Эскорт
Шрифт:
— Эш, пошла. Не задерживайся.
Сейчас только бы встать. Ручка для переноски впивается в пальцы, канистра повисает на плече, заставляя изогнуться.
Свет снова вспыхивает, обжигая глаза. Форт где-то там бьется с феноменом, отрывая его лапы от проводки. А как Учитель? Что с ним?.. Не отвлекайся! Вопрос — это секунды промедления и отдыха, украденное у всех время. Двигайся, лентяйка! Шевелись! Не так-то трудно, просто силенок не хватает. И мало воздуха.
— Капитан? — Далан была уверена, что он слышит. — Какая у нас обстановка?
— Феномен атакует щиты. Отогнал его, он вернулся, —
Смысл действия не вполне ясен, но Форту видней. Возможно, хочет отвлечь внимание противника.
Капитан присоединился к БЭМу, велел молчать об этом. У артонов столь сильный процессор, что превосходит БЭМ? Сомнительно. Он нарушает вторжением в БЭМ законы эйджи? Возможно. Но он действует во благо. Надо соблюсти его условия, тем более — приказ.
Эш вернулась и сползла на пол, держась за канистру. Помощи не просит. Долго ли протянет на одной гордости? Не упустить бы момент и угадать, когда она совсем ослабеет. Далан протянула шнге бутылку; Эш часть выпила, часть вылила на голову. Поднести емкость к колонке не дала — отстранив штурмана жестом, сама дотащила волоком.
— Далан, пошла.
И потом, хрипя:
— Здорово. Осталось чуть, сходить раз двадцать. Или больше.
— Внимание всем, — предупредил динамик. — Выполняю маневр. Будет перемещен вектор гравитации. Отклонение тридцать градусов по борту, пять по средней оси. Продолжительность — девять минут.
— Держись. — Далан села, взяв одной лапой Эш за плечо, другой обняв канистры. Девять минут? Это меньше, чем она вычислила. Он хочет быстрее достичь Нортии — но как поведет себя корабль?
Девять минут, целых девять минут передышки. Закрыв глаза, Эш откинула голову на плечо. Не вставать бы, распластаться…
— Превышение на 0,55 §.
Налег невидимый груз, тело отяжелело, стены поплыли вбок.
Вселенная начала поворачиваться вокруг Форта. Он слышал, как в нем внутри копошится озадаченный феномен — эмбрион зреющей гибели. Подрагивания его черного тела выдавали смятение и неуверенность — к чему это вращение? что оно значит? что за нежить карабкается по скорлупе снаружи, будто замышляя напасть с той стороны, где за неподатливой преградой светит горячая пища? Черное чудище медлило, смущенное возросшим множеством тех, кого надо остановить и погасить. Слишком много. Не уследить за всеми, а самое неприятное — на всех сразу не сосредоточишься.
Присутствие феномена в БЭМе ощущалось постоянно. Форт выверял и корректировал траекторию, регулировал мощность движков, а на периферии обзора то и дело маячили снеговые призраки, ищущие лазейку. Судьба их была быстрой и кончалась одинаково — возникала рамка, словно из масляно блестящего графита, сжатие — и грязно-белый ком исчез. Обратная связь показывала, что противник больше не меняет структуру своих агрессивных посланцев.
Единственное, что Форта стесняло, — тихоходность корабля и его масса, иначе реагирующая на маневровые усилия, чем юркий «флэш», подобный блуждающей пуле. Не глиссер, сбривающий гребни волн, а танкер, тяжко ворочающийся во взволнованном месиве морской воды. Ровность хода и слитая с телом инерция тарана, летящего в дубовые ворота крепости, —
Форт не видел, а знал путь, рассчитанный Далан и выверенный им, как знает стрелок, куда попадет. Немного в сторону… вот так, с изгибом. Нортия выглядела молочно-желтым шаром, охваченным по терминатору полумесяцем непроглядной тьмы.
«Я должен пройти почти вплотную. Перед максимальным сближением отстыковать челнок, направить на снижение — и сразу набор скорости».
Телескопическое зрение в пустоте космоса позволяло различать неровности цвета на облачном покрове Нортии — кремовые, палевые, белесые разводья, отражения сокрушительных бурь, беснующихся на планете.
Он потянулся, устремился к цели своего нелегкого полета, и элементы корпусного набора вспыхнули огнями напряжений — тревожный свет их нарастал, ширился тянущей болью, пронизывая слух криком старого, изношенного тела; дерзкие маневры были не по плечу одряхлевшему судну; его скелет, его нервы, весь состав его крепко сколоченного, но источенного временем корпуса протестовал против таких нагрузок, и эта мука сотнями возмущенных, страдающих, молящих голосов впивалась в сознание Форта, а он, чей мозг гнал корабль по грани излома, на пределе возможностей досветового режима, принимал страдание как свое собственное и мог только просить: «Держись. Еще немножко. Ну пожалуйста. Девять минут — ты же старый ходок, что тебе стоит потерпеть?!»
Вписывая громадного себя в изгиб незримой трассы и едва не треща от натуги, Форт держал в сомкнутых чашах ладоней — накрыв одну другой, так он чувствовал форму защитного гравиполя, — две крошечные живые частицы. Там, где Эш и Далан, ничто не должно шелохнуться. Центробежная сила может сместить груз, может раскрыться ненадежный лацпорт — но эти двое останутся невредимы.
Врос в крепежные скобы жук-робот, припав брюхом к броне. Заскрипели фиксаторы водяных цистерн под увеличившейся многотонной тяжестью.
ОПАСНАЯ ПЕРЕГРУЗКА НЕСУЩИХ КОНСТРУКЦИЙ, СЕГМЕНТЫ 4-6-7-8. УГРОЗА РАЗРУШЕНИЯ 24%.
Форту казалось, что он несется по кругу в центрифуге, что его вдавило в стену, но опора вот-вот рухнет — и, кувыркаясь, он полетит в бездну.
Его сдавливало в тисках ускорения. Скоро послышится хруст костей. Из ушей, из носа, из смятого рта потечет кровь.
Глаза провалятся в глубь черепа. Выдавленные из десен зубы посыплются в глотку. Провода, оптические волокна, платы в золотых узорах связей, плитки процессоров смешаются с кровью и кашицей костного мозга. Кашлем выплеснется на ломающиеся переборки вода, и густое масло разольется по перепутавшимся трубам.
Пять минут осталось. Четыре минуты. Три. Две.
Тело вскрикнуло — где-то разорвалась балка. Форт обмер — хоть бы ничего не перешибла!..
Внутренняя обшивка отсека 21 потеряла герметичность.
Отказами датчики в отсеках 9 и 11 — темные пятна выпадений появились в поле внутреннего зрения.
Еще двадцать секунд.
Расхождение створок лацпорта в отсеке 17. Вакуум заглянул в щелку — можно тут поселиться?..
Десять секунд.
Короткое замыкание в рубке; вспышка расплавила изоляцию, вскипевшую и горелой пеной оборвавшую контакт искрящих проводов.