили:

— А что, Джон что-то говорил?

— Я не должен был… Он не очень рад этой твоей истории. Говорит, что твой друг тебя не стоит. И что хорошо, что он уехал.

— Боги, и он туда же. Ну кому знать, кто и чего стоит… И вообще — они же не знакомы. Он его даже не видел никогда — а судит…

— Да, да. Я тоже так считаю. Не бери в голову. Джон вечно всех опекает — как наседка. Он возомнил себя самым старшим и теперь думает, что он за всех в ответе. Арья вон тоже от него шарахается…

Санса задумалась. По поводу Арьи и Джона у нее были свои соображения, но, возможно, лучше придержать их при себе. В конце концов это лишь предположения…

Бран повернулся к ней и улыбнулся.

— Возможно, тебе стоит помыть голову, сестренка. Тетка точно не одобрит курения… Я уж не говорю про дядю…

Санса в смятении схватилась за волосы. Ну да, курили вчера много и в помещении.

— Спасибо что сказал! А что, прям так жестко?

— Лучше не пробовать. Джон как-то начал баловаться, с полгода назад — какой-то приятель в универе подсадил. Дядя запер его в кабинете и заставил выкурить целую пачку — подряд. С тех пор замечен не был…

— Боги! Вот никогда бы не сказала, что Рейегар может быть так жесток.

— Ты его еще не знаешь. Если он чего решит — или если то, что ты делаешь не совпадает с его понятиями о жизни — забодает. Тетка научилась подстраиваться. Ты же видела Эйка — он ему не разрешал стричься — годами… Переубедить удается только с помощью уловок. Но для этого хорошо надо изучить территорию противника. У Арьи вот не получается —

как она не пыталась. Удаётся на самом деле только Лианне.

— Ну неудивительно. Он же ей муж все-таки. Кто же его лучше знает?

— Ага. Она его лучше знает, чем он сам. Так же, как и он ее. Это очень весело — за ними наблюдать. Единство и борьба противоположностей. У наших было совсем по-другому, да?

— Да. Они были ближе друг другу. Или просто больше похожи между собой. Но тоже — две половины одного целого.

— Просто их целое было однороднее. А Рейегар и Лианна — это как один шарик у которого одна половина белая, а другая — черная. Или как коктейль — крепкий алкоголь и куски льда. А вместе — нераздельно.

Санса вздохнула.

— Вот да. Ты знаешь — моя история тоже примерно такая.

Бран криво усмехнулся:

— Да уж. Внешне вы похожи мало. Вообще, трудно представить, что у вас может быть общего.

— И я не знаю. Как-то — мы заполняем друг другу какие-то прорехи. Нивелируем комплексы, что ли. У меня их предостаточно. И у него тоже. Вместе это не так чувствуется. Вместе мы оба полноценны…

Бран покрутил головой:

— Санса, ну он понятно. А ты-то? Откуда у тебя взялись комплексы?

— Хрен их знает. Каждый, наверное, полон комплексов. Мои, в основном, выросли в последний год, пожалуй. Но и раньше тоже.

— Знаешь, мне всегда казалось, что мама чересчур строга с тобой. Да и отец… Им стоило давать старшим больше свободы. Все эти ограничения, правила. Зря. Мы отстали от жизни. А теперь вот — Арья идет вразнос, ты уходишь в немыслимые истории любви… было бы поровнее раньше — было бы глаже и сейчас. Если бы…

— Если бы что?

— Если бы мама не запрещала мне лазать так упорно, я, наверное, и не полез бы на тот балкон. Мне просто хотелось доказать ей что я могу — и что это безопасно. Доказал…

— Ну это нормально. Ты же маленький был. Но да, ты прав. Половина из того, что я делала в детстве — и особенно Арья — это было подспудно назло родителям…

— Ага. Ну вот и заводи потом детей, — засмеялся Бран. — Только неприятностей не оберёшься потом. Вообще не понимаю, зачем нас так расплодили…

Санса задумалась. Рассуждая абстрактно — действительно непонятно. Но если вспомнишь, как это — когда связь с любимым человеком становится настолько неразрывной, что единственно что логично сделать следующим шагом — создать новую жизнь, — становится ясно — зачем. Не потому что хочешь воспроизвести себя — но потому что отчаянно желаешь, чтобы твой партнер жил вечно…

— Ты знаешь, Бран — когда ты переходишь определенную черту в отношениях, там уже просто нет выбора. Тебе просто несет как в воздушном потоке. Ты можешь либо падать — либо парить…