Эртан
Шрифт:
Похмелье классическое. И самое обидное — за что?!
Я с трудом развернула измятый рулон наждачки, занявший место языка, и хрипло пожаловалась выщербине в потолке:
— Хреновая у вас трава, магистр. Кайфа никакого, а отходняк — по полной программе.
— Прошу прощения? — не понял магистр.
— Юле не понравилось, — жизнерадостно пояснил Женька. — Никакой эйфории она не испытала, зато сейчас ее мучает тошнота, головная боль, жажда и сухость во рту.
— Я разве обещал состояние эйфории? — искренне удивился эльф. — А что до абстинентного синдрома, так это вполне естественно. Выжимка из корня лесной сатуры
Я осторожно оторвала голову от подушки, села, спустила ноги с кушетки. Тошнота, недовольно ворочавшаяся где-то на дне желудка, накатила с такой силой, что я панически оглянулась вокруг — в поисках корзины для бумаг или иной емкости, достойной принять содержимое моего богатого внутреннего мира. Емкости под рукой не нашлась. К счастью, тошнота снова отступила на прежние позиции.
Я оглядела кабинет мутноватым похмельным взором.
Рядом с кушеткой стоял магистр Астэри. В кресле у противоположной стены расположился лорд Дагерати. На журнальном столике рядом с ним стояла неизменная кружка кофе размером с небольшую бадейку. (Это меня всегда удивляло: будучи аристократом до мозга костей во всех остальных вопросах, кофе герцог потреблял исключительно такими вот «плебейскими» кружками, больше подобающими какому-нибудь средней руки клерку.) Женька устроился верхом на стуле возле письменного стола. Вереск сидел на подоконнике, опираясь спиной на косяк окна и свесив одну ногу вниз. Все четверо смотрели на меня с ожиданием.
«Надо сказать что-нибудь умное», — лениво подумала я.
— Магистр, у меня появилась идея. Вы можете подкинуть рецептик вашего коктейля его величеству. Если раздавать это пойло на улицах в рамках социальной программы «Скажи наркотикам «Нет!», то через месяцок-другой наркоманов не останется. После двух часов такого похмелья любой человек, даже не особо здравомыслящий, скажет наркотикам «Нет, нет и не просите!»
— Я и не знал, что у его величества есть такая программа, — озадаченно сказал верховный маг. — В любом случае, Юлия, не хочу вас разочаровывать, но стоимость исходных компонентов этого декокта делает его использование в социальных программах абсолютно нецелесообразным.
— Не волнуйтесь, магистр, Юлия шутит, — невозмутимо пояснил Вереск.
«Надо же, чувство юмора проклюнулось,» — умилилась я.
— Магистр, сделайте с ней… что-нибудь, — раздраженно попросил лорд Дагерати. — Мне нужно поговорить с Юлией, и я не хочу тратить время на переводчиков.
— Конечно, Витторио, — мягко согласился магистр. — Именно это я и собирался сделать.
Он приблизился ко мне, отработанным жестом коснулся моих висков. Я расслабилась, предвкушая избавление от неприятных симптомов… и едва не взвыла. (Я бы взвыла, но горло свело спазмом.) То, что я раньше называла похмельем, на фоне новых ощущений показалось верхом бодрости и здоровья. Голова затрещала, словно в нее вбивали большой ржавый «костыль». В глазах потемнело. Кажется, поднялась температура. Желудок, не выдержав издевательств, все-таки исторг содержимое… к счастью, содержимого в нем почти не было, только рот наполнился противной горько-кислой слюной.
Пытка продолжалась, наверное, секунды три. Или даже целых четыре. И как раз тогда, когда я вознамерилась умереть, все закончилось. Окружающий мир обрел такую яркость и четкость, какую я давно за ним не помнила, хотя никогда не жаловалась на зрение. В мозгу воцарилась даже не трезвость —
— Что с вами? — обеспокоился верховный маг, вглядываясь в мое ошеломленное лицо.
— Знаете, магистр… ТАК трезва я не была уже, пожалуй, лет двадцать.
Эльф с облегчением улыбнулся:
— Вы преувеличиваете, Юлия.
Лорд Дагерати нетерпеливо подался вперед:
— Юлия, вы готовы ответить на мои вопросы?
— Да, вполне.
— Вы присутствовали при встрече белль Канто с представителем Корпорации. Вам удалось что-нибудь… — герцог запнулся. Он еще не освоился с терминологией, которую следовало применять в отношении моих способностей, — почувствовать?
— О да. Зелье магистра Астэри отлично… гм… подействовало.
— Этот парень и правда не в курсе местонахождения заложницы?
— Не совсем. Там что-то нечисто… я не очень поняла. Я же эмоции читаю, а не мысли. Вроде бы ему действительно не сообщали, где находится Женькина сестра, но он сам откуда-то в курсе. Или догадывается, или подслушал, или, может, к боссу в компьютер влез… Как-то так.
— Он действительно заволновался, когда белль Канто упомянул последнее место… забыл название? Или мне показалось?
— Я тоже это почувствовала. Но ведь совсем не обязательно это связано с заложницей. Может, он обеспокоился, что Женька вообще знает об этом месте. Если я правильно поняла, официально это здание не принадлежит Корпорации. Или он сам узнал о нем не совсем легальным путем — вот и забеспокоился. Да в конце концов, может, у него любовница в Зеленограде живет. Мало ли причин для волнения.
— Я еще присмотрюсь к этому варианту, — пообещал Женя. — В любом случае, это лучше чем ничего. Надо же с чего-то начать. А что насчет этой истории с Найтингейлом?
— Похоже, он говорил правду. Во всяком случае, сам верил в то, что говорил.
— Хорошо, — лорд Дагерати поднялся. — Я им займусь. Белль Канто, что ты намерен делать дальше?
— То же, что и собирался. Навестить Мигеля. Я, правда, догадываюсь, что он скажет, но без его поддержки Фар-Леирато вообще может отказаться со мной разговаривать.
— Конкретизирую вопрос: куда именно, когда и в каком составе ты отправляешься?
Женька замялся, бросил беспомощный взгляд на Вереска — тот едва заметно пожал плечами. Глава Канцелярии усмехнулся:
— Женевьер, тебе все равно придется мне все рассказать, потому что именно мои люди будут организовывать телепортацию, а в случае необходимости — прикрытие. Я понимаю твои терзания и повторяю еще раз: у короны нет претензий к господину Дариолли. Его дела на территории Лирка меня никоим образом не касаются — до тех пор, пока они не затрагивают безопасность подданных Карантеллы… Так куда вы отправляетесь?
— Диг-а-Наррское побережье, — неохотно сказал Женя.
— Половина Диг-а-Нарра состоит из побережья. Конкретнее, белль Канто.
— Провинция а-Тан.
— Летнее поместье графини да Оратти, — с улыбкой уточнил герцог и, глядя на вытянувшееся Женькино лицо, с удовольствием добавил: — Мои люди не зря кушают свой хлебушек с маслом, что бы ты там ни говорил.
— Живописные руины, — признала я, выглядывая из развалин смотровой башни через дырку в стене. — Здесь даже кусок лестницы сохранился.