Есть такой фронт

Далекий Николай Александрович

— Леся не могла отказать, — продолжал Панчук. — В это время и брат подоспел. Если бы кто другой заехал — она тоже передала бы.

— А Профессор не заподозрил Горового? — спросил полковник.

— Естественно, у старого конспиратора не могут не возникнуть сомнения по этому поводу. Но Горовой явился сам, а не пересылал, не передавал через кого-то деньги и письмо. А это, если исходить из психологии Профессора, дает ему возможность шантажировать Горового. Думаю, у Профессора сейчас отличное настроение. Он уже успел повидаться с Григулой и приказал ему найти квартиру. Теперь он начнет действовать увереннее. Весьма возможно, что старая

лиса и сама явится к нам с письмом, чтобы убедиться в своей безопасности, успокоиться. Потом, по-видимому, начнет шантажировать Горового.

— Если это произойдет — значит, мы смогли предупредить развитие событий. А ошибаться мы не имеем права. Теперь на очереди Дарья Ясинская, дочь агента фашистской разведки. Посмотрим, кого воспитал бывший владелец ресторана, устраивавший у себя сборища оуновцев… Как вы думаете, Володя Загайный сойдет ей за «жениха»? Парень хотя и молодой, но в сложных ситуациях проявил себя неплохо. Согласны?

— Добро! — ответил уставший Панчук.

А на следующий день на прием к Чубенко попросился Стасив.

Выслушав Профессора, чекист внимательно прочитал письмо и, успокаивая взволнованного посетителя, сказал ему на прощание:

— Мы вам поверили. А теперь еще раз убедились, что вы человек слова. Работайте спокойно. А деньги расходуйте на свое усмотрение…

Профессор был доволен. Леся и Горовой, конечно, ему еще бы пригодились. Но — своя рубашка ближе к телу. Если Горовой даже донес и чекисты сумели прочесть письмо, то Стасив принял меры предосторожности — явился сам. Если же нет, то после встречи с Ясинской он заменит шифр, подберет другие подставные адреса, найдет более надежные способы связи…

Стасив не верил «своим» людям. Понимал, что провал возможен в любую минуту… Но теперь он успокоился и впервые за много лет признал себя разумным человеком, который смелым и решительным ходом окончательно дезориентировал чекистов.

А Чубенко стоял у широкого окна кабинета, смотрел вслед Профессору и думал, сколько горя и крови принесли Стасив и его приспешники нашему народу. Полковник хорошо понимал, что в лице Профессора органы госбезопасности имеют дело с хитрым и опасным врагом. Знал, что права на ошибку у него не должно быть…

«СИМПАТИЯ» ЗАГАЙНОГО

Океанский лайнер медленно разрезал зеленые волны и пришвартовался к причалу. Сотни разноязыких пассажиров в ярких одеждах, размахивая руками, шляпами, платочками, приветствовали одесситов.

…Среди встречающих был и смуглый парень в белой нейлоновой сорочке. Он тоже дарил улыбки, тоже размахивал руками, что-то выкрикивал. Правда, он не рвался к трапу, не раскрывал рук для объятий. Но на набережной, при заходе больших кораблей, всегда найдется много желающих порадоваться красоте океанских «посудин». И особенно во время курортного сезона. Смуглый юноша с глубокими карими глазами относился именно к ним.

Играя роль безразличного отдыхающего, он тем не менее внимательно следил, как сходили на берег американские и немецкие туристы. А вот и та, которую ожидает Владимир, — блондинка с красноватой родинкой. Володя рассмотрел ее и пошел своей дорогой.

В тот же день блондинка с группой американцев под руководством всезнающих гидов начала знакомство с Одессой. Она, видимо, интересовалась балетом, ибо побывала в помещении Одесской оперы, долго гуляла по Дерибасовской, как и другие туристы, ходила по магазинам. Только на третий день,

когда ее соотечественники пошли на фабрику сувениров, отпросилась ремонтировать сбитый каблук. Она быстро нашла мастерскую, где наскоро починили ее туфельку. А оттуда трамваем поехала на пляж, искупалась и снова побрела тихими, малолюдными улочками. Несколько раз оглядывалась, перед зеркальцем, вмонтированным в кожаную сумочку, красила губы, проверялась. Наконец решила: все в порядке, ничего подозрительного. Успокоилась. Зашла в небольшое почтовое отделение, купила открытку, что-то написала и бросила в ящик. А потом не спеша пошла к трамвайной остановке. Это и была Дарья Ясинская. На следующий день после завтрака туристы выехали автобусом на пляж. Искупавшись в море, начали играть в волейбол. К ним присоединились и другие отдыхающие — парни, девушки и среди них высокий юноша в темных очках и голубых плавках.

— Эй, красавица с родинкой, вам пасс!

В ответ — благодарный взгляд, улыбка. Еще несколько подач… А потом море. Они плывут почти рядом. Тактичный, вежливый молодой парень. Нельзя не спросить, откуда он…

— Галичанин! — звучит ответ. — Приехал из Львова в командировку.

— Неужели? — обрадовалась Дарья. — И я родилась во Львове, но еще маленькой родители вывезли меня в Штаты. Львов! Там на каждом шагу архитектурные памятники, каждое здание имеет свое, только свое лицо!

Она даже пропела приятным альтом:

Стрийський парк, давно минулі дні Нагадують мені давно минуле щастя…

А потом похвалилась:

— Я окончила колледж и теперь работаю в научной библиотеке. Живу с родителями и младшим братом. А вы?

— Я окончил политехнический институт. Инженер-экономист. Работаю в плановом отделе строительного управления. Приехал на несколько дней для закупки стройматериалов. Днем работаю, а утром и вечером — обязательно море! Когда-то в детстве мечтал стать капитаном. Но, как видите, стал экономистом! Моря близко не было. К слову, я холостяк! — и он показал ослепительно-белые зубы.

— В таком случае, надеюсь, вы не откажете показать мне город?

Володя снова улыбнулся.

— С большой радостью! А где мы встретимся?

И вечером они долго гуляли по освещенной набережной, весело болтали о старом и новом Львове.

— Вы знаете, когда я уже собралась в дорогу, мама решила меня не пускать. Она слышала, что здесь у вас на каждом шагу большевистские агенты. Я не поверила, но, скажите, это правда?

— Конечно! Вот, посмотрите. Сзади нас две девочки в розовых платьицах. Те, которые у витрины что-то рассматривают. Это настоящие агенты. А слева, на скамейке, парень обнимает девушку — это они маскируются. А на самом деле шпионят за нами. Да и сам я, если хотите знать, — контрразведчик, с секретной миссией!

Он гордо выпрямился, вытянул голову, прищурил правый глаз. Дарья не могла удержаться от смеха.

— А вы хотя бы служили в армии? Или, может быть, и винтовки в руках не держали? — спросила она сквозь смех.

— Почему вы так думаете? — обиделся Владимир. — Служил и даже проходил военные сборы. У меня брат ракетчик. Я — военнообязанный и не уклонялся от службы, потому что чувствую себя мужчиной…

Ей понравился этот симпатичный и немного наивный парень. Именно таких советовали искать разведчик Голджерс и Паськевич.